Страница 9 из 81
– Малыш пошёл, – выкрикивает Елена Владимировна с детского столика. – Кричит. Поехали в
реанимацию новорождённых.
– Молодцы, – выдыхаю тихо и добавляю чуть громче: – Завершаем. Контрольные показатели,
мониторим!
Через двадцать минут мы уже откатываем Алю в палату интенсивной терапии. Капельница на
месте, давление спустили до терпимого. В коридоре сидят, как напружиненные – тронь и
подскочат – муж и мама нашей родильницы.
– Где мой внук? – женщина, увидев меня, почти кричит. – Почему вы его унесли?!
– Ваш внук жив, с ним неонатологи, – отвечаю устало. – Его унесли в реанимацию в связи с
вялостью рефлексов, но он кричит. Это хороший знак. Сейчас вам всё расскажут. Ваша дочь в
стабильном состоянии. Мы сделали всё вовремя.
– «Сделали всё вовремя»… – мама сжимает сумку, зло кривится. – Я всё записала! – показывает
на телефон. – У вас даже согласие подписывали в коридоре на бегу!
– У нас была экстренная ситуация, – говорю спокойно. – По закону так можно и так нужно.
Иначе мы бы с вами разговаривали совсем о другом.
– Вы… – она запинается, открывает рот, но тут в коридоре раздаются шаги, из-за угла
выворачивает сначала Константин, а за ним Ирина, в накинутом на костюм белом халате.
Всё-таки пришла. Зачем, спрашивается?
У нас тут не административный корпус, а кровь и скандалы.
– Кто несёт ответственность за то, что довели до экстренной ситуации? – мама Али,
моментально сориентировавшись, поворачивается к ним. – Вот эта заведующая? Она же кричала на
нас, что мы «потеряем» мою дочь и внука!
– Не надо, не переживайте так, – Ирина бархатным голосом успокаивает взвинченную женщину. –
Я представитель министерства здравоохранения, уверяю вас, мы во всём разберёмся.
Ловлю на себе её взгляд и сдерживаю желание выругаться себе под нос. Потому что так не
смотрят коллеги, и представители министерства с «административным влиянием» так тоже не
смотрят. Так смотрит женщина, которой показалось, что покусились на то, что она считает
своим.
Вот только этого мне здесь не хватало!