На той стороне

Но человек уже не слушал Максима. Он ходил по дому, словно что-то искал.

"Пора, уже пора, – бубнил он себе под нос, – жарко ему, надо идти и снова будет холодно, будет опять холодно". И вдруг мужчина резко встал перед Максимом.

– Пошли, я покажу, и будет прохладно, – заговорщицким шёпотом произнёс он и направился к двери.

Максим послушно пошёл за ним. Покинув дом, он обратил внимание, что луна полностью скрылась за тучами и на улице стояла кромешная тьма. Пространство вокруг себя было видно лишь метра на полтора. Выйдя во двор, мужчина зачем-то снял с гвоздя, вбитого у двери, моток верёвки. Попутно захватив валявшийся прямо на тропинке к дому мешок, он пошёл в сторону реки.

– Эй, ты куда? – непонимающе крикнул Максим. – Зачем всё это?

Но мужчина его уже не слышал: он вновь бубнил себе под нос какие-то фразы. До слуха Макса, следующего за ним по узкой тропе, долетали обрывки слов:

"опять холодно, я устал, устал, время подошло, пора …"

Максим пытался уловить смысл сказанного незнакомцем, но так и не смог этого сделать.

Где-то внутри нарастала тревога. Мужчина вёл его к реке, Макс был в этом уверен, но зачем?!

Они вышли к небольшой заводи. То, что река здесь глубже, чем везде, и гораздо шире, чем в тех местах, где уже побывал Максим, было понятно сразу. Она клокотала течением изнутри, будто снизу били мощные подземные ключи.

Полукруг заводи с одного конца был пологим и песчаным, а уже метрах в пяти, поднимаясь по реке вверх, берег представлял собой крутой обрыв. Мужик остановился, снял с плеча верёвку и трясущимися руками начал судорожно привязывать её к мешку.

Максим наблюдал за ним, стоя чуть поодаль. Подходить близко к реке не хотелось.

Тем временем, справившись с мешком, мужик взвалил его себе на плечи и направился вверх к обрыву.

Парень совершенно не понимал, что происходит и зачем все эти манипуляции. К тому же в кромешной тьме не было ничего толком видно. Он включил фонарь и, подойдя чуть ближе, светил лучом в сторону незнакомца.

Меж тем тот, подойдя к самому краю обрыва, сел на траву и начал привязывать к ногам другой конец верёвки. Затем, поднявшись, он взял мешок в руки и, обернувшись к Максиму, произнёс:

– Будет холодно, снова и снова будет холодно, я так устал.

И бросил мешок в реку с обрыва. Через секунду веревка, натянувшись, утянула незнакомца за собой вглубь.

– Стой! – закричал Максим и бросился с обрыва в реку.

Делая большие глотки воздуха, он то погружался в черноту реки, то всплывал для очередного вдоха. Максим метался под водой, светя фонарём в разные стороны в поисках утопленника. Река в этом месте действительно была очень глубокой. Нырять ещё ниже Максим не решился из-за страха встретить там, в глубине, очередное опасное существо.

Выбившись из сил, Макс приплыл к пологому берегу и упал на спину, наполовину оставшись в воде.

Огромная луна снова вышла из-за туч и освещала всё вокруг.

Вдруг Максим почувствовал лёгкое прикосновение к своей ноге.

"Аааа!" – заорал парень и на четвереньках пополз прочь от реки. За спиной раздался уже знакомый заливистый смех.

Макс остановился и обернулся. Из воды по грудь торчала девушка.

Максим подошёл ближе. При свете луны её можно было рассмотреть.

Светлые волосы рассыпались по груди и спине. Длинные, они уходили в воду и колыхались там, словно причудливые водоросли. Огромные глаза смотрели на Максима выжидающе. Девушка улыбалась.

– Кто ты? – спросил Максим, подходя совсем близко.

– А кого ты ожидал здесь увидеть? – спросила девушка.

– Не знаю, просто всё, что здесь живёт, хочет меня убить либо физически, либо морально.

– Нуу, – протянула девушка, – поверь, я тоже не самое приятное существо, которое ты мог здесь встретить.

– Не говори так. Ты единственная, кто не пытается меня уничтожить.

– А может, это пока? – спросила она, сощурив глаза. – Русалки редко бывают добрыми.

– Русалки? – Максим напрягся. Заметив это, она снова рассмеялась.

– Не бойся, я пошутила. Мне нет нужды желать твоей смерти, – сказала она и широко улыбнулась, обнажая ряд белых и ровных зубов.

– Не уплывай, пожалуйста, – произнёс Максим, – объясни, что здесь происходит.

– Да ты уже и сам понять должен. Ты попал в наш мир. В некоторые дни границы этого и вашего мира сильно размыты. Вот ты и прошёл через эту черту.

– Почему здесь так опасно? – спросил Макс.

– Опасно? – удивлённо вскинула брови русалка. – Это только для тебя. Попади я в твой мир, мне бы тоже не поздоровилось.

– Возможно, – задумавшись, ответил Максим.

И тут в метре от русалки, за её спиной, над поверхностью воды показалась голова. Шаг за шагом на песчаный берег вышел, источая зловоние и разливая вокруг себя литры воды, бросившийся с обрыва незнакомец.

Глаза Максима расширились от ужаса. Мужчина шёл мимо них, чуть подволакивая ноги. Теперь, под светом луны, было видно, что он мёртв уже давно. Истлевшая почти полностью одежда лохмотьями висела на разложившемся теле. Большая часть плоти отсутствовала.

"Холодно, снова холодно, я устал", – бубнил он себе под нос, идя мимо парня. И только когда он скрылся, Максим слегка расслабился.

Смотря, как он съёжился при виде утопленника, русалка снова звонко засмеялась.

– Зачем это? – спросил Максим. – Почему он это сделал? Почему он так выглядит?

В голове Макса рождались сотни вопросов.

– Какой ты любопытный, – сказала русалка, пристально разглядывая молодого человека. – Он это делает каждое полнолуние. Это расплата за грех.

– Какой грех? – не понял Максим.

– Так самоубийства же! До полной луны он будет сидеть в своей халупе, похожий на обычного человека. Но к следующему полнолунию он снова выйдет из дома, к которому прибит гвоздь с веревкой на нём, а на тропинке будет лежать мешок с камнем. И так раз за разом. Он сам себя утопил. Жизнь ему казалась трудной, вот он и решил её себе облегчить, – усмехнувшись, сказала русалка. – Люди странные существа, правда? – продолжала она задумчиво. – Мы делаем решительный шаг в неизвестность, надеясь, что там будет лучше. Думаем, что мы избавимся от боли, от страданий, от проблем. Но, увы, это обман.

– А ты тоже здесь за грехи? – спросил Максим.

– О нет! – вздёрнула брови русалка. – Я здесь на особом счету. Меня выбрал Сам! Как ты его назвал? Со страшной мордой? – и русалка снова залилась мелодичным смехом.

– Как это – выбрал Сам? – непонимающе спросил Максим.