Страница 121 из 137
— Да.
— Проверил Настю.
— Да.
— Родителей.
— Да.
— Антона.
Его челюсть напрягается.
— Да.
— Кого ещё?
— Двух альф с соседнего потока.
— Зачем?
— Один просил твой номер. Второй собирался пригласить в кино.
Я смотрю на него.
— Что ты сделал?
— Первому объяснили, что номер не нужен. Второму предложили другой факультет.
— Что значит «предложили»?
— Он перевёлся на заочное.
— Данил.
— Его отец хотел, чтобы он работал. Я помог принять правильное решение.
— Ты вмешался в учёбу человека, потому что он собирался позвать меня в кино?
— Да.
— Он даже не пригласил.
— Не успел.
— Ещё кто-то?
— Антона не трогал до кафе.
— Потому что он ничего не делал?
— Потому что ты сама дважды отказалась идти с ним после занятий.
— Я отказалась из-за курсовой.
— Мне было всё равно почему.
— Ты планировал отношения до фотографии?
— Да.
— Каким образом?
— Несколько вариантов.
— Нормальных среди них не было?
— Один.
— Какой?
— Познакомиться.
— И почему не выбрал его?
Данил смотрит на меня так, будто ответ очевидный.
— Ты бы отказала.
— Возможно.
— Точно.
— Поэтому решил сломать такси?
— Проколоть колесо. Предложить подвезти. Потом сказать, что пил, и оставить у себя до утра.
— Ты серьёзно собирался изображать пьяного?
— Нет. Сказать, что пил.
— И всё это ради ночи в гостевой?
— Сначала.
— А потом?
— Дальше решил бы на месте.
Очень успокаивающе.
— Фотография действительно пришла случайно?
— Да.
— Ты ничего не подстраивал?
— Нет.
— Никому её не показывал?
— Никому.
— Даже Максу?
— Он знал, что есть фото. Содержимое не видел.
— Копии точно удалены?
— Да.
— На серверах, резервных дисках, в скрытых папках?
— Везде. Если хочешь, эксперт Ирины проверит устройства.
— Хочу.
— Хорошо.
Я отмечаю это в телефоне.
— Корсаков.
Лицо Данила становится холоднее.
— Что?
— Ты знал, что он вернулся, до первой угрозы?
— Нет.
— Твой отец знал.
— Неделю.
— И не сказал тебе.
— Да.
— Когда узнал, что Корсаков следит за мной, ты использовал это, чтобы оставить меня в квартире.
— Да.
— Ты мог обеспечить охрану у Насти и не увозить меня.
— Мог.
— Почему не сделал?
— Хотел, чтобы жила со мной.
— Нападения не организовывал?
Взгляд становится жёстким.
— Нет.
— Я должна спросить.
— Знаю.
— Зорин, Савин, люди у квартиры тёти — всё Корсаков?
— Да. Все материалы у следователя и Ирины. Проверяй.
— Проверю.
— Хорошо.
— Двадцатая ночь.
Он перестаёт двигаться.
— Ты выбрал её из-за гона.
— Да.
— Если бы я не согласилась, ты бы остановился?
— Нет.
Ответ звучит сразу.
Мне становится холодно.
— Даже сейчас говоришь так спокойно.
— Ты просила правду.
— И всё равно пришла к тебе сама.
— Да.
— Почему ты потом остановился и отпустил?
Данил смотрит на свои пальцы.
— Увидел следы на твоём запястье после наручников. Потом схватил возле кухни и понял, что снова причиняю боль. Во время гона перестал различать, где заканчивается желание удержать и начинается то, после чего ты больше никогда не посмотришь на меня без страха.
— Поэтому заперся.
— Да.
— И простил желание.
— Да.
— Но когда я вошла, всё равно закрыл дверь.
— Да.
— Ты мог не услышать.
— Мог.
— А если бы не остановился, когда я просила?
— Ты нажала бы кнопку.
— Ты уверен?
— Нет.
В груди сжимается.
— Вот почему я боялась.
— Знаю.
— Сейчас понимаешь?
— Да.
— Тогда почему раньше говорил, что страх полезен?
— Потому что он держал рядом.
— А теперь?
— Теперь понимаю, что рядом оставалось тело. Ты сама уходила при первой возможности.
Он впервые формулирует разницу без моей подсказки.
— Помолвка, документы, омежий маркер — всё?
— Есть ещё одно.
Я напрягаюсь.
— Что?
— После первого анализа отец предложил скрыть результат от тебя и объявить метку медицинской ошибкой.
— Ты отказался.
— Да.
— Почему не сказал?
— Хотел сначала закончить с Вольскими.
— Это снова тайна ради результата.
— Да.
— Что ещё?
— Роман предложил публично представить тебя временной связью во время гона. Потом на месяц уехать с Ариной и расторгнуть соглашение без передачи акций.
— Это ты уже рассказал по телефону.
— Не всё.
Я жду.
— Он предложил заплатить тебе.
— Арина тоже.
— Отец собирался предложить больше.
— Сколько?
— Квартиру, счёт и место в европейском университете.
— Очень щедро.
— Я запретил с тобой связываться.
— Когда?
— Вчера утром.
— Почему не рассказал?
— Потому что ты бы решила, что должна доказывать, что не продаёшься.
Он снова принимает решение за меня, но хотя бы понимает причину.
— Больше ничего?
— По фактам — нет.
— А по планам?
— Собирался после окончания университета перевезти тебя в дом за городом.
— Без моего согласия?
— Да.
— Всё ещё собираешься?
— Хочу.
— Я спросила другое.
Данил тяжело выдыхает.
— Без согласия — нет.
— Жениться?
— Хочу.
— Публично объявить?
— Только если разрешишь.
— Дети?
Он смотрит на меня внимательнее.
Лицо сразу теплеет.
— Я не предлагаю сейчас. Спрашиваю, что ты уже решил.
— Двоих.
— Ты даже количество решил?
— Минимум.
— Данил.
— Ты просила планы.
— Имена тоже выбрал?
— Нет.
— Уже хорошо.
— Имя девочки выберешь ты.
— А мальчика?
— Я.
Я закрываю лицо ладонями на секунду.
— Ты невозможный.
— Знаю.
— Я пока даже не решила, буду ли жить с тобой.
— Поэтому молчал про детей.
— Очень предусмотрительно.
В голосе появляется сухая ирония, и напряжение немного ослабевает.
Данил смотрит на меня.
— Ещё вопросы?
— Один.
— Спрашивай.
— Ты меня любишь?