Страница 70 из 81
Я усмехнулась, чувствуя, как глаза начинает щипать.
— Бедный ты.
Он вздрогнул, но я уже не могла остановиться.
— Ты боялся? А я, значит, должна была не бояться? Когда ты вёз к себе в квартиру? Когда просил жить с тобой? Когда спал со мной? Когда говорил, что любишь?
На последней фразе голос дрогнул.
Я ненавидела себя за слабость.
Лёша подошёл ещё на шаг.
— Я люблю тебя.
— Не надо сейчас этим прикрываться.
— Я не прикрываюсь.
— А как это выглядит? — Я развела руками. — Ты соврал. Я узнала сама. Пришла сюда, в твой настоящий мир, где все знают, кто ты, кроме меня. И теперь ты говоришь «я люблю тебя», потому что это единственное, что ещё может меня остановить.
— Нет.
— Да.
— Нет, — повторил он жёстче. — Я говорю это, потому что это правда.
— Правда? — Я рассмеялась. Коротко. Горько. — А ты вообще умеешь её говорить?
Его лицо изменилось. В глазах мелькнула боль.
Но я уже была слишком злая, чтобы пожалеть его.
Раненная и униженная.
— Я сидела в твоей квартире, Лёш, — сказала я тише. — Вчера. После того как… после того как была с тобой. И гуглила тебя ночью. Понимаешь? Я узнавала правду о мужчине, которому почти сказала, что люблю, из статей в интернете. А сегодня я пришла сюда по заданию. Как чужая. И твой помощник знает тебя лучше, чем я.
— Это не так.
— Да? — Я кивнула на дверь. — Он хотя бы знает, как тебя называть.
Лёша сжал руки в кулаки.
— Я хотел, чтобы ты полюбила меня.
— Я и полюбила!
Слова вырвались сами. Громко.
Он подошёл почти вплотную ко мне.
— Карина... — начал он.
— Нет.
Я отступила.
Потому что если он сейчас коснётся меня, я не знала, что сделаю.
Заплачу.
Ударю.
Обниму.
Все варианты были одинаково унизительными.
— Я полюбила тебя, — сказала я уже тише. — Того, кем ты позволил мне тебя видеть. Простого. Настоящего. Тёплого. Мужчину, который и говорил, что рядом с ним можно не бояться.
Я сглотнула. Горло болело и жгло.
— А теперь я не понимаю, где там был ты, а где — роль.
Я собрала листы с вопросами со стола.
Пальцы снова дрожали, но теперь мне было всё равно.
— Не уходи.
Голос у него изменился. Стал сломанным.
Я подняла глаза.
— А что мне делать? Остаться и послушать, как ты не хотел, как боялся, как собирался сказать, что всё это было ради меня?
Он молчал.
— Я не могу сейчас.
— Я поеду с тобой.
— Нет, Лёш. — Я сжала папку в руках. — Хоть раз не решай за меня.
Он будто застыл.
Эта фраза попала туда, куда должна была.
Я увидела, как в нём борются два желания.
Остановить, удержать, не дать мне выйти. И отпустить, потому что я попросила.
Это длилось несколько секунд.
Потом он медленно отступил. Всего на шаг.
Но для него это, кажется, было почти подвигом.
— Хорошо, — сказал он хрипло. — Я не поеду.
Я кивнула.
Хотела сказать что-нибудь ещё.
Что ненавижу его, что люблю, что он всё испортил.
Что пусть никогда больше не прикасается, что пусть прямо сейчас обнимет меня так, чтобы я перестала рассыпаться.
Но не сказала ничего.
Я развернулась и пошла к двери.
На пороге он всё же произнёс:
— Красивая.
Я замерла, но не обернулась.
Сердце предательски дрогнуло.
— Не называй меня так, — сказала я тихо и вышла.
В приёмной Олег поднялся со своего места.
По его лицу было понятно, что он слышал если не всё, то достаточно.
Я прошла мимо, не глядя на него.
Остановилась лишь у входа, вдохнула и только тогда поняла, что дрожу.
Слёзы всё-таки сорвались.
Я быстро стёрла их пальцами, подняла руку и поймала такси.
Мне нужно было уехать. Пока я ещё могла.