Страница 79 из 87
Час расплаты
Час расплаты
Небо потряс удар грома, безнадежно разрушив романтику момента. Стефа вздрогнула от неожиданности. И когда только тучи успели окончательно затянуть небо? Кое-где между ними еще пробивались солнечные лучи, но было ясно, что дождя не миновать.
— Пойдем-ка вниз, Стеша. Будет гроза.
— Ну и отлично, — Стефе не хотелось спускаться. — Зачем пропускать первую весеннюю грозу?
— Но мы промокнем.
— И что? Велика беда. Потом высохнем, — она поймала себя на том, что ей нравится говорить “мы”.
— Ты забыла про молнии. Здесь, на крыше, они опаснее, чем внизу, — Войцех почему-то продолжал упорствовать.
— Ты же колдун, — Стефа тоже стояла на своем. — Разве тебе трудно отвести молнии? Я видела на что ты способен.
— Мне лестно, что ты готова полностью на меня положиться, и все же нам надо вернуться. Мне неспокойно. Такое состояние накрывает меня довольно редко, и поверь, к нему стоит прислушаться.
— Тогда ты спускайся, а я останусь. Совсем немного постою под дождем, а потом тоже вернусь. Обещаю.
— Я не оставлю тебя одну в грозу, — обреченно вздохнул Войцех.
Дождь не заставил себя ждать. На нагретый солнцем рубероид упали первые крупные капли. С каждой секундой их становилось больше, и вот уже полноценный ливень барабанил по крыше. Стефа вскинула руки и закружилась в потоках дождя совсем как в детстве, когда они с подругами специально выбегали “отмечать” первую майскую грозу — предвестницу грядущего лета.
Войцех стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на нее с насмешливой нежностью.
— Эй, не стой столбом, — Стефа схватила его за руку и потянула на себя. — Давай танцевать.
— Разве я могу устоять, когда ты просишь? — он обнял ее за талию и закружил в вальсе, аккомпанементом к которому служил шум дождя с яркими аккордами громовых раскатов.
Вдруг очередная молния ударила так близко, что ослепила их, а от прогремевшего вслед за этим грома заложило уши. Войцех схватил Стефу и прижал к себе.
— Пошли вниз, быстро, — теперь его тон не допускал возражений. — Это было предупреждение, и надо быть идиотами, чтобы его не понять.
Стефа не стала спорить. Во-первых, она сама испугалась, а во-вторых уже получила от этой грозы все, что хотела. А теперь ее вполне устроит теплый душ, сухая одежда, горячий чай и… Войцех рядом.
Уже спустившись и стоя у квартиры, Стефа вспомнила про термос, оставленный на крыше.
— Ничего с ним не случится, заберем после дождя, — голос Войцеха звучал непривычно напряженно.
Странно было видеть всегда спокойного, уверенного и насмешливого колдуна в таком состоянии. Даже в коллекторе он сохранял привычную беззаботность. А тут какой-то несчастный удар молнии настолько вывел его из себя. Ну да ладно. Мало ли какие у него отношения с грозами.
— Чур, я первая в ванную, — присев на банкетку в прихожей, Стефа с трудом стаскивала насквозь мокрые кеды.
Войцех, похоже, и не собирался с ней соревноваться. Он, не разуваясь, направился в гостиную. Необъяснимое беспокойство передалось и Стефе. Отбросив побежденные в неравной схватке кеды, она последовала за Войцехом и врезалась в его спину, когда он резко застыл на пороге. Выглядывая из-за плеча Войцеха, Стефа не сразу поняла, что его так напрягло. Довольно долго ее взгляд рассеянно блуждал по комнате, не замечая самого главного.
Она толком не поняла, в какой момент наконец увидела сидящую за столом женщину. И еще несколько секунд ей понадобилось для того, чтобы узнать неожиданную гостью, сжимающую в ладонях матово-черную сферу.
— Ну, здравствуй, Войцех, — губы Василины растянулись в улыбке. — Давненько мы с тобой не виделись. Скучал по мне?
— Там, куда ты меня запихнула, я вряд ли помнил о твоем существовании, — Войцех словно выплевывал каждое слово, зло и резко. — Зачем ты явилась, Василина?
— Глупый вопрос, ты не находишь? — женщина указала глазами на шар, что держала в руках.
— Верни!
— Серьезно? — Василина желчно усмехнулась. — Ты считаешь, что я затеяла все это, чтобы так просто вернуть тебе источник по первому требованию?
— Он тебе не принадлежит и никогда не принадлежал.
— Он в равной мере принадлежит нам обоим, Войцех. Если бы признал это раньше, мне бы не пришлось поступать с тобой так.
— Но я его создал!
— Да, создал его ты, — соизволила признать Василина. — Ты всегда был талантливым мальчиком, потому я с тобой и возилась. Но я не для того вкладывала в тебя силы, чтобы ты однажды предал меня. Мы наполняли источник вместе, Войцех. И я имею на него не меньше прав, чем ты. А ты посмел спрятать его от меня, хотя знал, чем для меня обернется неуплата долга.
— Никто не просил тебя влезать в эти долги и расплачиваться тем, что тебе не принадлежит, — все еще стоявший в дверях комнаты Войцех, казалось, совершенно забывший про Стефу, неожиданно повернулся к ней. — Уходи! — приказал он тоном, не терпящим возражений. — Немедленно.
— А я бы предложила ей остаться, — ухмыльнулась Василина, стал удивительно похожей на самую настоящую ведьму. — У нее хороший потенциал. Впрочем, ты и сам это видишь. Я, пожалуй, оставлю ее с подружками и возьму в ученицы. Девочки талантливые, и отлично дополняют друг друга. Недаром им так легко удалось вытащить тебя обратно в этот мир.
— То есть, вы хотели, чтобы мы вернули Войцеха? — Стефа впервые подала голос.
— Ну, конечно, милая. Я была абсолютно уверена, что, обнаружив мои записи, вы рано или поздно, решите попробовать воплотить описанные там заклинания. И уж точно не пройдете мимо вызова демона. Отчего-то у людей с магическим потенциалом слабость к этому делу. Впрочем, от вас требовалось не так уж много. Я сама открыла двери его темницы, вам оставалось лишь позвать. И вы, умнички такие, позвали. А ты, Войцех, неужели, правда, поверил, что я просто так сдамся и уеду? Честно говоря, я предполагала, что ты еще долго не решишься сунуться за источником, пока не прижмет по-настоящему. Ты удивил меня, когда рискнул даже не ради себя, а ради спасения совершенно чужого человека. В заточении у тебя размягчилось сердце? Или мозг? — Василина засмеялась злорадным, каркающим смехом. — Хотя какая мне разница? Твоя глупость пошла мне на пользу. Я получила желаемое даже раньше, чем рассчитывала. Теперь наконец-то я смогу вернуть долг!
— Надо же, твои кредиторы согласились подождать тридцать лет, — скривился Войцех. — Какие терпеливые заимодавцы.