Страница 50 из 70
— Сооруди-ка мне мишени из соломы, — прошу я, и Адам, всё ещё улыбаясь, принимается за дело. Он двигается быстро и ловко, и видно, что для него это не впервой. Вскоре перед нами стоят несколько аккуратно сложенных стогов, которые должны будут служить мишенями.
Я отхожу на несколько шагов назад, сосредотачиваясь. Вдыхаю полной грудью, ощущая, как в жилах закипает магия — та самая, что течёт во мне с рождения, та, что делает меня не просто леди, а ведьмой.
Закрываю глаза на секунду, прислушиваясь к этому внутреннему огню, который пульсирует в такт моему дыханию, и чувствую, как мир вокруг становится чётче, ярче, словно я вижу не только то, что есть, но и то, что может быть.
А затем бросаю первый нож. Он летит, рассекая воздух с тихим свистом, и вонзается точно в центр мишени. Второй, третий — каждый попадает в цель с той же безупречной точностью.
Я довольна собой — магия, словно верный пёс, послушно следует за моей волей, и это ощущение власти, этой гармонии между мной и моим даром, пьянит не хуже вина.
— Теперь твоя очередь, — говорю я Адаму, протягивая ему один из ножей. Я с интересом наблюдаю за ним, слегка наклонив голову, и в глазах моих читается нескрываемое веселье. Мне любопытно, как он справится с задачей, которая для меня уже давно стала почти обыденной, — ведь метание ножей уже давно вошло в мою повседневную практику, стало чем-то вроде утренней разминки, помогающей держать себя в тонусе.
Он берёт нож с явной неохотой, и в его глазах мелькает сомнение, словно он уже предчувствует, что у него ничего не выйдет. Его пальцы неуверенно сжимают рукоятку, он на секунду замирает, прицеливаясь, и наконец бросает.
Нож, пролетев по дуге, вонзается в край мишени, едва не промахнувшись, — лезвие лишь слегка цепляет солому, а затем с тихим стуком падает на землю. Адам с досадой смотрит на результат своей попытки, и на его лице появляется виноватая улыбка.
Мы оба смеёмся, и этот смех звучит так легко, так беззаботно, что на секунду мне кажется, будто все беды остались где-то далеко, за горизонтом, будто их никогда и не было.
В этот момент я чувствую себя свободной, словно с моих плеч свалилась огромная тяжесть, и я наконец-то могу дышать полной грудью.
— Знаешь, — говорит он, отбрасывая следующий нож, который и вовсе падает в траву, не долетев до мишени. Адам взмахивает рукой, словно пытаясь стряхнуть с неё неловкость, и на его губах появляется лёгкая усмешка. — Мне легче сжечь эти мишени своим драконьим пламенем.
Он произносит это с такой непринуждённостью, будто предлагает самый очевидный и простой выход из ситуации, и от этого становится ещё смешнее.
Я снова начинаю хохотать над его неуклюжестью, и этот звук, звонкий и чистый, словно колокольчик, разносится по полю, эхом отражаясь от деревьев и возвращаясь ко мне, будто подхваченный игривым ветерком.
Вытираю выступившие от смеха слёзы и смотрю на Адама, который стоит, скрестив руки на груди, с видом человека, который только что предложил гениальное решение, но его не оценили по достоинству.
— Мне кажется, что мой муж уже давно забыл о моём существовании, — неожиданно для самой себя произношу я, и мой голос, только что звучавший так весело, вдруг становится тише, словно я боюсь, что эти слова могут быть услышаны кем-то, кому не следует их знать. — Возможно, поверил, что я замёрзла насмерть где-то по дороге сюда, затерялась в этой бескрайней пустоши, где нет ни дорог, ни людей, ни надежды.
Я невольно опускаю взгляд, и мои пальцы машинально сжимают рукоятку ножа, словно он может защитить меня от тех мыслей, которые терзают меня изнутри.
Но Адам считает иначе. Его лицо темнеет, словно на него упала тень, и он резко поворачивается ко мне, его глаза сверкают, будто в них вспыхивает внутренний огонь.
— Не думаю, что это так, — твёрдо произносит он, и в его голосе звучит уверенность, от которой у меня по спине пробегает лёгкая дрожь. — Не нужно считать, что твой муж так прост. Он не из тех, кто легко забывает о своих интересах. Нам пора возвращаться.
Его слова звучат как предупреждение, как напоминание о том, что мир за пределами этого поля, залитого солнечным светом, совсем не так прост и безопасен, как хотелось бы.
Мы молча собираем ножи, и настроение моё невольно меняется — словно солнце скрылось за тучей, оставив после себя лишь прохладный ветерок, который пробирается под одежду, заставляя меня невольно вздрогнуть.
Весёлый смех, который ещё недавно звучал в этом поле, теперь кажется далёким воспоминанием, словно его унёс тот же ветер, что и радость последних часов. Я аккуратно вкладываю ножи в кожаный чехол, стараясь не смотреть на Адама, боясь увидеть в его глазах то, о чём он не хочет говорить вслух.
Дядя встречает нас на пороге поместья, и его взгляд, спокойный и внимательный, словно проникает в самую душу. Он молча передаёт мне письмо с императорской печатью, и в этот момент мне кажется, что даже воздух вокруг нас становится тяжелее, словно сам дом затаил дыхание, ожидая, что произойдёт дальше.
Его рука, протягивающая мне конверт, кажется такой надёжной, такой привычной, но сейчас она словно принадлежит кому-то другому, кому-то, кто знает больше, чем говорит.
Руки мои так дрожат, что я попросту боюсь выронить проклятое письмо в грязь.
Я сжимаю пальцы, пытаясь унять эту предательскую дрожь, но она не проходит, будто моё тело само знает, что это письмо изменит всё, что было до этого.
Адам, видя моё состояние, берёт письмо сам. Он вскрывает его с такой осторожностью, будто боится, что оно может взорваться у него в руках, и начинает читать вслух:
— «Уважаемая леди Аманда Коррин, вы должны прибыть во дворец не позднее месяца с момента получения письма. Надеюсь, что отдых и общение с родными пошли вам на пользу».
Внизу — подпись императора.
Я стою, словно окаменев, и в ушах у меня шумит ветер, который только что ласкал моё лицо в поле, дарил мне ощущение свободы и счастья. Теперь этот шум кажется мне предвестником бури, которая вот-вот обрушится на мою голову.
Медленно поднимаю глаза на Адама, и в его взгляде читаю то же самое понимание — наша беззаботная сказка подошла к концу, и впереди нас ждёт нечто гораздо более сложное и опасное, чем мы могли себе представить.
Встреча с моим мужем….