Страница 86 из 97
крайней мере моя безопасность в его приоритете. Так, что же за проблема настолько
обеспокоила генерала, что он даже не стал ругать меня за игры с переодеваниями, пока мы шли
внутрь?! Он вообще проигнорировал мой обман, как нечто, не стоящее его внимания!..
А затем и вовсе покинул поместье, предварительно поприветствовав гостей и убедившись, что
они удобно расположились в подготовленных для них комнатах, и по ходу предложив Ичхе раннюю
прогулку завтра утром, заранее одобрив запрос на сопровождение - евнухом.
Я не стала напоминать ему о том, что утром нас должна была навестить госпожа: полагаю,
генерал учел этот момент или планирует учесть в ближайшем будущем... было очевидно, что
сейчас у него на меня просто нет времени. Ни на меня, ни на мои мысли, ни на мои чувства.
Осознав это, я вернулась в свои старые покои к Вэнь - ожидать возвращения супруга.
Подруга пыталась расспросить меня, но всё, о чём я могла думать - это что за козырь может
быть на руках Наместника? Поразмыслив, решила, что, кроме моей деятельности в принятии
взяток от торговцев, обвинить нас просто не в чем... и ринулась в кабинет супруга, дабы
удостовериться, что всё в порядке!
Выяснив, что с текущей книгой учета всё хорошо, - она на месте, - обнаружила исчезновение
другой не менее важной книги... той самой, куда я записывала имена всех взяточников! «Книги
Свободных Ветров»!
И упала на пол, ощутив слабость в ногах.
Вот, оно что...
Вот, что можно использовать против генерала! И я сама вложила в руки наших врагов вещь,
способную нас скомпрометировать!
Что я за дура?! Как могла забыть, что даже это поместье не является безопасным местом в
Приграничье?!
- Госпожа Амай, на полу холодно, - слышу голос нашего управляющего и медленно поднимаюсь на
ноги.
- Книга учёта пропала, - произношу, не глядя на него.
- Я уже сообщил об этом хозяину перед его уходом, - спокойно произносит управляющий.
Поворачиваю голову и смотрю на него.
- Как это возможно? - только и спрашиваю, - Это же дом генерала! И вы...
- Я? - переспрашивает управляющий, предлагая продолжить.
Присматриваюсь к нему повнимательней.
Неужели он - тоже?..
Тоже предал своего господина?..
- Не понимаю, как вы могли упустить вора? - спрашиваю, внутренне собравшись.
Мало ли он решит броситься на меня и убить во имя княжны или ещё кого, кого я или моё
существование могли задеть?
- Каюсь. На мне и впрямь вина. Надеюсь, господин накажет меня не слишком строго: всё-таки я
уже не так молод, чтобы гоняться за проворными детьми, - звучит слишком спокойный ответ.
- В дом пробрался ребёнок? - изумленно спрашиваю.
- Не пробрался: я сам пустил его ожидать вашего возвращения из дома Наместника.
- Зачем? Что за ребёнок? Я ничего не понимаю, - отступаю от управляющего.
- Возможно, вы помните, как почти две недели назад устроили представление в лавке тканей? -
протягивает тот, проходя по кабинету, - Тогда много ушей услышало о том, что Вэнь - не
рабыня, а жительница Приграничья, имеющая здесь семью. Разумеется, со временем эта новость
добралась и до советника Наместника, после чего отыскать родственников Вэнь не составило для
него труда. Не знаю, что он им сделал, но тот ребёнок пришёл просить защиты от имени всей
семьи вашей служанки, назвавшись двоюродным братом Вэнь, потому я счёл нужным впустить его
внутрь... Что случилось дальше, думаю, объяснять не нужно.
Советник подготовился. Он знал, куда наносить удар и откуда. Он знал практически всё - о
каждом моём шаге и о каждом моём действии! Я вообще забыла о том, что к Вэнь может прийти
родня, но это не помешало Эзре воспользоваться человеческой слабостью и поставить меня под
удар!
Смотрю на старого военного, отчитывавшего меня сейчас за глупость, и не могу найти слов в
свою защиту.
В этом происшествии также виновата я.
Я приношу беды господину.
Возможно, мне стоит переосмыслить собственное мировоззрение... разумеется, если я выживу.
Потому что после казни обычно не возвращаются...
- Я возьму всё это на свою ответственность. И книгу, и её потерю, - произношу глухим
голосом и выхожу из кабинета.
- Прошу вас дождаться господина в его покоях. Гости не поймут, почему вы спите в разных
частях поместья, - указав рукой в другую сторону, произносит управляющий.
И я плетусь в спальню супруга... генерала... того, кто доверился мне и был подставлен мною
же.
Ни один аргумент против Наместника не сработает, если
обвинитель будет уличён во
взятничестве!
Если я так до абсурдного глупо уничтожу репутацию господина, то мне и
впрямь придётся взять всю вину на себя:
я просто не смогу выдержать зрелища победы
зла над добром!..
С такой не лёгкой мыслью укладываюсь на кровать и жду возвращения хозяина дома. Жду до
вечера, затем до ночи...
Просыпаюсь от того, что кто-то укладывается рядом и тушит последние свечи.
- Что бы ни произошло завтра, я всё исправлю, - бормочу сквозь дрёму.
- Остановись и ничего не делай. У меня не будет времени исправлять за тобой, - устало
предупреждает Итай.
Он сердится? Не понимаю. Интонаций не понимаю.
- Я притворялась Лулу, потому что не доверяла тебе. Я не знала, какая судьба ждёт меня в
твоём поместье, - пытаюсь объяснить необъяснимое...
- Скажи что-то, чего я не знаю, - выталкивает слова Итай.
И, кажется, он действительно без сил...
- Я не позволю им тебя очернить. Возьму вину на себя. Главное, не презирай меня,
пожалуйста... - выдыхаю и проваливаюсь в сон.
***
- Столь ранний подъем характерен для всех военных? - открыто зевая, протягивает Ичхе.
Его лицо помято, он явно вчера не ложился до поздней ночи, разгуливая по Приграничью.
- Прошу прощения, я не учёл привычку столичных господ ложиться под утро, - хмыкает Итай и
кивает евнуху, зашедшему в комнату для приёма гостей вслед за своим подопечным. - Будете
завтракать или отправимся прямо сейчас? - уточняет генерал.
Ичхе переводит на меня молящий взгляд, но я не могу его спасти. Я даже не знаю, от чего
именно я должна его спасать: Итай не делился со мной подробностями своих планов на
сегодняшний день. Когда мы проснулись, он тут же собрался и велел мне как можно быстрее
подготовиться к прогулке на лошадях.