Страница 60 из 184
На улице уже давно стемнело, а в коридорах академии по-прежнему суетились адепты: у кого-то тренировки, у других — дополнительные занятия. В Академии Темных у студентов не имелось свободного времени, поэтому никого не удивлял режим обучения, при котором занятия шли до позднего вечера.
Еще до тренировки Маркуса я сходила в библиотеку: искала дополнительную литературу по боевым заклинаниям. Конечно, мне не все было доступно, так как я числилась первокурсницей, но даже для моего уровня нашлось предостаточно достойной информации. Будет теперь, чем заняться бессонными ночами, потому что больше пить снотворные травы я не намерена!
— Подскажи, есть ли такая инструкция… — почти шепотом обратилась я к темному фею, отвечавшему за распределение книг в читальном зале. — Где описывается значение цветов в качестве подарка?
Фей уставился на меня, пытаясь осознать суть странного вопроса. Кажется, ничего не понял, потому что в недоумении приподнял бровь и сложил на груди маленькие ручки.
— Мне нужно узнать значение цветов, которые мне подарили. — Я перефразировала свою просьбу по-другому, на что пикси презрительно фыркнул.
— Такого у меня еще не спрашивали! Лучше бы об учебе думала, вертихвостка! — недовольно проворчал он и, интенсивно замахав крылышками, полетел в сторону стеллажей, заполненных увесистыми фолиантами и пестрыми рукописями великих магов.
Я приняла невозмутимый вид, когда с помощью магии темный фей положил передо мной небольшую книжечку.
— Это все, что есть. У нас здесь военная академия, а не брачное агентство, если ты не заметила, — нравоучительно напомнил он.
Я благоразумно промолчала, взяла маленькую тонкую книжечку с загадочным названием «Тайный язык цветов» и открыла оглавление.
В перечне названий первым в глаза бросились незабудки, и я без промедления выяснила, что они обозначают.
«Букет из незабудок дарят в тех случаях, когда хотят доказать свое дружеское отношение и верность. Это символ постоянства, искренности чувств и преданной любви».
Ох, надеюсь, последнее в нашем случае преувеличено! Не может же абсолютно все совпадать, как в тексте. Тем более я сомневаюсь, что Эд читал эту книгу. Скорее всего, таким образом он хотел выразить свое бескорыстие в наших отношениях и верность дружбе, потому что никаких намеков с его стороны на нечто большее я уже давно не замечала.
Затем я нашла информацию о миралиях… Оказывается, цветок был очень редким и произрастал далеко на севере, поэтому любил холод и суровые условия. Обычно он имел белый цвет или розоватый оттенок, на стебле всегда имелись острые шипы.
А вот красные миралии выращены искусственно. Из-за сложности создания необходимых условий для роста цветов в луковицу приходилось добавлять магические инъекции. Поэтому декоративные миралии приобретали другой, темно-бордовый цвет и теряли свои колючки. Однако их значение оставалось прежним…
«Миралии дарят в том случае, если восхищаются вашей внутренней силой. Тот, кто дарит эти цветы, не просто вдохновлен вашими действиями, он влюблен в вашу силу духа. Помимо всего прочего, красные миралии символизирует страсть и желание…»
Я прочитала несколько раз отрывок. Много раз… Наверное, наизусть выучила.
Потом я все занятие пыталась заметить в Маркусе хотя бы намек на то, что слова из книги «Тайный язык цветов» применимы к его букету. Естественно, ничего не поняла… Потом внушила себе, что это случайное совпадение и принц ничего такого не имел в виду.
А когда я зашла к Марксу в кабинет, чтобы поставить магическую клятву, и вовсе решила, что никакими восхищением и страстью здесь даже не пахнет. Это просто я — глупая и влюбленная дурочка!
Взгляд Маркуса сейчас сквозил холодом, недружелюбием. Он молча протянул мне бумаги с перечнем пунктов, которые я обязана соблюдать во время обучения в Академии Темных.
Я для видимости пробежалась взглядом по списку, хотя все эти пункты уже освещались в изученном мною уставе академии, прошептала заклинание, обрекая себя на неминуемую кару в случае нарушения правил, и по бумаге скользнули рунические знаки с моей настоящей фамилией.
— Мне нужно будет съездить во дворец, — сказал Маркус, забрав документы. — Из-за союзника не могу тебя оставить, поэтому поедем вместе, когда твое здоровье наладится.
— Я в порядке… — растерянно ответила ему.
Мы поедем во дворец⁈ Вот это новости!
— Это Сурья решит. Ты сегодня была у нее? — строго спросил он.
Ой!.. Я виновато потупила взгляд. Маркус вздохнул.
— Можешь идти, — устало произнес он. — И сейчас же зайди к целительнице.
Все… Ничего не сказал о турнире. Не ругался, не сыпал молниями из глаз, словно ничего и не произошло.
— Я записалась в магический турнир, — напомнила ему. Мне нужна была его реакция, хотя бы какая-нибудь.
Маркус скрестил руки на груди и мрачно посмотрел на меня, по-прежнему молча.
— Поэтому я бы хотела попросить вас заниматься со мной стихиями чаще, чтобы я смогла быстрее наверстать упущенное. Если это возможно, конечно… — робко попросила я, потому что его тяжелый взгляд выглядел угрожающе.
— Нет, — просто ответил он. — Чаще заниматься мы не будем.
— Ясно… — расстроенно сказала я. — Значит, на некоторых время находится…
Последние слова я еле слышно пробормотала себе под нос.
— Что? — переспросил он, склонив голову набок, и сощурился.
— Для тренировки Лорейн вы каждый день время находите! — с обидой выпалила я, но потом осеклась, только было уже поздно. Слово не воробей, вылетит — не поймаешь. Вот уж действительно, «язык мой — враг мой»!
Маркус вопросительно приподнял бровь, а потом резко встал со стула, заложив за спину руки, медленно подошел ко мне вплотную и очень выразительно посмотрел в глаза.
— Лорейн здесь каким боком? — ледяным тоном спросил он.
— Я просто слышала…
— Меньше слухи собирай, больше головой думай! — Он показательно постучал пальцем по моему лбу.
— Эй! — Я недовольно потерла кожу на этом месте и нахмурилась.
— У Лорейн сильная магия, ей необходимы правильные тренировки, — спокойно ответил он. — Тем более что ее природная сила — стихии.
— Но и у меня тоже! — возмутилась я. — Сколько у Лорейн стихий? Неужели пять?
— Две, — поправил он.
— Две⁈ — Я скривилась. Да это же смешно! — Почему тогда меня определили на траволечение, а ее — на боевой факультет⁈