Страница 7 из 16
Тем не менее Сим Ном прекрасно знал о том томном очаровании, которое исходило от каждого фонаря, занавеса и дымящегося ладаном идола в этом заведении. Он всё это запланировал, и его главное удовольствие заключалось в том, чтобы наблюдать, как чувства американцев закружились от тройного натиска китайской музыки, огней и кулинарных искусств. Он знал, что молодые мужчины и женщины, которые то входили, то выходили из «Сада Лотоса», представляли себе Китай как ослепительную пространство, наполненное золотыми драконами и завораживающими символами, придуманными Гербертом Йет Сим Ном.
Ему нравилось наблюдать за посетителями. Те, у кого на лицах смешивались выражения недоумения и восхищения, ему не нравились. Это были деревенщины. Те, чьи лица были мрачными, словно маски неодобрения, вызывали едва уловимый проблеск удовольствия в карих глазах Йет Сим Нома. Его радостью были взыскательные посетители, чья непринуждённая осведомлённость о меню свидетельствовала о том, что они --- завсегдатаи многих китайских кафе. Больше всего ему не нравились те, кто ел, пил и курил, не осознавая при этом, что «Сад Лотоса» был так же прекрасен, как видения мечтательной китайской служанки.
Таким слепцом был Эдди Коллинз. Он пришёл в «Лотос-Гарден» исключительно для того, чтобы съесть чау-мейн, и занимался своим делом уверенными, методичными движениями. Часто поднимал чашку с чаем, и тогда его взгляд на мгновение беспристрастно задерживался на окружающей обстановке. Вместе с чашкой его взгляд снова опускался, и Эдди Коллинз вновь с аппетитом приступал к миске, стоящей перед ним. Его собеседница была совсем другой. Её глаза блестели, когда она наблюдала, как другие пары кружились в ритме танца. В ней была какая-то тревожная живость. Она хотела стать частью этой колеблющейся, извивающейся толпы. Герберт Йет Сим Ном видел, что атмосфера захватила её. На её щеках светились яркие красные пятна, и она курила сигарету так, что было видно: она курит только по особым случаям.
Тем не менее Сим Ном прошла мимо них. Их обслуживал новый официант, и опытный взгляд владельца быстро обвёл стол. Единственное впечатление, которое он запомнил, --- это то, что этот глупый парень с волосами песочного цвета пренебрег пепельницей и выкладывал на свою блюдце мокрое серое полукружие из окурков.
Музыка умолкла, и танцоры поспешили обратно к чау-мейн, который за время многих бисов стал холодным и клейким. Девушка с полузакрытыми веками и росистыми алыми губами проплыла мимо столика, за которым сидела Дот Хейли с Эдди. Её окружало блуждающее облако духов. Казалось, оно спиралью поднималось от её пушистой чёрной стрижки до каблуков тапочек. Это были красные тапочки.
«Я её знаю», --- сказала Дот. «Её зовут Мод Маклофлин. Мы учились вместе, и после того, как начали работать, мы часто встречались, но она завела себе постоянного парня, и у неё больше не осталось времени на подруг».
«Это тот парень?» --- спросил Эдди, с любопытством глядя на стройного, нарядного молодого человека в тёмном костюме, из-под которого проглядывал светло-серый жилет, и который улыбался.
«Да, это он. Его зовут Тед Монро. Он делает ставки на лошадей и всегда выигрывает, как рассказала мне Мод».
Эдди слегка рассмеялся. «Он --- класс сам по себе», --- заметил он.
«Ну, полагаю, он умный парень, Эдди. Мод собирается выйти за него замуж. Она сказала мне, что вышла бы за него замуж уже в первую неделю после знакомства, только у него не было достаточно денег».
«В ту неделю не было скачек?»
«Не знаю. Может быть... О, Мод меня видит. Она идет сюда».
Эдди остался сидеть. Если бы рядом оказался учитель хороших манер и сказал: «Эдди, почему бы тебе не встать?», он бы незамедлительно ответил: «А зачем? Я ведь никуда не ухожу».
Мод бурно поприветствовала Дот и обратила на Эдди внимательную, оценивающую улыбку.
«Как по делам?», --- сказала она.
Эдди не знал, стоит ли ему в ответ выкрикнуть «Как поживаете?» вызывающим тоном или сказать «Я чувствую себя хорошо»; поэтому он промолчал, что было вполне кстати, так как интерес мисс МакЛафлин к нему уже поубавил. Она сильно отличалась от Дот. Эдди чувствовал эту разницу. На ней был большой желтоватый бриллиант и платье с тяжелыми изысканными складками из атласа.
«Ой, дорогой, я тебя столько времени не видела. Тебе стоило зайти к нам домой, детка. Ты же знала, что я всегда рада тебя видеть».
Ее поток приветливости поставил Дот в неловкое положение. Она запнулась. «Я... я подумала, что ты всегда занята».
Мод важно улыбнулась. «Конечно, вокруг всегда толпа, но это просто куча прихлебателей, которые не имеют большого значения. Тебе стоило зайти к нам, Дот. Тед как раз говорил однажды вечером, примерно месяц назад, что ему интересно, что же стало с той милой девушкой Хейли».
Эдди не нравилась Мод. Ему не нравилось, как она вела себя по отношению к Дот. Наверное, для этого было какое-то слово, но он не мог вспомнить, какое именно. Она вела себя так, будто она что-то давала Дот. Эдди хотелось бы вспомнить это слово, чтобы потом рассказать об этом Дот.
«Я попрошу Теда зайти к нам, и мы устроим вечеринку вчетвером. Как вам такая идея, мистер Коллинз?»
«Все стоит попробовать хотя бы раз», --- мрачно ответил Эдди.
Тед подошел. Сразу стало очевидно, что он вообще ничего не спрашивал об этой милой девушке Хейли. Он не помнил, чтобы раньше с ней встречался, и через две минуты после второго знакомства уже забыл её имя.
«Это ужасное место», --- сказала Мод. «Я рада, что у меня внизу стоит машина, так что я смогу быстро отсюда уехать».
«Это твоя машина?» --- с восхищением спросила Дот.
«Да, конечно. То есть, практически. На самом деле это машина мамы».
Если бы Мод зашла чуть дальше, она, возможно, докопалась бы до правды. Машина --- трехлетний «Бьюик» --- на самом деле принадлежала подруге матери Мод. Самая близкая подруга матери Мод. Подруга, с которой, по сути, у матери Мод были такие близкие отношения, что порядочные люди могли только сожалеть об этом.