Страница 46 из 70
Я киваю и следую за ним. Дядя идёт медленно, опираясь на трость — годы и невзгоды не пощадили его. Кабинет у него в этом доме скромный. Старый письменный стол с потёртой столешницей, книжные полки вдоль стен, пара кресел у камина, в котором тлеет последний огонь. Он жестом указывает мне на кресло, сам садится напротив, долго смотрит на меня — хмурый, усталый, с глубокими морщинами вокруг глаз.
— Ты ушла от мужа? — спрашивает он без обиняков, прямо в лоб. — Или он выгнал тебя?
Я опускаю взгляд на свои руки, сжимаю пальцы. Как объяснить то, что произошло, не раскрывая всех тайн?
— Формально он отправил меня сюда погостить, — отвечаю я тихо. — Но на самом деле… он хотел, чтобы я погибла в дороге. Оставил без тёплой одежды, без сопровождения, в разгар зимы. Если бы не Адам, я бы не доехала.
Дядя хмурится ещё сильнее, проводит рукой по седым волосам.
— Значит, — делает он заключение, — рано или поздно тебе придётся вернуться к мужу. Он не отпустит тебя просто так. Драконий император ясно дал понять, что от тебя требуется наследник.
Боль охватывает всё тело — острая, колючая, будто тысячи иголок впиваются в кожу. Я не представляю, как смогу вытерпеть лорда Коррина и его ледяные прикосновения хоть ещё один раз в жизни. Воспоминания о его холодных руках, жестоких словах, безразличном взгляде заставляют содрогнуться.
Неосознанно я прижимаю ладонь к запястью — там, под рукавом платья, скрыта метка истинности. Она горит слабым, но ощутимым теплом, напоминая о связи, которая на самом деле принадлежит не проклятому мужу, а Адаму. Только ему.
Эта мысль придаёт сил. Я поднимаю глаза на дядю и говорю твёрдо, чётко, проговаривая каждое слово:
— Я не вернусь назад.
Дядя вскидывает брови, удивлённо смотрит на меня:
— Аманда… ты понимаешь, что это значит? Коррин не просто ледяной дракон, но и могущественный лорд, советник императора. Он найдёт тебя, где бы ты ни скрывалась, когда узнает, что ты жива.
— Пусть ищет, — отвечаю я, и в голосе звучит сопротивление. — Я больше не его вещь. Я — это я. И я не позволю ему решать мою судьбу.
Дядя долго молчит, изучает моё лицо, будто пытается прочесть все мои мысли. Затем тяжело вздыхает, откидывается на спинку кресла:
— Ты стала сильнее, чем я думал, — произносит он наконец. — И упрямее. Что ж… Если ты приняла решение, я помогу, чем смогу. Но будь осторожна. Лорд Коррин не простит неповиновения.
Я киваю. Во мне борется гремучая смесь страха и решимости. Страха перед будущим, перед гневом мужа, перед неизвестностью. И решимости — бороться за свою свободу, за право быть с тем, кого выбрала сама.