Страница 96 из 137
Сердце ударяет сильнее.
— Вот так можно.
— Сложно.
— Привыкнешь.
Теперь его собственное слово возвращается к нему.
В уголке губ появляется короткая усмешка.
— Посмотрим, тихоня.
Я снова сажусь.
Данил доедает, принимает лекарство и отодвигает тарелку.
— Теперь мой вопрос.
— Какой?
— Ты приехала из-за метки?
— Нет.
— Она болела?
— Немного.
— Насколько?
— Терпимо. Я могла остаться у Насти.
— Тогда почему здесь?
Я провожу пальцем по краю чашки.
Ответ уже готов.
— Потому что хотела тебя увидеть.
Он замирает.
В комнате становится тихо.
Данил умеет спокойно принимать угрозы, кровь, ножи и полицейские вопросы. Простая фраза заставляет его смотреть на меня так, словно я ставлю перед ним неизвестное оружие.
— Скажи ещё раз, — требует он.
— Нет.
— Мира.
— Ты слышал.
— Хочу услышать снова.
— Я приехала, потому что хотела увидеть тебя.
Его взгляд опускается к моим губам.
— Подойди.
— Нет.
Лицо сразу становится жёстче.
— Это проверка, — объясняю я. — Я сказала «нет».
Пальцы Данила сжимаются на столе.
Он остаётся на месте.
— Хорошо, — произносит через несколько секунд.
Я встаю сама.
Обхожу кухонный остров и останавливаюсь перед ним.
— Теперь можно.
Он поднимает правую руку, но не касается.
Ждёт.
Я беру его ладонь и кладу себе на талию.
Данил тяжело вдыхает.
— Это тоже проверка?
— Нет.
— Тогда что?
Вместо ответа я поднимаюсь на носки и целую его.
Сама.
Без сделки, угрозы, желания и страха за другого человека.
Данил замирает лишь на секунду. Потом ладонь на талии сжимается, однако ближе он меня не притягивает. Не углубляет поцелуй, не перехватывает затылок и не начинает распоряжаться каждым движением.
Оставляет мне возможность отстраниться.
Я первой касаюсь пальцами его щеки и целую снова.
Только тогда он отвечает.
Медленно. Сдерживая силу и привычную жадность. Его губы двигаются осторожно, правая рука остаётся на талии, левая висит в фиксирующей повязке.
Когда дыхание сбивается, я отступаю.
Данил сразу отпускает.
Он действительно останавливается.
— Это не прощение, — говорю я.
— Знаю.
— И не согласие вернуться насовсем.
— Знаю.
— Сегодня я останусь в гостевой.
— Хорошо.
— Один поцелуй не меняет условия.
— Понял.
Я смотрю на него с подозрением.
— Ты точно Данил?
— Хочу трахнуть тебя на этом столе, но молчу.
Лицо вспыхивает мгновенно.
Он скользит взглядом по моим щекам.
— Теперь узнаёшь?
— К сожалению.
— Иди в гостевую, пока выполняю обещание.
Я направляюсь к коридору.
У двери останавливаюсь.
— Спасибо, что сегодня не приехал в кафе.
Данил прислоняется бедром к кухонному острову.
— Самое тяжёлое, что делал за неделю.
— Тебя дважды зашивали.
— Это было легче.
Я вхожу в гостевую.
Комната встречает меня тем же серым покрывалом, халатом на кресле и одеждой в шкафу. Данил ничего не убирает. Даже новые тапочки стоят возле кровати.
Телефон вибрирует.
Сообщение приходит от Насти.
Настя: Ты там?
Мира: Да.
Настя: Он тебя удерживает?
Я смотрю на закрытую дверь. Замок остаётся открытым. Данил не идёт следом.
Мира: Нет. Я остаюсь сама. Только на эту ночь.
Три точки появляются сразу.
Настя: Почему?
Я сажусь на кровать.
Долго смотрю на вопрос.
Потом пишу:
Мира: Потому что, кажется, уже слишком поздно делать вид, что я к нему ничего не чувствую.
Отправить не успеваю.
На экране появляется уведомление из новостного канала университета.
Срочная новость: наследник группы компаний «Громов» разрывает помолвку с Ариной Вольской из-за тайной связи со студенткой-бетой.
Под заголовком находится фотография.
Я выхожу из клиники рядом с Данилом. Его ладонь лежит у меня на пояснице, воротник водолазки сдвигается, и тёмная метка на плече хорошо видна.
Ниже уже появляются десятки комментариев.
А следом приходит сообщение от Арины:
Я предупреждаю. Теперь прятаться поздно.