Страница 28 из 53
Глава 13
POV Василиса
Утром после снегопада я проснулась от того, что в доме было слишком тихо.
Нет, не так. В моей студии всегда тихо — только Мотя сопит в углу да холодильник гудит. А здесь тишина была другой. Живой, что ли. Затаившейся. Как будто дом прислушивался так же, как я, пытаясь понять, что теперь будет.
Я лежала в гостевой комнате, смотрела в незнакомый потолок и вспоминала вчерашний вечер. Кухню. Кофе. Голос Кости, когда он рассказывал про Татьяну. То, как он смотрел в окно на снег и говорил, что не имеет права на ошибку. А потом повернулся и посмотрел на меня — и я забыла, как дышать.
— Глупости, — шепнула я в пустоту. — Просто ночь. Просто снег. Просто разговор.
Легче не стало.
Раздражённо откинув одеяло, я встала. Привела себя в порядок и, натянув свою вчерашнюю одежду, спустилась вниз. На кухне горел свет.
Костя стоял у плиты. В домашних джинсах и футболке, лохматый, сонный, небритый. Он что-то помешивал в сковородке и даже не обернулся на мои шаги.
— Доброе утро, — сказал он, будто приветствовал сковородку. Забавный.
— Доброе.
Я замерла в дверях, не зная, можно ли войти. Вчера было можно. Вчера мы сидели до ночи и говорили обо всём. А сегодня — сегодня наступило утро, и всё стало сложнее.
— Садись, — он кивнул на стол. — Оладьи будут через минуту.
— Ты умеешь?
— Не умею, — признался он, переворачивая очередной комок теста. — Но Варька проснётся, есть захочет. А ты вчера вкусные делала. Я запомнил.
Я улыбнулась и села за стол. Смотреть на то, как тридцатичетырехлетний мужчина, владелец серьёзной фирмы, отец-одиночка, пытается пожарить оладьи, глядя на них как на врагов, было невозможно без улыбки.
— Давай помогу.
— Сидеть, — буркнул он. — Сам справлюсь.
И ведь справился! Уже через минуту на стол приземлилась тарелка с оладьями — кривыми, разного размера, но явно сделанными с душой.
— Красивые, — сказала я.
— Врёшь.
— Ну, почти.
Он усмехнулся, сел напротив. Мы молчали, и это молчание было не таким лёгким, как вчера. Настороженным, как будто оба боялись сказать что-то не то. Откуда появился этот страх? Да чёрт его знает.
Долго думать на эту тему всё равно не получилось. На кухню влетела Варя. Заспанная, лохматая, в пижаме с единорогами и с порога заорала:
— Чудо! Ты здесь! Ты не уехала! Я думала, мне приснилось!
И повисла у меня на шее, чуть не опрокинув чашку с кофе.
— Не приснилось, — обняла я её в ответ и посмотрела на Костю. Он улыбался — осторожно, неуверенно, но улыбался. И в глазах у него было то самое, тёплое, от чего у меня внутри всё сжималось.
Следующие два дня город откапывался из-под снега.
Дороги чистили, транспорт ходил с перебоями, но Костя всё равно уезжал в офис каждое утро, а я оставалась с Варей. Только теперь между нами со старшим Гордеевым не было той официальной дистанции, которая держалась первые дни. Теперь было проще.
Мы с Варей украшали дом.
Я достала коробки с игрушками, которые нашла в кладовке — старые, ещё советские, какие-то новые, купленные явно в спешке, без души. Мы перебирали их, сортировали, чинили те, что можно было починить. Варя вешала мишуру на все горизонтальные поверхности. Я вырезала снежинки из бумаги, и они летели на пол, на стол, на Варькину голову. Нам было весело.
— Чудо, смотри, у меня получилось! — Варя тыкала мне в лицо кривую снежинку с недостающими лучами.
— Шедевр, — соглашалась я. — Вешаем на самое видное место.
— На люстру!
— На люстру так на люстру. Спорить с Варварой, когда та была в азарте творца? Ищите дураков в другом месте!
К вечеру второго дня дом было не узнать. Гирлянды свисали с карнизов, снежинки покрывали окна, на журнальном столике красовалась композиция из шишек и мишуры, которую Варя собирала полдня и очень гордилась результатом. А в углу гостиной стояла ёлка.
Живая, настоящая, пахнущая хвоей и зимой. Костя привёз её вечером, всунул в ведро с песком и уставился на нас с Варей с выражением лица «я своё дело сделал, дальше вы».
— Пап, ты чего встал? — Варя упёрла руки в бока. — Ёлку наряжать надо!
— Я не умею, — честно признался Костя.
Врал, конечно, как-то же они справлялись до этого? Но разговор отца с дочерью был до того милым, что я даже не пыталась вмешиваться. Правда, Варя быстро меня «вмешала».
— Не умеешь, — проворчала она и категорично заявила: — Научим! Да, Чудо?
— Обязательно, — кивнула я, пряча улыбку.
И мы наряжали. Втроем.
Костя сначала делал вид, что просто подаёт игрушки, но Варя быстро вручила ему самую красивую — стеклянного мишку с шарфиком — и указала на верхнюю ветку:
— Тут. Чтоб всем видно было.
Он потянулся, повесил, и я заметила, как на секунду его взгляд задержался на мне. Я стояла с другой стороны ёлки, поправляла гирлянду и чувствовала этот взгляд кожей.
— А это кто? — Варя достала очередную игрушку. Маленькая лисичка, рыжая, с хитрыми глазами.
— Лиса, — сказала я.
— На тебя похожа! — Варя засмеялась. — Такая же рыжая и хитрая.
— Я не хитрая, — возмутилась я.
— Хитрая, — вдруг подал голос Костя. И улыбнулся — впервые за вечер так открыто, без своей обычной сдержанности. — Но мы всё равно тебя оставим.
И повесил лисичку на ветку рядом с медведем.
У меня внутри что-то ёкнуло. Я отвела взгляд, сделала вид, что поправляю дождик, и очень надеялась, что в тени моего места за ёлкой не видно, как я покраснела.
* * *
На четвёртый день у меня случился выходной.
Ну, технически.
На самом деле я должна была ехать в студию, разбирать заказы, отвечать на письма, делать тысячу дел, которые накопились за эту неделю. Но утром, сидя на своей кухне и глядя в одну точку, я поймала себя на мысли, что хочу обратно.
К ним.
К Варе, которая встретит меня криком «Чудо пришла!». К Косте, который будет делать вид, что читает новости, а сам поглядывать из-за планшета. К этому дому, который за несколько дней стал почти родным.
— Мда-а, — сказала я в пустоту, — кажется, я влипла.
В общем, к обеду я не выдержала и написала Косте.
«Как там Варя? Не скучает?»
Ответ пришёл через минуту.
«Слава с ней. Кажется, она строит из него подчинённого. Выглядит счастливой. А ты?»
Я замерла над экраном. «А ты?» — это просто вежливость или..
«Нормально. Работаю. Я тут подумала, если ты разрешишь всё же нарисовать фреску в Вариной спальне, я могла бы съездить в магазин за материалами».
«Я уже пообещал Варьке, что вы это сделаете. Когда хочешь за материалами?»
«Могу сегодня, как раз освободилась».