Страница 25 из 72
Я лениво перевела взгляд на его шею, собираясь отпустить какую-нибудь колкость по поводу того, что имперские мундиры душат своих хозяев не хуже моего корсета… и мгновенно замерла. Слово застряло у меня в горле. Сердце пропустило мощный удар, а остатки сонного, расслабленного блаженства смыло ледяной, сокрушительной волной первобытного страха.
Под расстегнутым воротом рубашки, прямо на безупречной, бледной коже дракона, отчетливо и страшно проступала уродливая, пульсирующая сеть антрацитово-черных вен. Они были похожи на ветвистые, мертвые корни какого-то демонического дерева, которые медленно, сантиметр за сантиметром, поднимались от самой груди, оплетали ключицы и тянулись вверх, к жесткой линии челюсти. Вены слабо, зловеще светились ядовитым фиолетово-черным светом в полумраке кабинета.
Магия Распада. Высшая, терминальная стадия поражения энергией Бездны.
— Рейн… — имя, которое я запретила себе произносить пять лет назад, сорвалось с моих губ прежде, чем я успела включить холодный разум капитана патруля.
Вся моя независимость, вся обида и злость рухнули в одну секунду, превратившись в пепел. Я подалась вперед, полностью забыв про исцеленную ногу, едва не сползая из кресла на колени прямо перед ним. Мои руки задрожали. Я протянула ладонь, почти невесомо, со страхом и трепетом касаясь пальцами самого края этой ужасной, мертвой черной сетки на его шее. Под моими подушечками кожа Рейнарда была не просто горячей — она буквально пылала, а пульсация под черными венами отзывалась глухими, болезненными толчками.
— Боги, Рейн, что это такое? Вчера на чердаке у алхимика… ты попал под выброс? Ты принял на себя удар Безны, когда выносил меня из огня? Почему ты молчал?! Почему никто в Цитадели об этом не знает?!
Мой голос сорвался на панический шепот. Глаза защипало от подступивших слез. Тот самый сокрушительный, смертоносный пульс Распада, который я видела десятки раз в Южном секторе, который за считанные дни выжигал целые гвардейские отряды и превращал сильных магов в безумный прах, прямо сейчас медленно, методично жрал Лорда-Протектора империи изнутри. Он умирал. Самый сильный дракон королевской крови увядал, как обычный смертный.
Рейнард замер под моим прикосновением. Его тело мгновенно превратилось в натянутую, звенящую тетиву лука. В его фиолетовых глазах, когда он резко вскинул на меня свой взгляд, не осталось ни капли прежнего тепла, нежности или иронии. Там воцарилась глухая, ледяная ярость и пугающее одиночество зверя, загнанного в угол.
Он жестко, с силой перехватил мою руку за запястье, убирая мои пальцы от своей шеи. Его хватка была болезненной, но он, кажется, даже не заметил этого. Одним стремительным движением Рейнард поднялся на ноги, отступая от моего кресла на три шага назад, увеличивая дистанцию до максимума. Его пальцы быстро, снайперски точно застегнули пуговицы рубашки и запечатали воротник мундира обратно на все серебряные пуговицы, полностью скрывая уродливую черную тайну под плотной тканью.
— Это не твое дело, капитан Соррель, — его голос прозвучал настолько холодно, сухо и отстраненно, словно между нами никогда ничего не было. Словно мы не служили вместе, не делили один паёк и не целовались до потери пульса под дождем в Южном секторе пять лет назад.
Он воздвиг между нами невидимую, непробиваемую стену за долю секунды, заталкивая свои эмоции и свою слабость так глубоко в подсознание, что даже его мощная драконья аура мгновенно сжалась, превратившись в узкий, ледяной клинок.
— Вы заигрались в заботу, капитан, — продолжал он, глядя на меня сверху вниз своим фирменным, уничтожающим взглядом Лорда-Протектора. — Ваша задача — обеспечивать порядок в Южном секторе и выполнять приказы командования. Мое физическое состояние и магия, которой я оперирую, не входят в зону вашей компетенции или ответственности.
— Рейнард, не смей закрываться от меня! — я вскочила с кресла, наплевав на то, что стою босиком на холодном полу. — Я знаю, как выглядит Распад! Эта дрянь не берется из ниоткуда. Она пожирает каналы магии. Если вены уже поднялись до шеи, значит, твое ядро разрушается! Сколько тебе осталось? Полгода? Месяц? Почему ты строишь из себя железного монстра, когда тебе нужна помощь?!
— Помощь? От кого? От капитана патруля, который не может удержать равновесие на собственных каблуках? — его губы искривились в жестокой, циничной усмешке, но я видела, как плотно сжаты его кулаки за спиной. — Не смеши меня, Вивьен. Возвращайся в расположение своего отряда. Завтра утром ты должна быть на полигоне. Личные вопросы и анатомия чужих тайн тебя больше не касаются. Аудиенция окончена. Разрешаю идти.
Он резко повернулся ко мне спиной, подходя к огромному окну, за которым раскинулся ночной, сияющий фальшивыми огнями Верхний город. Его фигура казалась монументальной, абсолютно одинокой и недосягаемой.
Этот раунд снова остался за драконом. Он закрылся в своей броне, выставив вперед ледяные шипы, и я прекрасно понимала, что если сейчас попытаюсь пробить эту стену силой, он просто сотрет меня в порошок своим авторитетом.
— Крош, ко мне, — тихо, но твердо позвала я фамильяра.
Питомец, почувствовав изменившуюся, тяжелую и грозовую атмосферу в кабинете, мгновенно прекратил свои изыскания на столе. Он тихо подлетел ко мне, запрыгнув на плечо и прижавшись своей теплой пушистой мордой к моей щеке, словно пытаясь утешить.
Я развернулась и, стараясь не хромать, пошла к выходу из кабинета Лорда-Протектора. Мое платье из пепельного шелка шуршало по полу, словно оплакивая эту мимолетную, разрушенную близость. Я знала, что не отступлю. Моя отходчивость прошла, уступив место холодному, упрямому расчету капитана Южного сектора. Если этот упрямый дракон решил умереть в одиночестве ради своего «высшего блага» — я сделаю все, чтобы испортить ему эти планы. Но сначала мне нужно было узнать всю правду, и единственный человек, у которого могли быть ответы — это Мира. Игра становилась по-настоящему опасной, и сломанный каблук был самой меньшей из моих проблем.