Страница 75 из 90
Глава 57. Глупая, доверчивая дура
Десять лет назад.
Город, в котором она оказалась, был огромным, шумным и абсолютно равнодушным — Алисия решила, что прятаться проще всего в столице. Отнюдь не самый приятный город королевства. Люди исчислялись сотнями тысяч, а их судьбы не стоили и медного фоллиса.
Так она оказалась в Селениоре. Здесь Алисия Варден, блестящая студентка, стипендиатка и возлюбленная профессора, перестала существовать. Её пришлось похоронить.
Первым делом Алисия придумала себе новое имя. Алекс. Просто Алекс. Коротко, ни к чему не обязывающе, легко забывалось. Фамилию она отбросила. Затем она взялась за свою внешность. Кардинально менять ее с помощью магии было опасно — следы мощного колдовства могли привлечь ненужное внимание. Алисия ограничилась малым: подрезала волосы. Теперь они не были слишком кудрявыми.
Ещё она немного изменила походку, сделав ее более суетливой, менее уверенной. Она отрабатывала это перед крошечным зеркальцем в своей каморке — новый человек, с новой жизнью.
Страх был ее постоянным спутником. Он сидел глубоко в животе холодным камнем. Кассиан будет искать её — она в этом не сомневалась ни секунды. Но не потому что любит её… Алисия была сбежавшим активом, носителем опасных знаний.
Одна улыбка, одно нежное слово, один тот взгляд, который она не могла забыть — и ее сопротивление, вся ее ярость могли рассыпаться в прах. Алисия боялась собственной слабости перед ним.
Чтобы заглушить страх и боль, она с головой ушла в борьбу за выживание. Денег хватило ненадолго. Алисия сняла самую дешевую комнату. Каждый заработок она делила на части: самая маленькая — на еду и крышу над головой, все остальное — в письмах родителям.
В этих письмах она лгала. Лгала, что все хорошо, что учеба продвигается, что она завалена интересной работой и присылает им лишь малую часть своего заработка. Извинялась, что не может прислать больше: объясняла тем, что деньги получит после выпуска. Разрывающее сердце чувство вины глодало ее, но сказать правду — что она все бросила, что она никто и ничто — она не могла. Их разочарование и тревога добили бы ее окончательно.
Она бралась за любую работу, связанную с магией. Чинила простые бытовые артефакты — нагревательные пластины, светящиеся сферы, замки с элементарной защитой. Проверяла зелья на подлинность и качество ингредиентов, определяя брак или подделку по едва уловимым энергетическим диссонансам, невидимым для обычного алхимика.
Алисия-Алекс работала за гроши. Жить было сложно, но она никогда не жалела о побеге. Но в самые темные ночи ее гложло не жгучее желание мести Кассиану, а тихое, гадливое чувство вины. Она ругала себя за наивность и слепоту.
"Дура,
— шептала она в подушку,
— глупая, доверчивая дура".
Однажды к ее убогой лавчонке, которую она делила с часовщиком, зашел озабоченный торговец тканями. Он выглядел растерянным и злым.
— Девушка, ты тут с магией работаешь? — буркнул он. — Пропал у меня тюк дорогого шелка. Стража приходила, пальцем у виска покрутили — сказали, сам виноват. Но я-то знаю, что его украли!
От отчаяния Алисия согласилась взглянуть. Она пошла с ним на склад — пыльное, заставленное полками помещение. Стража, конечно, ничего не нашла — они искали взлом или подкоп, а не магию.
Она позволила своему дару раскрыться. Сначала был лишь общий гул города, шепот старых досок, следы множества людей. А потом… тонкое, дрожащее эхо заклинания. Примитивной маскировки, наложенной неуверенной рукой.
— Ваш грузчик, — тихо сказала она торговцу. — Рыжий, с родинкой на щеке. Он спрятал тюк в подвале, под старыми мешками. Заклинание скрывает его от глаз, но не от… внимательного наблюдения.
Торговец, сначала недоверчивый, рванул в подвал. Через пятнадцать минут он вернулся, сияя, с тюком на плече. Он сунул Лине в руки несколько динаров — сумму, которую она обычно зарабатывала за месяц.
— Спасибо, девушка! Настоящее колдовство! Как ты это сделала?
— Просто внимательно посмотрела, — уклонилась она от ответа.
Это был прорыв. Сидя в своей каморке, пересчитывая неожиданное богатство, она смотрела на свои руки. Ее дар оказался уникальным товаром. Он был лучше любой учебной грамоты, что можно подделать.