Страница 40 из 73
— Но почему? Неужели я вам… неприятен? — голос виконта дрогнул, губы задрожали, и я в очередной раз убедилась, что этот ребенок мне ничем не поможет. Нет никакого смысла лишать его возможности найти ту, что действительно его полюбит, да и у меня останется шанс найти того, кто подойдет мне больше. Ведь может такое произойти?
— Милорд Арнел… — я шагнула еще ближе и взяла его за руку, отчего тот просто застыл, будто я владела замораживающими чарами. Похоже, это было вопиющим нарушением местных приличий. — Я вам так благодарна за все, что вы для нас сделали. Поэтому ответить на ваши чувства было бы черной неблагодарностью с моей стороны. Это навлекло бы на вас только беды, поверьте мне.
— Но наша любовь могла бы преодолеть…
— Мир к ней не готов.
— Но я…
— Обязательно встретите прекрасную девушку, которая сделает вас счастливым.
— Но это будете не вы…
— Не я.
— И все же я подожду, — виконт упрямо тряхнул головой. — Столько, сколько будет нужно, чтобы вы осознали серьезность моих намерений…
В ответ я только покачала головой и развернувшись, отправилась к общежитию. Я опасалась, что серьезность этих намерений осознает совсем другой человек, и кто знает, что он тогда предпримет.
И долго ждать, чтобы это выяснить, мне не пришлось. Уже на следующий день меня вызвали к границе, где ледяной статуей правосудия высился герцог Норден, рядом с ним нервничал плотный мужчина лет пятидесяти, а в окне стоящей неподалеку карты мелькало расстроенное женское лицо.
Присмотревшись к мужчине повнимательнее, заглянув в его карие глаза и оценив герб на карете, я поняла, что у нас здесь происходит знакомство с родителями.
— Один шанс, — холодно обронил Его Светлость герцог Норден вместо приветствия. — Я даю вам несколько минут и один шанс все исправить.
— Леди Нойр, добрый день. Позвольте представиться, граф Лавье, — проявил похвальную вежливость отец Арнела, хотя по всему было видно, что день, когда его сын захотел жениться на черной ведьме, он точно добрым не считает. — До меня дошла информация… Мне стало известно… Я хотел бы предложить… Возможно, вас устроит…
Так мы до вечера до сути не доберемся. Я уже хотела вставить пару слов, чтобы направить разговор в нужное русло, когда герцог Норден, видимо, пришел к тем же выводам, что и я, и спросил без прелюдий:
— Леди Нойр, что вы хотите за то, чтобы оставить в покое виконта Лавье и прекратить его соблазнять?
Первая часть фразы мне очень понравилась, а вторую я решила проигнорировать.
— Пять коров и один бык, и ваш сын никогда не станет моим мужем, граф, — обратилась я напрямую к отцу жениха, бросив на грубияна-герцога благодарный взгляд за возможность перейти к конкретике.
Я должна была что-то взять. Начни я уверять, что уже отказала виконту и не планирую идти с ним по жизни, они бы лишь уверились, что я задумала что-то совсем грязное и темное, а мне совсем не нужно, чтобы герцог стоял над душой, раздумывая, пора меня убивать или еще нет.
Раз уж меня тут покупают — продамся с удовольствием. Я хотела корову, молока, сыра, масла, взбитых сливок, творога… Есть вдруг захотелось зверски, скорее бы ужин.
— Это какая-то шутка, леди Нойр?.. — совсем растерялся граф Лавье.
Какие они в этом графстве все милые и приятные, вот есть же хорошие люди.
— Помилуйте, какие шутки? С недавних пор к крупнорогатому скоту я отношусь исключительно серьезно. Но это должны быть реально хорошие коровы и отличный бык. Породистый!
Я понятия не имела, какие бывают быки и коровы, но уж пусть они постараются и найдут самых лучших. Граф же пока просто смотрел на меня, мелко моргал и молчал.
— Вы издеваетесь, леди Нойр? — снова вступил в разговор герцог Норден. — Вы хотите сказать, что вас можно купить за скотину?
— Сегодня можно, — заверила я его. — И в дальнейшем, если у вас будут подобные реальные предложения, а не бесплатные нотации, добро пожаловать.
— В вас не осталось ни капли чести и достоинства, леди Нойр. — Каждое слово Его Светлости было пропитано чистым презрением.
Я же в ответ только развела руками:
— Зато у меня будет стадо. И я надеюсь, это стадо у меня появится очень скоро.
Последние слова я адресовала графу Лавье, который так и не сводил с меня круглых от изумления глаз, изобразила короткий поклон, помахала рукой скандализированной, судя по ее лицу, даме в карете, и отправилась искать Зарена. Нужно было обсудить, где нам построить коровник. И сено опять же на зиму стоит начинать заготавливать прямо сейчас.
Или граф Лавье сумел быстро взять себя в руки, или выбор скота был поручен очень расторопным людям, но наши новые коровы прибыли к нам на следующий же день. Прибыли, и все как одна отказались и копытом ступить на Проклятые земли.
«Ну сбавь обороты чуть-чуть, прояви гостеприимство», — уговаривала я Чудище, которое в ответ только фыркало и отказывалось понимать, зачем мне вообще нужны какие-то глупые коровы.
«Ну будь мужиком, покажи пример», — взывала я к быку, полагая, что за таким буйволом любая корова пойдет куда угодно. Граф Лавье не поскупился и не попытался обмануть — Зарен уверил меня, что скотина роскошная, и к этому быку у нас очередь выстроится из желающих получить потомство от такого красавца.
Но тщетно, в первый день переговоры зашли в тупик, и ночевать коровы остались у границы, привязанные за колышки, вбитые по нашу сторону. За сохранность ценного стада я не волновалась, потому что Рест с дружиной остались на ночь там же, и нам бы скорее свою корову кто-нибудь с перепуга отдал, чем попытался увести нашу.
На следующий день я поручила Персу с мальчишками нарвать самой лучшей и сочной травы и раскидать ее на нашей стороне. По скошенному разнотравью бродила обалдевшая от изобилия Милка, перебирая, что хватать первым, и выразительно поглядывала на быка, словно обозначая, что она тут в любом случае главная сила на районе, а всякие пришлые ей не указ, даже если и вымахали размером с гору. Милка в конечном счете и принесла нам победу.
Устав от мельтешащей перед глазами рогатой мелочи, бык раздраженно мыкнул и тряхнул головой, отчего Милка подскочила вверх всеми четырьмя копытами сразу, метнулась к нему под ноги, боднула, что достала, и бросилась бежать, куда глаза глядят.