На той стороне

Спустя минуту над погостом звучал гул глухих голосов, проникая в глубину души, заставляя её сжиматься от страха.

Макар потряс головой, словно пытаясь сбросить наваждение. Он ещё быстрее заработал руками, утрамбовывая землю в домовину. И в этот момент из раскопанной им ямки, из-под земли, стала пробиваться наружу маленькая детская ручонка. Закричав от испуга, Макар отпрянул и, оступившись, упал на соседний могильный холм. Земля под спиной зашевелилась, и что-то холодное коснулось шеи. Нервы парня сдали. Вскочив на ноги, он схватил оставленную на могиле ребёнка домовину. Другой рукой он сгрёб в охапку шипящего кота и бросился прочь с погоста.

Перепрыгивая через холмики, падая и поднимаясь, он бежал, как обезумевший. Остановился Макар, лишь услышав звонкий собачий лай, сообразив, что погост остался далеко позади.

Миновав деревню, парень упал на колени возле кромки леса. Только тогда он обратил внимание на упирающегося кота и ослабил хватку. Почувствовав свободу, кот встряхнулся, распушил шерсть и деловито последовал в чащу, махая хвостом.

– Погоди, – вновь вслух обращаясь к коту, произнёс Макар, – дай дух перевести, я так-то и тебя спасал.

Кот послушно уселся и стал не спеша себя вылизывать.

Внутри у Макара всё тряслось, сердце никак не хотело успокаиваться, холодный пот лил с него градом.

"Мрр", – мявкнул кот спустя некоторое время и повернулся к лесу, давая понять Макару, что пора возвращаться к ведьме.

До поляны они шли с остановками, животное послушно ждало, когда человек догонит его, и только тогда двигалось дальше.

Когда перед глазами замаячила опушка с домом ведьмы, силы окончательно покинули Макара. Он рухнул навзничь, крепко сжимая в руках деревянную домовинку.

***

Парень открыл глаза. Он лежал в кровати, укрытый одеялом. В избушке как всегда стоял терпкий запах травы. Глаза открывать не хотелось: не было сил. Память тяжёлой ношей навалилась на сознание, сердце вновь начало скакать в груди.

"Да что ты говоришь, – услышал Макар голос ведьмы – она явно с кем-то разговаривала. – Не забыл про тебя!"

Второго говорившего парень не слышал, но он был, потому что ведьма не просто говорила, она спрашивала, явно получая ответы.

"Чуть рёбра, говоришь, не переломал, – Анисья скрипуче захихикала, – поделом тебе, старая шельма, зачем остался с ним?"

Любопытство взяло верх над слабостью и Макар, поднявшись, тихонько подошёл к окну и выглянул. На лавочке у входа сидели старая ведьма и чёрный кот. Отчего-то Макар не удивился, сообразив, что именно кот оказался собеседником Анисьи.

– Очнулся, смотрю, – произнесла ведьма, говоря в никуда, но парень понял, что не остался незамеченным. – Выходи ко мне на солнышко, Макар, – продолжила старуха, и Макар обратил внимание, что она впервые назвала его по имени. Выйдя на крыльцо, он зажмурился от яркого света.

– Хороший ты парень, – начала ведьма, – исполнительный. Сердце у тебя большое, всяку душу живую жалеешь.

– По другому-то как? – произнёс Макар.

– Ну, как, как, – хмыкнула старуха, – а вот так! Люди – они завсегда о шкуре своей только печалятся, а ты вон котейку моего с погоста уволок, не бросил. – При этих словах ведьма подняла заскорузлую руку и провела по лоснящейся спине кота. – Он ведь сгинуть мог.

– Как так? – не понял Макар.

– А так, – пояснила ведьма, – у меня ж не простые коты, раньше-то они людями были. Вот я души из могилы выпустила, да и впустила в котов. Чтоб служили мне да тоску разгоняли. Ему с кладбища надоть было бежать сразу, как могилу нужную тебе покажет, а он, дуралей, остался. Земля погоста священная, мёртвых просто так не отпускает, вот и оказался шерсти мешок в западне. Только благодаря тебе и покинул кладбище.

Макар слушал Анисью и не верил своим ушам. Но, вспомнив, как точно понимал его кот, решил, что сомненья тут лишние.

– Я вот что решила, – произнесла старуха, – отпущу тебя и девку твою отпущу, сниму заклятье.

Парень молчал, боясь спугнуть ведьмину благожелательность.

– Ты ступай восвояси, – продолжила старая, – там уж всё решено будет. А за долги есть кому рассчитаться. На вот, – Анисья протянула Макару амулет из птичьей ноги, – чтоб не заплутал обратно. Да смотри сожги, как домой воротишься, а то беды накликаешь.

Два раза Макара просить не пришлось. Забрав из рук старухи вещицу, он поблагодарил её за то, что сняла с него обязательство, и отправился в обратный путь.

Он шёл через лес, где будто вёл его кто короткими тропами; не стал выходить к дорогам широким, так зарослями и брёл.

Вышел к своей деревне неожиданно, словно и не было пути долгого. А в голове мысль крутится: что ж он матушке с отцом скажет? Почитай, пять дней его дома не было. Да говорить ничего не пришлось. Оказалось, что вчерася и ушёл только. Только и за этот день многое в деревне случилось.

Варюшка поутру проснулась и как не бывало ничего, на ноги встала, да первым делом в дом к Макару побежала. Хорошо, на отца не нарвалась, а уж матушка-то отправила обратно и наказала жениха дома дожидаться. Капина мать померла той же ночью, как Макар на поиски ведьмы отправился.

Никому не ведомо отчего, не проснулась враз, и всё тут.

Не стал Макар матери рассказывать о своём походе. Самому уже и не верилось, что всё это на самом деле было. Амулет только, в кармане спрятанный, был живым напоминанием. Сжёг его Макар, да к Варюшке своей побёг.

Ох уж миловались, обнимались! Варвара-то понимала, кому обязана своим выздоровлением. И расспрашивала любимого, что ему виделось, да как с ведьмой договориться смог. Молчал Макар.

Ни ей, ни матушке своей так никогда ничего и не рассказывал, и только одна седая прядь на голове напоминала ему о днях, что он прожил у ведьмы в работниках.