Страница 14 из 15
Вскоре мы дошли до высокой сухой травы, и каждый шаг неприятно отдавался жаром под рёбрами. Чёрный кот продолжал висеть на моей спине, но его не устраивало текущее положение, и он пытался забраться выше. Я почувствовал прикосновение его острых когтей, как будто они теперь были у него вместо колких шуток. Несколько минут Тау молчала, вслушиваясь во что-то вокруг, чего я не мог уловить.
— Ладно, — выдохнул я. — Вы говорили, что расскажете что-то по пути.
Тау не обернулась, продолжая идти сквозь траву. Она говорила громко, так что я слышал её даже сзади:
— В детстве ты был очень способным, но вместе с этим и очень самоуверенным. Такие дети бывают опасными, прежде всего для самих себя. Твоим обучением занимались лучшие маги дома Огневых, но ты никогда не слушал их.
— Что я натворил? — спросил я, уже зная, что ответ мне не понравится.
— Сперва я расскажу тебе немного о ядре, — начала Тау. — Ядро, о котором я говорю, также называют манавым ядром или Корис Люмен. Оно расположено здесь, — она ткнула меня пальцем в грудь. — Да, там, где ты только что чувствовал боль.
Я сглотнул и прикоснулся к этому месту ладонью.
— В зависимости от объёма и плотности ядра мы можем говорить о его ранге у того или иного мага. — Тау отпила немного воды из бурдюка. — Каждый переход между рангами сопровождается болезненным и опасным расширением ядра. Это называют прорывом. Большинство магов проходят прорыв под наблюдением нескольких магов более высокого ранга, чтобы избежать проблем. Маги способны контролировать расширение ядра более низкого уровня. Что-то подобное я только что проделала с твоим ядром, — она упростила, потому что на деле совершила совсем другое.
Между двух колей на протоптанной дороге с отчётливыми следами от колёс высоко колосилась трава. Я поправил кота на спине.
Тау продолжила:
— Каждый прорыв несёт риски. Маги пытаются уменьшить их или устранить вовсе. Неудачный прорыв может убить мага или оставить его ядро выжженным. После этого оно уже не может удерживать ману.
Я почувствовал прилив адреналина и страха, поняв, что могло произойти.
— Вижу, что ты уже догадываешься. Ты прогрессировал очень быстро и проскочил несколько рангов за пару недель. На четвёртом ранге ты попробовал прорваться выше. Все вокруг говорили тебе остановиться и подождать пару лет. Твой отец, глава дома Огневых, убедительным тоном приказал тебе остановиться. Конечно, ты не послушал.
Дорога скатилась в низину, где высота травы резко увеличивалась. Когда она достигла моего роста, мы вышли к небольшому скрытому в траве лагерю. Пока я оглядывался, Тау дошла до лошадей, а затем кинула в меня стопку одежды. Я успел поймать её, пока та не упала.
— Вот, переоденься, а то выглядишь, как шут, — рявкнула Тау.
— А? Хорошо.
Я отошёл за уставшее дерево со стволом в форме дуги. Одежда была похожа на ту, что носила Тау, но менее обтягивающая. Чёрный кот уселся в метре и уставился на меня. Я вновь вспомнил про его существование, но ещё не решил, как должен к этому относиться. Это ведь не случайное животное, а Лёха. Я остановил взгляд на его глазах, пытаясь обнаружить в них что-то похожее на своего лучшего друга.
— Не смотри так осуждающе и, вообще, я переодеваюсь, — заявил я.
Кот величественно мяукнул и пошёл к потухшему костру в центре лагеря.
Пока я переодевался в белую тунику, коричневые брюки и такие же сапоги, пришли мысли о том, что я виноват в том, что случилось с Лёхой. Если бы меня не было в его жизни, то он не превратился бы в кота. С другой стороны, никто не просил его проходить через разлом между мирами. Мой выбор был осознанным, а его — движимый лишь любопытством. Я вышел из-за дерева.
Тау готовила одну из лошадей к поездке.
— А что будет со второй? — задумался я.
— Её придётся оставить, — ответила Тау.
— Оставить? Жалко же бросать её так, на произвол судьбы. А ездить верхом сложно? Может, я бы легко научился? — я подошёл ко второй лошади. Они обе были коричневыми, выглядели величественно и казались мне куда более аристократическими, чем я сам.
— Особого ума не нужно, но поначалу не просто удержаться в седле. Я могу тебя привязать, если ты настроен серьёзно, — она ухмыльнулась, словно была не прочь взглянуть на это представление.
— Я бы не сказал, что я прямо уж серьёзен, — завилял я.
— Времени на размышления не даю. Запрыгивай на лошадь. Первый урок будет практическим, — Тау улыбалась.
По её улыбке я сразу же понял, что ничего хорошего меня не ждёт, но всё равно вставил ногу в стремя. Запрыгнуть было непросто, но Тау подтолкнула меня. На спине у меня всё ещё висел кот, а я не обращал на него внимания, несмотря на то что его когти то и дело давали о себе знать.
— Хорошо. Я закреплю тебя дополнительно, чтобы не упал сразу, — Тау хлопнула мою лошадь по бедру и привязала меня к ней фиолетовыми нитями.
— Давно хотел спросить, что это за нити такие? — я пытался усесться поудобнее в седле, но у меня плохо получалось.
Тау запрыгнула на вторую лошадь.
— Нити? Так выглядит моя аркана. Это чистое волшебство.
Пока я размышлял, лошади пустились в ход под манипуляциями Тау. Для меня начались американские горки в их экологическом проявлении. Я изо всех сил пытался удержаться на лошади и завидовал расслабленному виду Тау. Кот на моей спине и вовсе испытывал перегрузки в несколько G. Судя по шипению, доносившемуся из-за плеча, космонавтом становиться он не планировал.
Через несколько часов езды я приловчился и стал чувствовать себя на лошади спокойнее, хотя всё ещё боялся упасть от любого неловкого движения.
Пейзаж за это время сменился несколько раз. После поля были холмы с широкой долиной, затем мы перешли через неглубокий ручей.
Дорога проходила через хутор на десяток дворов. Строения приземистые, из серого камня, с плоскими крышами. Архитектура выглядела незнакомо.
Жизнь здесь шла очень медленно и это чувствовалось, когда смотришь вокруг. У колодца женщина в буром платке наполняла ведра, но не касалась веревки: вода сама поднималась нестабильным столбом и переливалась в ведро. Я засмотрелся на это, как идиот, пытающийся понять физику. Наверное, для них это было так же обыденно, как для меня пользоваться телефоном.
Вокруг пахло скотиной и печеным хлебом. Где-то кричала коза. Босоногий мальчишка гонял нескольких гусей и застал, когда заметил леди Тау. Он не поклонился или что-то в этом роде, а просто застыл, как будто увидел молнию на небе.