Страница 116 из 197
— Я клянусь, что не трону этого Колю, тебя не трону, семью твою не трону. Только правду
скажи, какую есть, не ври больше.
— Хорошо, — вздохнула Ангелина, сосредотачиваясь. Она поглубже завернулась в одеяло, потому
как начинало неприятно знобить. — Коля... Коля — это мой бывший муж...
— Муж... — Гоша провернул на языке оказавшееся отвратительно горьким совершенно нормальное
прежде слово. — То есть... ты... жена другого мужчины...
— Фактически мы уже давным-давно не вместе, — оправдывалась девушка, незаметно скрещивая за
спиной пальцы и мысленно выпрашивая прощение за очередную ложь. — Мы расстались. Понимаешь,
он мне фактически никто...
— Ну, как никто?.. Муж...
— Он не чужой человек, но больше не является тем, с кем я считаюсь...
— Ты и со мной не считаешься, — спокойно констатировал Папаишвили.
Он всё же убрал руку с её лица и отвернулся, интуитивно желая оказаться сейчас подальше от
этой девушки.
— Гоша... — заходясь очередным слёзным порывом, Анж готова была сказать всё, что угодно, и
что угодно снова и снова соврать, перековеркать, поклясться на Библии, на Коране, на
телефонном справочнике, лишь бы сию минуту остановить ту болезненную пульсацию, что
нестерпимо нарастала в маленькой комнатке. — Гоша... Ты нужен мне...
— Зачем? — так запросто озвучил он этот вопрос, будто бы речь шла о какой-то мелочи, на
вроде «Взять ещё один пакет молока или не взять?..»
— Просто нужен. Просто... нужен.
— У тебя муж есть...
— Господи, ну что ты несёшь?! Будто бы ты не знал, что у меня были мужчины до тебя! — Анж
села на кровати и обиженно растирала ладонями опухшее личико. — Ну что, это новость для
тебя?! Мы же не в каменном веке!
— Это другое, — Гоша отодвинулся ещё дальше. — Одно дело — постель. Так уж сейчас принято:
можно спать до свадьбы, и никто не осудит. Я ведь тоже не дикарь. У меня много женщин было,
но они мне никто. Понимаешь? Не жена, не любовь, и я им никто — не муж, не любовь, ты
понимаешь? Тут разница есть. Это не семья, это просто развлечение. А ты уже клялась другому
до меня. Я никому не клялся, в этом разница. И ты говоришь, он муж, но никто, а я никто, но
я нужен... Ты ничего сейчас не путаешь?
— Я не говорила, что ты никто...
— Не говорила. Но только так сейчас получается.
Он встал, разыскал возле кровати в потёмках свои пляжные шлёпки.
— Ты куда? — насторожилась Анж.
— Погулять мне надо, — Гоша вздохнул, бросил взгляд через плечо. — Знаешь, я всё равно
ничего не понял. Ты вроде бы говоришь, а по сути и не говоришь ничего. Это болезнь какая-то,
что ли... Я тебя ненавижу сейчас страшно-страшно и всё равно люблю. Вот как это? Пять
месяцев, пять месяцев я тебя любил, а теперь не просто люблю, а ещё и ненавижу.
Он открыл дверь и вышел из номера.