Страница 85 из 97
– Что мне следует делать? – осторожно спросила Кейтлин. – Теперь, когда стало известно о смерти его няни, как нам лучше поступить?.. – с мрачным выражением лица повторила она. Второй принц давно исчез из императорского дворца, где служила Кейтлин, и его местонахождение до сих пор оставалось неизвестным.
– Кейтлин.
– Да, глава семьи.
– Тебе нужно просто жить своей жизнью. А если в твои руки попадет информация, которая может быть полезна Ломбарди, запомни ее и передай мне.
– Но… – Кейтлин так крепко сжала подол платья, что на ткани проступили складки. – Глава семьи, может, кто-то еще что-нибудь слышал?
Спрашивать о сведениях, которые принесли другие члены собрания, было запрещено. Воспитанники доставляли лишь крупицы информации – складывать их в единую картину имел право только глава семьи. Кейтлин знала это, но все же решилась задать вопрос:
– У меня нет скрытых намерений. Я спрашиваю лишь потому, что существование второго принца крайне важно для Ломбарди, поэтому…
Лулак не стал ее упрекать. Он лишь кивнул, словно признавая правоту Кейтлин.
– Разве это не смешно, Кейтлин? Мне нужен маленький ребенок, который, хоть и зовется принцем, будто бы и не существует вовсе, – в его словах звучала горькая самоирония. Причина, по которой Лулак искал второго принца, была проста: он был нужен, чтобы ограничить власть семьи Ангенас – иными словами, власть императрицы Лавинии. Главное преимущество императрицы заключалось в том, что она была законной женой императора и матерью его единственного сына. Но у императора имелся еще один сын, правда, о нем не было известно практически ничего. Йованес делал вид, будто не знает о «посеянных им семенах», чем еще больше развязывал руки императрице.
– Это все потому, что я слишком поздно начал действовать, – с сожалением произнес Лулак. – Если бы я узнал чуть раньше, что мать второго принца умирает, я мог бы забрать его под защиту Ломбарди.
Императрица, забыв о своем положении, осмелилась вмешаться в вопрос о наследовании семьи Лулака.
– Ангенасы продолжают шпионить за тем, что происходит у меня под крышей, а я вынужден сидеть сложа руки и лишь наблюдать! Ха!
Лавиния Ангенас обращалась с его старшим сыном Визом словно с подчиненным и вмешивалась в дела Ломбарди – но Лулак был бессилен. Теперь, когда стало ясно, что второй принц надежно спрятан, у Лулака не оставалось иных способов противостоять императрице.
– Может, он уже мертв?..
Говорили, что флигель в лесу, где жили второй принц и его мать, давно пустует. В заброшенном здании, больше напоминавшем развалины, не было никаких следов ни Переса, ни его слуг. Поэтому Лулак приказал Кейтлин и другим воспитанникам, работающим в императорском дворце, отыскать няню второго принца. Он предполагал, что императрица могла отправить мальчика на земли, принадлежавшие Ангенасам. Но няню нашли мертвой в нижнем течении реки Сервес. Велика была вероятность, что тело второго принца будет обнаружено где-то надалеко от нее.
– Иначе было бы не так уж сложно найти одного маленького ребенка и служанку, которая за ним присматривает, во дворце, – посетовал Лулак, качая головой.
Первый принц оставался единственным ребенком, проживавшим в императорском дворце. Лулак уже подумывал о том, чтобы прекратить поиски Переса.
– Маленького ребенка…
Когда Кейтлин услышала эти слова, в ее памяти вспыхнул отрывок разговора.
«Да! Но было очень скучно. За исключением того, что я завела друга!»
Так сказала госпожа Фирентия, с которой она недавно познакомилась.
Кейтлин задумалась.
«Он сказал, что болен. Сказал, что остался совсем один…»
Один.
До сих пор в поисках второго принца Лулак ориентировался на маленьких детей в сопровождении придворных дам. Никому и в голову не приходило, что императрица могла оставить второго принца совершенно одного. Но что, если она спрятала его в императорском дворце без всякого сопровождения, а труп няни приказала унести подальше – лишь для отвода глаз?
Кейтлин взглянула на погруженного в раздумья Лулака и осторожно открыла рот, собираясь поделиться своей догадкой.
* * *
– Дедушка, я пришла!
Я как раз собиралась поужинать с Шананет и близнецами, когда мне сообщили, что отец снова задержится. Но тут появился дворецкий и сказал, что меня ищет дедушка. Войдя в комнату, я увидела на столе простую, но невероятно вкусную еду – как и в прошлый раз.
– Наша Тия здесь! Я позвал тебя, чтобы ты поужинала со своим дедушкой!
– С большим удовольствием!
Я гадала, что могло стать причиной этого приглашения, но, похоже, Лулак просто хотел провести время с внучкой. Я села рядом с ним и с легким сердцем принялась за еду.
– А теперь съешь-ка и вот это. И это тоже попробуй.
Дедушка ласково гладил меня по голове, ставя передо мной одну тарелку за другой.
– Съешьте и вы, дедушка! Это очень вкусно!
Когда я отправила в рот третий кусочек мяса, дедушка посмотрел на меня и спросил:
– Я слышал, что у нашей Тии появился друг?
– Друг?
– Да, в императорском дворце.
Я невольно ослабила бдительность. Чтобы скрыть смущение, я сделала вид, что усердно пережевываю мясо. Как отреагировал бы обычный восьмилетний ребенок на подобный вопрос от дедушки?
Проглотив кусок, я отложила вилку.
– Как вы об этом узнали, дедушка?! – я широко раскрыла глаза и повысила голос, изображая крайнее удивление. Маленькие дети не вникают в сложные взаимоотношения взрослых. Когда днем я рассказывала Кейтлин о своем «друге во дворце», мои слова звучали искренне – словно я говорила лишь из заботы и тоски по нему, без скрытых мотивов.
Я повернулась к дедушке. Он улыбнулся и нежно ущипнул меня за щеку.
– Я услышал о нем от Кейтлин. Ты знаешь, как сильно меня расстроил тот факт, что ты рассказала о своем друге Кейтлин, а не дедушке? – произнес он с улыбкой, не выдавая намерения меня допросить.
– Угу. Во время поездки с отцом в императорский дворец я заблудилась и встретила друга. Я боялась, что меня будут ругать… Поэтому…
– Ты заблудилась?
Вероятно, отец велел слугам держать язык за зубами. Хотя я не видела смысла щадить таких людей, как императрица и император. Мой папа был чересчур добр. Но я не могла позволить себе быть такой же.
– Да! Внезапно страшные рыцари остановили карету и приказали нам с папой выйти. Он рассердился и начал спорить с ними! Поэтому я тоже вышла, но мне стало так страшно…