Страница 121 из 130
Она вспомнила их в огромной кровати, запутавшихся друг в друге. Зимнее солнце только поднималось над Гринвич-Виллидж. Он положил голову ей на грудь и, сорвавшимся голосом, сказал, что она — первый настоящий друг в его жизни. И тогда Николь подумала, что этот красивый, сломленный мальчик, наверное, говорит правду.
Наверное, так и было.
— Всё в порядке, — сказала она, сдерживая слёзы. — Нас просто никто никогда не учил, как это делать.
И тогда произошло что-то странное.
Николь обняла своего скованного, дрожащего, пока ещё не бывшего, но уже почти бывшего мужа, закрыла глаза и крепко прижала его к себе, пока свежий, ясный, голубой Лос-Анджелес продолжал жить своей жизнью.
— Грейс, — сказал он, наконец отстраняясь и вытирая глаза. — Кажется, мне нравится Грейс.
— Мне тоже, — ответила Николь. — Это идеальное имя.