Страница 7 из 93
Глава 2: Термит
Ещё раз проверив трос электролебедки, я вошел в слаговский туннель. Якорь вонзился в стену с глухим влажным звуком, словно пробил плотную оболочку живого организма. Материал, который поначалу показался твердым, поддался со странной легкостью, почти как резина, что вызвало легкое опасение.
Полумрак и зловещая тишина накрыли меня плотным покрывалом. Даже через фильтры спецкостюма ощущался странный запах — смесь органических летучих соединений, будто смесь аромата разлагающейся флоры и металла. Стены туннелей выглядели прямо-таки живыми. Под слоем чего-то, напоминающего как хитиновую оболочку, так и плотные ткани, происходили явные биохимические процессы.
Я осветил туннель мощным фонарем, и его луч разбился о пульсирующие структуры стен. В некоторых местах они были покрыты сосудистой сеткой, которая повторяла схемы капиллярного кровообращения известных нам существ. При каждом шаге мое оборудование фиксировало температурные изменения, словно я находился внутри гигантского организма, который дышал и жил собственной жизнью.
Тяжелые ботинки защитного бронированного костюма Крот-22 осторожно ступали по биомеханическому полу. Хлюпающие звуки сопровождали каждый мой шаг, проникая в мозг и вызывая неподдельное отвращение.
Свет фонаря, встроенного в шлем, то и дело натыкался на необычные биомеханические конструкции, которые проживали свою собственную жизнь. Казалось, что я нахожусь внутри существа грандиозного размера, а не в туннеле. Причудливые формы стен и потолка чётко напоминали органы и сосуды — они пульсировали, перекачивали неведомые жидкости и мерно вибрировали. Я не понимал, какие процессы здесь протекают, но ощущал их чуждость и опасность.
Нужно всегда помнить, что трос электролебедки — это моя линия жизни, возвращение к нормальному миру. Никогда не отпускать его и просчитывать заранее каждое действие.
В наушниках герметичного шлема донесся шорох, я замер. Экран тепловизора на стекле шлема показывал медленно движущуюся точку в ближайшем ответвлении туннеля. Я выключил фонарь и прижался к одной из стен, стараясь не шевелиться. Неожиданно из-за поворота высунулась голова ящерицы-мутанта, её глаза ярко сверкали в темноте.
Монстр замер, обнюхивая воздух. Я медленно поднял правую руку с дротикометом и прицелился. Дротик вылетел с тихим шипящим звуком, вонзившись в глазное яблоко существа. Оно дернулось в предсмертных судорогах, ища последнюю цель, прежде чем рухнуть на землю. Я медленно обошел мёртвую тушу, стараясь не наступать на лужу густой жидкости, вытекающей из раны.
Слабое пятно света на ближайшем выступе стены привлекло моё внимание. Биомеханические процессы двигались, как бы реагируя на мое присутствие. Я подошел ближе, разглядывая причудливые устройства, встроенные в сами стены. Внезапно я понял, что они изменяются, подстраиваясь под меня, анализируя мои действия.
На мгновение я буквально замер, загипнотизированный калейдоскопом биомеханических сплетений, артерий и проводов, пульсирующих жизнью, и не заметил, как ко мне почти подкрался новый монстр. Я обернулся, когда слаг уже вышел из бокового туннеля.
Это был гибрид молодого бычка с когтистыми лапами и какой-то инопланетной твари, покрытый серой, шершавой кожей. Монстр двигался медленно, взвешивая каждый шаг. Он чуть наклонил голову, готовясь к смертельному прыжку. В самый последний момент я успел направить руку с дротикометом на слага-охранника и выстрелить.
Первый дротик вонзился в бок бычка, но это лишь разозлило его. Монстр взревел, наполняя туннель оглушительным ревом. Я успел отшагнуть назад и уклониться от стремительного прыжка. Быстро прицелившись, я выпустил второй дротик уже более точно, метя в голову мутанта. Дротик попал в шею, но не остановил монстра. Мутант продолжал наступление, я отпрыгивал назад, иногда успевая выстрелить.
Через несколько минут таких шахмат гибриду удалось боднуть меня и повалить на пол узкого туннеля. Я чудом успел выхватить плазменный резак из кобуры на поясе, активировать его и полоснуть по шее мутанта. Резак заискрил, разрезая плотные ткани, на мой защитный костюм брызнула струя кислотной жижи, не нанося урона. Я успел откатиться в сторону за секунду до падения монстра. Тяжелая туша осела на пол туннеля, обреченно замерев.
Поднявшись на ноги, я отдышался и медленно пошел вперед. Через несколько минут туннель начал сужаться, стены покачиваясь, стали приближаться ко мне. Внезапно странный звук раздался из-под ног — пол затрещал и заходил ходуном. Я затаил дыхание, готовясь к худшему, как вдруг с потолка начали сползать длинные, извивающиеся формы, мокрые и плотные, похожие на огромных слизней.
Странных тварей было много. Мои выстрелы болтами пронзали их, но они снова собирались, сцепляясь и сжимаясь, охватывая меня всё плотнее и плотнее. Взмахи резаком давались с трудом и тоже не имели эффекта.
Огнемет! Это моя последняя надежда. Я поднял левую руку скафандра со встроенным соплом огнемета, обдавая слизней горящей волной. Мерзкие стоны тварей заполнили туннель, и они сгинули в адских муках.
Когда последние языки пламени погасли, воздух вокруг меня всё ещё пах горящей плотью. Сердце колотилось в бешеном темпе, а пот тёк вдоль спины. Я передохнул несколько минут, дольше оставаться на одном месте было нельзя, и продолжил путь по зачистке туннелей. Теперь передо мной был узкий вход в еще более узкий змеиный туннель.
Поверхность коридора слабо подсвеченного тусклым багровым сиянием, напоминала сросшиеся ребра какого-то чудовищного существа. Стоило сделать пару шагов вглубь коридора, как пространство вокруг ожило. Пол начал подрагивать, как мышечная ткань под кожей, стены задрожали, и ритмичное пульсирование пробежало по стенкам. Коридор начал предательски сужаться. Шаг за шагом стены сдвигались всё сильнее, и несмотря на массивный бронекостюм, я начинал чувствовать, как пространство пытается меня втянуть. Я вытащил плазменный резак, активировал его со злым шипящим звуком и направил горячий луч на одну из стен. Инструмент прорезАл стену с предупреждающим треском, капли расплавленной субстанции с шипением падали на пол, но организм быстро реагировал. Стена словно кричала безмолвным воплем, разрезанные ткани стремительно срастались, склеиваясь под напором неизвестных процессов. Материя будто перерабатывала любой нанесённый удар.