Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 28 из 121

Два часа? Что мне там, черт возьми, делать целых два часа?

Не успела я сказать хоть что-либо, как он уже ушел, оставив меня одну. По дороге он ухитрился улыбнуться и подмигнуть другой танцовщице.

Вау. Настоящий козел.

Зато хотя бы поем – вот единственная радость от этой встречи. Может, стоит отказаться от пиццы в пользу салата? Такой тип, как он, наверняка ожидает, что я выберу что-то полегче.

Я вернулась к растяжке, решив оставить мысли о внезапном свидании до субботы.

Но Кэмден Джеймс не выходил у меня из головы.

Кэмден

Анастасия Леннокс оказалась непростой целью для слежки.

Я прятался за углом ее танцевальной студии, в переулке, который стал мне почти родным – столько времени я здесь торчал в последние дни. Наблюдал, выжидал, надеясь хотя бы мельком ее увидеть. Узнать о ней что-то полезное, что помогло бы завоевать ее симпатию, – было бы идеально.

Я собирал информацию при каждой возможности – любую деталь, которая могла бы сработать.

Пока без особых результатов.

Хотя кое-чего добился: нашел пятьдесят идиотов, которые следят за ней в соцсетях, и заставил их отписаться от нее.

Телефон завибрировал в кармане. Я прислонился к кирпичной стене, достал его и взглянул на экран.

Ари:

Герой, тут кошка застряла на дереве, тебе стоит прийти и спасти ее.

Я:

?

Я:

С чего ты взял, что я спасаю кошек..

Линк:

Это вопрос?

Уолкер:

Не очень удачный.

Ари:

Ну конечно, Дисней, ты же у нас подлиза.

Уолкер:

Я согласился с тобой!

Я:

Я до сих пор не понимаю, почему я должен спасать кошку. Я ведь их не люблю.

Ари:

Забери свои слова назад. Прямо сейчас.

Линк:

..

Ари:

Тебе есть что сказать, Золотой мальчик?

Линк:

Ты даже не любишь кошек..

Ари:

А, точно.

Я:

Я не понимаю, в чем смысл этого разговора.

Ари:

Я не понимаю, почему ты вообще здесь, Джеймс.

Я:

Ты сам мне написал.

Ари:

..

Я:

Я не буду спасать кошку.

Линк:

Получается, ты не такой уж и герой, а мы-то подумали..

Я:

Ну, я мог бы спасти кошку.

Ари:

Нет. Абсолютно нет. Я не выдержу двоих.

Я:

Двоих..?

Ари:

Двоих, поклоняющихся Золотому Мальчику.

Пора кому-то любить и меня.

Линк:

..

Уолкер:

..

Я:

..

Я:

Я правильно сделал?

Ари Ланкастер удалил вас из чата.

Я фыркнул, но через секунду мой телефон снова завибрировал.

Линк Дэниелс добавил вас в чат.

На моем лице растянулась улыбка.

Я:

Спасибо, Дэниелс.

Ты настоящий мужчина.

Ари:

ПОДЛИЗА!

Мой телефон снова начал вибрировать – Ари наверняка жаловался на «предательство Золотого Мальчика» или на что-то другое, столь же бессмысленное, но я уже не следил. В этот момент Анастасия появилась на ступеньках танцевальной студии. Я оттолкнулся от стены и сделал шаг вглубь переулка, чтобы она меня не заметила.

Черт, она потрясающе красива. Нужно запретить обтягивающую спортивную форму, в которую она была одета. Как она называлась? Балетный купальник?

Да, мне определенно нравились балетные купальники.

Зубы сами собой сжались, когда я заметил группу парней, идущих за ней. Они тоже разглядывали ее, точнее – то, как ее бедра облегала ткань. Один крикнул ее имя, и она остановилась, обернувшись. Я прижался к краю здания, стараясь расслышать разговор.

— Ты точно не хочешь, чтобы я заехал за тобой в субботу? – спросил высокий, худощавый тип с выражением конченного придурка на лице.

Я видел его с ней и раньше.

Даллон. Так его звали.

В первый раз, заметив, как он пялится на Анастасию у студии, я залез на сайт театра, чтобы выяснить, кто он. Оказалось, один из премьеров – этакий местный альфач.

Я хотел его убить.

Стиснув челюсти, я продолжал наблюдать, оставаясь невидимым с этого ракурса. Он оперся о перила, глядя на нее сверху вниз. Я напрягся, подкрадываясь еще ближе, ужас сдавил горло. В голове зазвенело, когда она улыбнулась ему.

Свидание до моей игры? Такого поворота я не ожидал. Как бы мне его испортить?

В последнее время этот вопрос возникал слишком часто.

— У меня дела, поэтому проще встретиться на месте, – ответила она, слегка отстраняясь и прикусывая губу – она делала так, когда нервничала.

Да, я уже изучил ее привычки.

— Ладно, – фыркнул мудак, закатив глаза, словно капризный подросток. – Пиццерия на той же улице, что и арена. Не ошибешься.

Она уже отошла на некоторое расстояние, махнула ему на прощание и быстрым шагом пошла по тротуару по своим делам. Место для слежки было идеальным – ни души вокруг, никаких шансов быть замеченным.

Я взглянул на телефон. У нее оставалось всего двадцать минут, чтобы успеть на работу. Она опаздывала. Я направился к своему пикапу, собираясь последовать за ней, но тут эти придурки завели свой разговор.

— Ну что, наша ледяная королева наконец растаяла, Даллон? – спросил один из парней, тот, что повыше.

Я замер, медленно разворачиваясь к ним, пальцы непроизвольно сжались в кулаки.

Никогда не задумывался об отрезании кому-либо языка, но сейчас мысль казалась почти разумной.

Еще одна импульсивная мысль, которой неожиданно возникла в голове – о подобном я раньше не думал.

Будущий покойник Даллон ухмыльнулся, провожая взглядом Анастасию.

— Такая телка явно нуждается в том, чтобы ее хорошенько согрели. Ужин, пара коктейлей на игре.. уверен, она позволит переспать с собой на заднем сиденье по дороге домой, – он усмехнулся. – У нее такая внешность, что, может, я задумаюсь над вторым разом.

Остальные заржали, будто это была лучшая шутка в их жизни. И в тот момент я решил, что они тоже заслуживают смерти.

Ярость накатила волной, сознание отключилось на несколько мгновений. Очнувшись, понял, что сделал шаг из переулка, готовясь разорвать их за эти слова. Но сдержался, позволив уйти, и лишь глубже вдохнул в надежде успокоиться. Сейчас нужно было добраться до ресторана, к Анастасии. До завтрашнего дня я обязан придумать, как сорвать это свидание. Но сначала – добраться до своей девушки.

Анастасия широко раскрыла глаза, когда вышла из-за угла и заметила меня за столиком у самого входа в подсобку.

— О, привет! – вырвалось у нее, и вода из ведра, которое она держала, плеснула через край.

— Привет, маленькая танцовщица, – протянул я, откинувшись на спинку стула. Я смотрел на нее взглядом человека, который, умирая от жажды, вдруг нашел оазис. Восемнадцать минут и тридцать две секунды – ровно столько прошло с нашей последней встречи.