Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 44 из 136

Глава 9

Михаил вышел из госпиталя, когда на город уже опускался вечер, и в растерянности остановился на ступенях спортивного комплекса, думая, как теперь отсюда выбираться. Он понятия не имел, в каком районе Сендая находится и насколько это далеко от общежития. На территории комплекса движение было такое, будто многочисленные болельщики съезжались посмотреть важные спортивные соревнования. У входа то и дело останавливались автомобили и автобусы, выгружая вновь прибывших эвакуированных жителей. Из подъехавшей скорой врачи спешно выносили человека. На футбольном поле молотил лопастями вертолет, собираясь в очередной спасательный рейс.

Михаил решил спросить у входивших в здание людей, как ему добраться до университета, и обратился к молодой женщине с ребенком на руках. Пока объяснял ей на японском, чего он хочет, невольно улыбнулся, заметив, что малыш с открытым ртом разглядывает его. И когда Михаил посмотрел на него, его приплюснутая мордаха расплылась в улыбке, а черные глаза превратились в узкие щелочки. До чего же он был смешной. Михаил подмигнул ему, тот от радости захлопал в ладоши и так громко захохотал, что проходившие мимо люди не смогли сдержать улыбок. Этот звонкий детский смех прозвучал для всех как напоминание: несмотря на случившуюся трагедию, жизнь продолжается.

Мать ребенка выслушала сумбурное объяснение Михаила, скорее напоминавшее монолог сурдопереводчика, и, к его удивлению, ответила на приличном английском. Оказалось, после землетрясения и цунами общественный транспорт не ходил, а как теперь добираться до университета, она не знала. При этом она виновато улыбалась и пожимала плечами, всем своим видом показывая, насколько сильно сожалеет о том, что не может ему помочь.

Свидетелем их разговора стал японец средних лет. Он нес клетчатую сумку, которую в России зачастую называют «мечтой оккупанта», и помогал пожилой женщине подниматься по лестнице. Она повисла на другой его руке, с трудом переставляя ноги на ступенях. Мужчина и его спутница были похожи как две капли воды, из чего Михаил сделал вывод, что если они не мать с сыном, то в любом случае родственники.

– Мистер, – мужчина обратился к Михаилу на английском и показал в ту сторону, где стоял ярко-зеленый сундук на колесах – именно так выглядел небольшой фургон с иероглифами на боках. – Спросите у Тэцуя, возможно, он сможет вас подвезти. Только бегите быстрей, а то он сейчас уедет, – сказал он и повел свою спутницу дальше.

Михаил бросил ему вслед благодарность на японском, улыбнулся собеседнице и, помахав на прощанье малышу, помчался вниз по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки и слыша за спиной детский смех. Вот кому нипочем трагедия.

Михаил еще не успел спуститься, как фургон тронулся с места и покатился вперед.

– Маттэ, маттэ

[12]

! – размахивая руками, что есть сил закричал Михаил на японском, призывая его остановиться, и помчался наперерез.

Машина резко затормозила, из окна чуть ли не по пояс высунулся водитель и в грубоватой манере, совсем не присущей добродушным местным жителям, спросил:

– Чего тебе?

Запыхавшись от быстрого бега, Михаил принялся объяснять. Пока Тэцуя терпеливо слушал сбивчивую англо-японскую речь, его невозмутимое лицо с глубокими поперечными морщинами на лбу и мешками под глазами не выражало никаких эмоций.

– Садись, – наконец буркнул он, кивнув на пассажирскую дверь.

Михаил взялся за ручку, собираясь уже запрыгнуть в фургон, но вдруг вспомнил, что у него нет денег.

– Сэр, только я не смогу вам заплатить, – выпалил он на английском и от досады цокнул языком. – Моя банковская карта утонула, а наличных у меня нет.

Тэцуя посмотрел на него из-под насупленных кустистых бровей и, проигнорировав его слова, тоже перешел на английский:

– Я подвезу тебя, но предупреждаю заранее: близко подъехать к университету не получится, там землетрясение разрушило дорогу, так что тебе придется идти пешком.

– Вы не волнуйтесь, я дойду, – улыбнулся Михаил, в тот момент он сам не понял, чему обрадовался больше. Тому, что водитель согласился подбросить его, или тому, что он говорит на английском. – Домо аригато

[13]

, – поблагодарил парень по-японски и запрыгнул в машину.

За всю дорогу Тэцуя не проронил ни слова, лишь в самом начале, когда они только отъехали от спорткомплекса, поинтересовался у Михаила, из какой он страны приехал. Парень тоже не лез с расспросами, откуда ему знать, почему самурай такой хмурый. Возможно, он по жизни молчун, а может, у него случилось горе и ему не до разговоров. Михаил смотрел в окно и не узнавал Сендай. Некогда утопавшие в огнях оживленные улицы, площади, скверы и парки теперь выглядели как в фильмах ужасов – мрачными и безлюдными. Эту страшную картину усугубляли разрушенные дома с зияющими дырами на месте окон, дороги, превратившиеся в трясину, и черные трассы, скользкие, словно мыло. Многие из них были серьезно повреждены, на некоторых участках появились огромные трещины и волнообразные изгибы, что делало их похожими на американские горки. К тому же поваленные деревья, лежащие на проезжей части, затрудняли движение. Постоянно приходилось искать пути объезда. И, куда ни кинь взгляд, везде были обломки строений, сваленные в кучу битые машины, опрокинутые рекламные щиты и мусор. Горы мусора!

«Сколько же теперь понадобится времени на восстановление города», – думал Михаил, с замиранием сердца глядя на последствия цунами.

Когда они проезжали по эстакаде, в сумеречном свете Михаил смог разглядеть дома, стоящие внизу по крышу в воде. На одной из них он заметил опрокинутую сотовую станцию и вспомнил, что так и не позвонил родителям.

– Сэр, у вас есть связь на телефоне? – машинально выпалил Михаил и тут же отругал себя за то, что полез к человеку со своими проблемами, но было уже поздно. – Мой мобильный утонул вместе с картой, я уже вторые сутки не могу сообщить родным, что со мной все в порядке. Они, наверное, там с ума сходят, – объяснил он.

Не глядя на него, Тэцуя ухмыльнулся, вытащил из кармана куртки смартфон и, не произнося ни слова, протянул ему. Тотчас короткая радость блеснула в душе Михаила – наконец-то появилась возможность позвонить «старикам». Но она исчезла так же быстро, как и вспыхнула, стоило только увидеть на дисплее отсутствие шкалы связи.

– Все ясно. – Михаил закивал и вернул телефон.