Страница 29 из 64
Эмма! Пиши нам чаще! Я понимаю, что работа отнимает много времени, и замок этот, судя по твоим описаниям, место не самое веселое, но для матери нет ничего хуже, чем не знать, что с ее ребенком. Я так боюсь, что ты там совсем одна, среди чужих людей, в этой мрачной глуши... Но раз ты пишешь, что слуги приветливые, а работа тебе нравится, значит, все не так страшно.
Сара тебя целует и велит передать, что если этот герцог хоть пальцем тебя тронет, она приедет и «покажет ему, где раки зимуют». Не знаю, откуда она набралась этих выражений, но звучит угрожающе. Береги себя, доченька. Мы все тебя очень-очень ждем.
Твоя любящая мама.
P.S. Милли передает тебе привет и говорит, что напекла бы твоих любимых пирожков с капустой, да не знает, как тебе их отправить. Придумаем что-нибудь к следующему письму».
Я перечитала текст дважды. Слезы текли по щекам, капали на бумагу, чернила расплывались, но я не могла остановиться. Смесь радости, облегчения и острой, щемящей тоски по дому давила горло. Я прижала бумагу к груди, закрыла глаза и позволила себе несколько минут просто посидеть в тишине. Наконец, выплакавшись, я вытерла слезы рукавом, подошла к умывальнику и ополоснула лицо холодной водой. В зеркало на меня смотрела девушка с покрасневшими глазами и мокрыми волосами, выбившимися из прически. Я усмехнулась своему отражению — ну и видок.
Нужно было проветрить голову. Посидеть где-нибудь, подышать свежим воздухом, привести мысли в порядок, а потом вернуться к работе. Я поправила платье, пригладила волосы и направилась к двери, потянула ее на себя, сделала шаг в коридор и тут же остановилась.
Там, прислонившись плечом к стене, стоял герцог и, казалось, вовсе не собирался никуда идти. Просто смотрел куда-то в пустоту перед собой. Он перевел взгляд на меня, и я увидела, как его глаза расширились, скользнув по моему лицу, которое, должно быть, все еще было красным от слез.