Страница 52 из 136
– Это ерунда. Как говорит моя прабабка, Пелагея Игнатьевна, до свадьбы заживет.
– Вернусь в Америку и сделаю ей предложение, – неожиданно сменил тему Тони и улыбнулся.
– Она еще не знает, что ты ее любишь, а ты уже жениться надумал? – усмехнулся Михаил.
– Ну а что тянуть кота за хвост? Пока я тут валялся, понял, что готов всю жизнь с ней прожить. Так что приеду домой, сразу и в любви признаюсь, и замуж позову.
– На свадьбу-то хоть пригласишь?
– Русский, ты будешь моим шафером, – ответил Тони.
– Даже так? – улыбнулся Михаил и протянул руку. – Спасибо за доверие, американец.
Тони ответил на рукопожатие и поинтересовался:
– Кстати, ты нашел, откуда позвонить старикам?
– Да. – Михаил кивнул. – Только сегодня. Звонил из кабинета декана. Неудобно было долго разговаривать, я попросил свою мать, чтобы она сообщила твоим старикам… – он запнулся.
– Что сообщила? – спросил Тони.
– Все как есть, – ответил Михаил.
– Правильно, – согласился друг. – Они должны знать правду. Возможно, пока я здесь валяюсь, кто-нибудь из них прилетит ко мне. В общем, так, русский, ищи, на чем добраться в Токио, и вали в Москву, – он снова вернулся к прежнему разговору. – Нечего тут больше делать.
– А ты?
– А что я? – хмыкнул он. – Как только встану на ноги, сразу улечу в Америку.
Подумав о том, что уже в ближайшее время придется расстаться с другом и уехать домой, так и не увидев Юми, Михаил почувствовал, как сердце сжалось в тугой комок, и снова стало трудно дышать. Он снял бейсболку и принялся ее нервно теребить, вперив взгляд в трещинку на полу.
– Ты чего сник? – спросил Тони.
– Да так.
– О ней думаешь? – поинтересовался товарищ. – До сих пор не могу понять, как ты так лоханулся? Не узнал, где она живет, даже телефон не взял.
– Я и сам не понял, как так получилось, – дернул плечами Михаил.
– Да что тут непонятного? – усмехнулся Тони. – Я догадываюсь, где были в тот момент твои мысли.
– А что толку? – пропустив мимо ушей его подначку, спросил Михаил. – Как бы теперь я ей позвонил?
– И то верно. – Тони покачал головой. – Надо найти Йоши, наверняка он поможет. Хотя я не удивлюсь, если он, как и ты, потерял рассудок от Эцуко, – фыркнул приятель и поморщился от боли.
– Нет самурая, пропал он.
– Что значит пропал? – нахмурился Тони.
– А то и значит, – развел руками Михаил и рассказал все, что узнал от Озэму.
– Печально, – задумчиво произнес Тони и потер свободной рукой подбородок, покрытый золотистой щетиной. – Час от часу не легче. Только бы с Йоши ничего не случилось. Он хоть и нудный тип, но я успел к нему привязаться за это время, – вздохнул он. – Жаль, конечно, что ты больше не увидишь Юми, но такова жизнь. Отнесись к этому философски. Знаешь, как говорят: «Если люди уходят, отпускай. Судьба исключает лишних. Не потому что они плохие, а потому что их роль в твоей жизни уже сыграна».
– Не могу я ее отпустить! – в сердцах воскликнул Михаил и уронил голову на руки. – Мне даже уезжать отсюда не хочется, – признался он, посмотрев на друга.
Все его нутро противилось и бунтовало при мысли о том, что он больше никогда не увидит Юми.
– Майкл, я тебя прекрасно понимаю, – ответил Тони. – Но хочешь ты того или нет, а придется уехать. Не будешь же ты тут торчать без денег и документов. Поезжай. Возможно, когда здесь все восстановится, ты сможешь найти Йоши через социальные сети. – Он замолчал и, тяжело вздохнув, сказал: – Если, конечно, он не… – Тони запнулся, не желая произносить вслух слово «погиб».
Молодые люди молчали какое-то время, каждый думал о своем. Михаил был согласен с другом. «Да, сейчас я вынужден уехать. Но даже если, не приведи господь, с самураем случится беда, я обязательно сюда вернусь. Землю переверну вверх ногами, но найду Юми», – дал он себе обещание.
– Будь проклято это землетрясение вместе с цунами! – Тони с таким отчаянием в голосе воскликнул, что Михаил вздрогнул. – Вся жизнь пошла наперекосяк. – Он судорожно сглотнул и отвернулся.
– Бро, не расстраивайся, ты живой – и это главное, – поддержал Михаил товарища.
В этот момент дверь отворилась, и на пороге возникла медсестра. Увидев ее, Тони помахал указательным пальцем и выдал очередной перл:
– Мичико, только не говори, что ему пора уходить, а то я достану свой припрятанный револьвер, детка, и наведу здесь шороху.
В этом был весь Тони. Казалось, еще минуту назад он находился на грани отчаяния, а теперь как ни в чем не бывало сыпал шутками.
– Ковбой, прибереги его для другого случая, – пошутил Михаил и, несмотря на испортившееся настроение, не смог не рассмеяться.
Медсестра тоже не сдержалась и прыснула в кулачок.
– Мистер Картер, я не ваша детка, – фыркнула она и с иронией обратилась к Михаилу: – Майкл-сан, прошу вас, скажите своему другу, пусть он уже перестанет всем угрожать своим несуществующим оружием.
– Мичико, думаю, он вряд ли меня послушает, – усмехнулся Михаил и покачал головой. – Дело в том, что Тони потомственный ирландец, а они – парни свободолюбивые, и никто им не указ.
– Ладно, мальчики, повеселились и хватит. – Она скрестила руки перед собой, затем посмотрела на Михаила. – Вам пора идти, а вам, Тони Картер, – она перевела взгляд на пациента, – сейчас будут делать перевязку и уколы.
– О боги, пожалейте мою пятую точку! – воскликнул он, заставив снова всех рассмеяться.
Когда наконец все успокоились, молодые люди стали прощаться.
– Ладно, Коза ностра, давай, – грустно вздохнул Тони. Пожимая руку Михаила, он задержал ее в своей руке чуть дольше обычного. – Надеюсь, прежде чем уехать, ты зайдешь попрощаться?
– Конечно зайду. Не могу же я улететь в твоей бейсболке, – усмехнулся Михаил. Увидев печаль в глазах друга, он широко улыбнулся и успокаивающе похлопал его по плечу. – Держись, брат, все будет хорошо.
В сопровождении Мичико Михаил направился на выход и, прежде чем покинуть помещение, обернулся в дверях, натянул бейсболку на голову и, подмигнув товарищу, сказал:
– Американец, обещаю, я приеду вместе с Юми на твою свадьбу, и вот там мы точно оторвемся по полной…