Страница 78 из 87
— Я и сам точно не скажу. Наверное, в словаре эзотериков найдутся подходящие термины: астрал, тонкий план или что-то еще. Но по мне больше всего подойдет страшное слово “небытие”.
— Ты помнишь, как там было? — каждый новый вопрос Стефа задавала с осторожностью, боясь разбередить тяжелые воспоминания.
— Смутно, — признался он. — Это как сон. Пока ты внутри, он — единственная реальность. Ты чаще всего даже не понимаешь, что находишься в ловушке, живешь по странным законам того мира, считая их нормальными. Думаю, часть меня всегда знала, что я в плену и пыталась вырваться, но другая играла по правилам той странной реальности. Помнишь, Немигу — настоящую и призрачную?
Стефа кивнула.
— Думаю, со мной было что-то похожее. Только река добровольно ушла в пространство своих снов, оставив реальности лишь малую часть, а меня зашвырнули туда целиком, с потрохами, не дав никакого выбора.
— Мне жаль, — она осторожно коснулась руки Войцеха.
— Ничего, — он улыбнулся и накрыл ее ладонь своей. — Все позади. Теперь я здесь.
Он встал и протянул руки Стефе. А та, как зачарованная вложила в них ладони. По всему телу пробежала волна мурашек. Такими накрывает от любимой музыки или трогательной сцены в фильме.
— Знаешь, — Войцех говорил тихо, но несмотря на разошедшийся ветер Стефа отчетливо слышала каждое слово. — По большому счету я ни о чем не жалею.
— Неужели тебе не жаль тридцати упущенных лет?
— В каком году ты родилась? — неожиданно спросил он.
— В девяностом, — ответила Стефа.
— Значит, когда я исчез, тебе было два года. Или даже меньше. Представляешь, как долго мне бы пришлось ждать?
Теперь Стефа была благодарна ветру, который заглушал гулкий стук ее сердца.
— Да ты бы даже не знал о моем существовании, — она смотрела на небо, потому что от пристального взгляда зеленых глаз Войцеха кружилась голова.
— Вот именно! И мог бы никогда не узнать, сложись все иначе.
Он склонился над ней. Теперь его лицо было так близко, что не смотреть в колдовские глаза было невозможно. Войцех отвел рукой прядь волос, которую ветер швырнул ей в лицо, заправил за ухо и коснулся губами ее виска.
— Стеша, — в его голосе слышалась бесконечная нежность. — Если ценой встречи с тобой было заточение длиной в тридцать лет, то я не жалею, что заплатил ее.