Артистка

Если бы сцена продолжала давать ей, как давала прежде, одни только радости успеха, то положение ее было бы гораздо проще, потому что оставить ее казалось бы ей окончательно невозможным. Но сцена нынешнего года давала ей гораздо больше огорчения и разочарования, утомляя и раздражая ее интригами и неприятностями, и потому Чемезов, в любви которого было для нее пока еще больше радости, чем огорчения, невольно сильнее привлекал ее к себе, и она невольно сравнивала вечные волнения сцены с той спокойной жизнью, которая могла бы открыться ей с ним. Ко всему этому внутреннему разладу с собой прибавилось еще одно обстоятельство, еще больше смущавшее ее. Дело в том, что Барсуков задумал предпринять артистическое турне и настойчиво звал Ольгу ехать вместе с ними. Он почти и придумал-то его исключительно для нее и потому решил ждать ее до последнего дня и, набирая всю труппу, оставлял свободным только ее место в надежде, что она все-таки еще надумает и поедет с ними.

– Ах, сделай милость, кончай с кем-нибудь скорей! – нетерпеливо сказала Ольга, когда он опять уже на Святой, чуть не в двадцатый раз, заговорил с ней об этом. – Я тебе сказала, что не поеду, и не поеду, – чего же ты продолжаешь мучить меня своими приставаниями!

Она, конечно, еще лучше его знала, как это путешествие было бы ей полезно, как освежило бы, подняло бы снова ее упавшую энергию, которая ей именно теперь была так нужна; но точно так же она прекрасно знала и то, что никогда не решится уехать от Чемезова на три месяца, и потому просьбы и убеждения Барсукова только раздражали ее.

– Ну что же, – сказал Барсуков упрямо, – все равно, мне еще чуть не с половиной труппы в Москве кончать придется – заодно уж и с Раевской там же покончу, если ты окончательно не поедешь! А может, на мое счастье, ты еще и надумаешь!

Он собирался выехать на другой же день по окончании сезона; у него все было готово, и задержка была только в Ольге. Он нарочно для Ольги, чтобы еще больше заманить ее, пригласил нескольких артистов из московского театра, которые должны были дожидаться их в Москве, чтобы оттуда уже ехать всем вместе дальше на юг России.

Сезон в этом году был очень короткий и кончался почти тотчас же вслед за Пасхой, что, с одной стороны, Барсукову было очень удобно, а с другой – беспокоило его, что он не успеет за это время уговорить Ольгу.