Страница 20 из 93
Я встал, прошёлся вдоль стены, проведя пальцами по облупившейся краске.
— Но лет двадцать назад всё пошло не по плану, — сказал я, остановившись. — На одном из научно-исследовательских полигонов начали проводить эксперименты. Генные модификации, нейроинтерфейсы, усилители. Хотели создать идеального рабочего, биоробота — неустающего, не жалующегося, не требующего еды. И сделали. Только вышло, как всегда.
— Вирус. Сложный, агрессивный, адаптирующийся. Его не заметили сразу, а потом было уже поздно. Началась вспышка. Вирус атакует мозг, изменяет структуру ДНК, делает из человека… не человека. На первой стадии — это обычный зомби, как из фильмов. И эти зомби питаются такими же как они, не обязательно людьми. Но по истечении определенного времени, зомби мутируют в более агрессивных тварей, а те твари в еще более злых тварей. В итоге может вырасти такой монстр, которого никто даже и не представлял.
— С тех пор Марсиат закрыт для гражданских. Только военные, шахтёры, ликвидаторы и зачистка. Я отношусь к зачистке. Но зачистка не от людей, а от тварей, населяющих подземные туннели этой планеты. Этих тварей здесь называют Слагами. Иногда они прорывают свои туннели в горнодобывающие шахты, тогда шахте конец. Когда слаговский туннель приближается к шахте, то вызывают нас, чтобы пресечь продвижение слагов. Откуда слаги здесь появились, или может быть они всегда населяли Марсиат, я не знаю. А может, они вообще результат очередного эксперимента…
Я сел, прислонившись к стене.
— Перед отправкой на Марсиат все проходят инструктаж. Выход на поверхность — только в герметичном скафандре. Реальность такая: без шлема — ты труп. Без фильтра — два вдоха, и ты уже не ты. Поверхность — вечно в пыли, бури — каждый день. А ещё — нападения. Твари чуют. Слышат. Иногда поджидают.
— Я понял! — оживился Букварь. — Мы попали на планету, куда внешник занес вирус Стикса. Это не последствия неудачных экспериментов. Как всегда обычных смертных в такие дела не посвещают. Вам сказали, что вирус — результат эксперимента. Но то, что ты описал, с пищевой цепочкой, начинающейся с зомби и заканчивающейся гораздо более сильными монстрами — это очень похоже на бестиарий Стикса. Сколько уже прошло времени с момента, как ИИ маяка определил в нас наличие вируса? Наверное сутки. За это время у нас с Фиалкой уже должны были проявиться начальные видимые признаки заражения. Но как видишь, мы в порядке. Потому что мы иммунные. Теперь моя очередь рассказать тебе про Стикс. Не хочу накаркать, но ты должен знать хотя бы первоначальную информацию.
— Как уже говорил ранее, мы перенеслись на эту планету из Стикса. Стикс — это не другая планета, это мир, состоящий из кластеров. Кластеры делятся на стабильные и перезагружающиеся. Перезагружающиеся кластеры — это такие кубические участки, как бы вырезанные из другой планеты. Причем подгружаться могут такие кластеры из разных временных отрезков. Могут из девятнадцатого, а могут и из двадцать второго века. И все кластеры пристыкованы друг к другу. То есть можно ехать по дороге, вдруг дорога резко оборвется и упрешься в непаханную землю, лес или промышленное здание.
— В Стикс попадают разные люди из разных времен и разных миров, с разных планет, и не только люди. Те, у кого есть иммунитет к вирусу этого мира, они остаются людьми. Их называют иммунными. Остальные мутируют сначала в похожих на зомби полулюдей, а затем мутируют дальше в разные стадии монстров. Чем дольше монстр живет, тем он становится сильнее, переходит на новые уровни их монстриного развития.
— У монстров на затылке находится споровый мешок. Из него добывают спораны, горох, жемчуг, янтарь.
— То что ты нашел у ликвидаторов в пеналах — это спораны, горох и жемчуг. При тебе я сделал специальный напиток, который называется живец. Иммунным, таким как я и Фиалка, нужно постоянно пить живец, чтобы не начать перерождаться в зомби, по вашему, или в пустышей, по классификации Стикса. Просто быть иммуннум в Стиксе — этого мало. Нужно постоянно поддерживать иммунитет, употребляя живчик.
— В Стиксе есть внешники. Если сравнивать с компьютерной игрой, в которой есть разные фракции, то это одна из фракций. Еще есть другие фракции: муры, стронги, килдинги, атомиты, просто рейдеры. Но сейчас не об этом.
— И еще, пока не забыл, Стикс еще называют Ульем, потому что состоит из кластеров, которые как соты примыкают друг к другу.
— Внешники каким-то образом нашли путь в Стикс, и попадают в Улей сами, когда захотят. Но они постоянно ходят в специальных костюмах-скафандрах, чтобы не дышать воздухом Стикса, и чтобы не занести вирус Стикса на свою планету. Теперь я вижу, что происходит, когда вирус Стикса все-таки попадает на планету внешников. Так понимаю, на этой планете внешники сделали телепорт, перемещающий их в Стикс и обратно. А общественности сказали, что планета заражена вследствии утечки вируса из научной лаборатории.
— Внешники в Улье обнаружили, что иммунные имеют способность к очень быстрой регенерации поврежденных органов. И вообще иммунные с Стиксе молодеют. Можно попасть в Улей стариком и через несколько лет стать уже мужчиной в расцвете лет. Поэтому внешники охотятся за иммуннуми. Так же покупают пойманных иммунных у других иммуных, называемых в Стиксе мурами. Изымают у иммунных органы, и продают уже в своем мире. Думаю на данный момент такая опция доступна только очень богатым влиятельным людям на Земле.
— Мы с Фиалкой сбежали из донорского центра, построенного для этих целей. И вот мы здесь.
— Еще в Стиксе есть традиция — крестить встреченного свежака. Но ты не дышал воздухом Стикса, поэтому крестить тебя я не могу. Еще не известно, иммуный ты или нет.
— Вот это поворот, — ответил я, дослушав монолог Букваря, и не зная что сказать по этому поводу. Но в одном я был уверен точно — шлем нельзя снимать ни при каких обстоятельствах.
— Нам на этой планете точно делать нечего, за нами устроена охота и рано или поздно ликвидаторы доберутся до нас. Нужно искать способ вернуться обратно в Стикс, — сказал Букварь.
— Согласен с тобой. Но сначала нам нужно выбраться из этой шахты в таком месте, чтобы нас не засекли. Предлагаю выдвигаться в сторону вентиляционных шахт, — ответил я, поднимаясь с пола и направляясь на выход из диспетчерской.
Мы прошли через главный зал и зашли в один из коридоров.
— Сюда! — позвал я беглецов. Луч света моего фонаря выхватил проход, заваленный частично, но по краям виднелись трубы. Крупные. Похоже, старый вентиляционный рукав.