Филологиня

Леонид достал сигарету и подкурил от предложенной зажигалки.

– Все, что я говорил, – начал хозяин, – насчет достатка и насчет шикарной свадьбы, это не главное. Бог мне сына не дал, так я хочу полноценного будущего для своей дочери. Скажи честно, у тебя есть будущее?

– Не знаю.

– Ну, а Виолетту ты хотя бы любишь?

– А вы?

– Я-то – само собой. Ну, а ты?

– Не знаю.

– В таком случае я тебе ее доверить не могу, – горько усмехнулся Станислав Иванович. – Встречаться я вам не запрещаю, это было бы бесполезно. Но ты с ней не шути, слышишь? Чтобы последствий от этого баловства не было.

– Да нет, что вы…

– Вот и ладно.

Станислав Иванович выбросил горящую сигарету в форточку и вышел. Леонид остался и подкурил еще одну. Через минуту вошла Виолетта.

– О чем вы говорили?

– О тебе.

– А именно?

– Чтобы у тебя ребенка не случилось.

– Хм, – грустно усмехнулась Виолетта, – а ты, что ответил?

– Что опасения эти лишены оснований.

– Зачем же давать столь опрометчивые обещания? – улыбнулась девушка. – А если?

– Обещания надо держать, – сухо ответил Леонид. – А еще твой папа спросил, люблю ли я тебя или нет…

– И что ты ответил?

– Ответил, что нет.

– И это правда?

– Правда.

Виолетта горько усмехнулась, на миг отвернулась к окну, зачем-то провела ладонью по щеке, хотя ни слезы не выступило, и снова повернулась к Леониду:

– Зачем ты так?

– Как?

– Это же не правда.

– Может быть, и не правда. Но иначе нельзя. Ты потом сама это поймешь.

Леонид вышел из кухни и, не прощаясь, стал набрасывать плащ. Виолетта молча смотрела, как он одевается, и хотя ей хотелось вернуть его, не проронила ни звука.