Страница 16 из 70
Мой рассудок ясно даёт понять: я тоже легко могу оказаться возле этого столба, как только рожу мужу столь необходимого ему наследника.
Из конюшни выходит мужчина исполинского роста — выше двух с половиной метров, с широкими плечами и грубыми чертами лица. Его тёмные глаза смотрят угрожающе. В руках он держит огромный хлыст. Кто он? Не похож на простого человека. Вдруг он откидывает волосы с плеча, и я замечаю на его щеке метку полуночной луны.
Он один из племени серале. Гордого, непобеждённого народа на границе драконьей империи, которого император считает дикарями. Значит, они захватывают представителей этого племени в плен и используют в своих целях. Проклятые драконы!
— Бей! Пятнадцать ударов! И не щади, иначе сам окажешься на её месте! — Мой муж деловито скрещивает руки за спиной, с наслаждением наблюдая за ужасом в глазах девушки. Такой гигант убьёт её одним ударом! Это в голове не укладывается!
Даже не успеваю подумать над тем, что творю. Выбегаю в центр площадки и пытаюсь вырвать из рук гиганта тяжёлый хлыст, буквально повиснув на его руке.
— Вы её убьёте! Я не дам этого сделать! — Всё ещё дёргаю проклятое орудие убийства, но тщетно. По лицу текут злые слёзы. Что ж, удержать себя в руках мне не удалось, но, кажется, моему мужу только это и нужно было. По его холодному лицу растекается мрачная усмешка, полная предвкушения моего страдания.
— Тогда, моя дражайшая супруга, берите хлыст и сами принимайтесь за дело! Вы‑то её убить им не сможете.
Не верю своим ушам. Когда же кончится этот кошмар?
Гигант молча подходит ко мне и сам вкладывает в мои руки хлыст. Смотрю на него, словно на ядовитую змею, обвившуюся вокруг ладони.
— Приступайте! У меня сегодня ещё много дел, — муж демонстративно достаёт из кармана часы, сверяясь со временем. — Наказание должно было начаться ещё четыре минуты назад.
Выхода нет. Никакого… Ни для меня, ни для этой служанки. Либо это сделаю я, либо ей грозит смерть. С трудом замахиваюсь и бью по её беззащитной спине, зажмурив глаза. Ещё и ещё… Десять, одиннадцать…
Хлыст выпадает из рук, когда я, обессилев, проваливаюсь в бездну, за которой лишь благословенная темнота и тишина.