Страница 39 из 97
принести позор семье, - отбиваю, ощутив, как к щекам приливает кровь.
- Желаешь во что бы то ни стало утянуть меня за собой - во мрак позора? Что ж... у вас ещё
остались сомнения, тётушка? Я же вам говорила - вся эта постановка с поркой была разыграна
специально для вас, - обращается к моей мачехе Ализа.
И её слова никак не подтверждают заявленное ранее утверждение, но логично доносят мысль о
моем желании отомстить родной семье - сейчас, когда у меня есть «положение и власть».
- Что же это выходит... ты запугиваешь нас, Амай? - искренне растерявшись, уточняет мачеха.
- Не понимаю, что натолкнуло вас на эту мысль, - остаюсь в глухой обороне, не имея других
вариантов.
Эту партию я проиграла - своей старшей сестре.
Я ещё не так хороша в убийстве оппонентов точно подобранными словами.
- Да будет вам, - фыркает Атара, - Здесь не осталось слуг, способных что-то услышать и
потом свидетельствовать в её пользу. Даже управляющий поместья покинул нас, явно показав,
где видел заботу о семье наложницы генерала! - средняя сестра поворачивается ко мне всем
телом и обращается уже напрямую, - Так что можешь не притворяться суровой госпожой, которую
здесь все слушаются беспрекословно! И пообщаться с нами на равных, как это могло быть в
нашем
доме.
Ощутив настоящий гнев от подобного бесстыдства, сжимаю пальцы на подлокотниках кресла. Я
ожидала атак - но таких подлых..! Мне в лицо бросили, насколько я ничтожна, не боясь
получить наказание в качестве ответа!
Подобное хамство не просто неуместно для благородных барышень... это граничит с откровенной
низостью.
- Моя наложница и впрямь - вовсе не суровая госпожа. Она милая и застенчивая, ищущая
справедливости для других и плохо умеющая притворяться... но это вовсе не значит, что она
может общаться с вами на равных, - внезапно произносит генерал, входя в гостевую комнату, -
поскольку она хозяйка моего дома. А вы - лишь его гости. - отрезает он, бросив короткий
взгляд в сторону моих старших сестер.
- Мой господин... - растерянно отзываюсь, поднимаясь с места.
- Я поздно узнал, что твои родные неожиданно прибыли в Приграничье, и вернулся так быстро,
как смог, - Итай подходит ко мне и мягким прикосновением к плечу предлагает опуститься
обратно на подушки, после чего разворачивается к моим родным. - Я никогда ничего не слышал о
вас от своей наложницы и теперь понимаю - почему.
- Господин, вы могли неправильно понять старших сестёр Амай, - пронырливо вступается за
свою родную дочь мачеха, - они не виделись столько лет! И в связи с непривычным положением
Амай ещё не поняли, какой уровень близости допустим в подобных обстоятельствах!
- Странное дело, из-за ваших слов я ощущаю на себе вину за то, что сестры были разлучены на
столь долгий срок. Однако... Амай стала моей наложницей лишь полгода назад, - протягивает
Итай, уверенно загребая мою маленькую кисть в свою большую ладонь.
- Ох, что вы! Это конечно не так! Они были разлучены по совершенно другим причинам! -
исправляется на ходу мачеха.
- Также в ваших словах мне слышится некое подобие претензии - за непривычное для всего
княжества положение вашей дочери в моем доме. Но я не стану объяснять вам причины своего
решения взять её в наложницы: это только моё личное дело, - продолжает разносить доводы
мачехи Итай.
- Разумеется, никто не станет вас в этом упрекать! В смысле... мы просто не имеем на это
права! - начинает заговариваться та.
- Как бы то ни было, тот
уровень близости
, что был предложен моей
супруге и услышан мною,
недопустим
в этом доме, - чеканит генерал,
поднимая на моих сестёр тяжелый взгляд и вынуждая тех бледнеть от неловкости, а затем и
страха, - как и во всем Приграничье, - продолжает Итай, не уменьшая интенсивности взгляда, -
как и во всём княжестве, границы которого я защищаю своим мечом.
- Эти глупые девчонки были неправы! - вскакивает на ноги мачеха, склоняясь в поклоне, после
чего резкими движениями стягивает с сидений прямо за платья всех моих сестёр, предлагая не
усугублять ситуацию.
- Я рад, что их воспитанием занимается женщина, знающая о приличиях, - отзывается генерал и
переводит взгляд на обалдевшую меня, - кажется, это твоя матушка, Амай?
- Моя матушка умерла много лет назад, мой господин, - опускаю голову, теряясь от своих
ощущений рядом с ним. - Это моя мачеха, третья госпожа дома Сэйра.
- Вы приехали посмотреть Приграничье, третья госпожа Сэйра? - тут же спрашивает генерал,
резко повернув к той голову.
- Я... так и есть, господин, - вновь кланяется мачеха, не зная, когда уже можно
разогнуться.
- В таком случае, не буду вас задерживать. Встретиться с Амай вы сможете и в другие дни. А
сейчас у моей наложницы, кажется, жар, - Итай поворачивает к себе мою голову и касается
губами моего лба, вынуждая застыть в полном потрясении, - хочется верить, что это не
следствие общения с родственниками, - добавляет он, отрывая тёплые губы от моей кожи.
- Конечно же нет! Мы и впрямь засиделись, проигнорировав состояние Амай! Но мы были так
рады её видеть! Простите нам наше простодушие! Мы обязательно пошлём слугу - справиться о её
состоянии сегодня вечером! А сейчас мы оставляем вас! - слышу слова мачехи, затем шелест
платьев и тихие шаги... а затем тишину.
- У тебя руки трясутся, - произносит генерал, вынуждая меня перевести взгляд на собственные
ладони, лежавшие на ногах.
Действительно трясутся.
В ушах всё ещё звенит от перенесенного унижения, и последовавших после него гнева, стыда,
недоумения, изумления... и пустоты. Лишь поверхностной пустоты, находящей отражение в
глазах, но не в теле...
- Я должна попрощаться с ними, - резко поднимаюсь, склоняюсь в поклоне перед генералом и
стремительно выхожу из комнаты.
Нагоняю мачеху уже во дворе.
- Третья госпожа Сэйра, - зову, предлагая остановиться.
Сестры отступают за спину своей тетушки, демонстративно не глядя на меня. А младшая и вовсе
отходит любоваться высаженными цветам.
- Ступайте, полюбуйтесь пионами, - отсылает старших наследниц мачеха и встречается со мной
взглядом. - А ты неблагодарная, Амай.
- Неблагодарная? - переспрашиваю, чуть склонив голову.