Страница 60 из 114
— И всё же, — он чуть подался вперёд, понизив голос, — позвольте мне устроить вам короткий разговор с виконтом Сандерсом прямо сейчас. Здесь, у леди Эмберли, в нейтральной обстановке. Уверяю, он ищет случая заговорить с вами, он лишь не знает, как к нему подступиться.
— Виконт прекрасно знает, как ко мне подступиться. До сих пор он успешно подступался от меня в обратную сторону.
— Сегодня, осмелюсь утверждать, всё будет иначе.
И прежде чем я успела возразить, Ярмут поднялся и поднял правую ладонь ровно настолько, чтобы это можно было принять за ленивый жест, и ровно настолько, чтобы Генри Сандерс, стоявший в тридцати шагах у дальней стены, безошибочно понял, что его зовут.
Генри тотчас двинулся к нам. Он шёл медленно, словно прогуливаясь, останавливаясь раз и другой, чтобы обменяться парой слов то с одной дамой, то с другим джентльменом, но направление его движения было одно, и оно было ко мне.
— Леди Сандерс, — произнес Генри, когда наконец достиг нашего диванчика и замер, отвесив безупречный поклон. — Лорд Ярмут.
Он выдержал подобающую этикету паузу, переводя взгляд с Ярмута на меня, словно ожидая дозволения продолжить. Убедившись, что его появление принято, Генри заговорил вновь:
— Признаться, леди Сандерс, я давно искал случая перемолвиться с вами хотя бы парой слов в спокойной обстановке, но, как вы сами понимаете, лондонский сезон не слишком благоволит покою.
— Я заметила, что лондонский сезон вам в этом году благоволит во многом другом, виконт.
— Простите?
— Три клуба, пять салонов и одна весьма закрытая компания, — произнесла я с приличествующей светской улыбкой. — Если верить тем, кто считает чужие приглашения.
Генри на секунду сбился. Потом улыбнулся в ответ вежливой, подёрнутой инеем улыбкой, какую он предназначал мне в антракте Друри-Лейна.
— Вы хорошо осведомлены, леди Сандерс.
— Лондон — маленький город, виконт.
Лорд Ярмут, успевший к этому моменту подняться с дивана, некоторое время молча наблюдал за нами с удовлетворённостью зрителя, чей спектакль идёт по задуманному сценарию. Однако дождавшись паузы, он мягко вмешался в разговор:
— Леди Сандерс, я непростительно затянул наш разговор, похитив вас у прочих обожателей. Позвольте оставить вас на попечение виконта, я обещал графине Эмберли поговорить о её племяннике, и графиня, вы знаете, не из тех, кого можно заставлять ждать.
— Разумеется, милорд.
Он поклонился мне коротко, Генри значительно и удалился неторопливым шагом, оставив нас вдвоём в нише, отгороженной от зала колонной и портьерой.
Я посмотрела на Генри. Генри посмотрел на меня. И между нами повисло молчание, какое бывает только между людьми, знающими, что им сейчас придётся изобразить родственную беседу, не имея для этого ни малейшего желания.
— Виконт.
— Леди Сандерс.
— Если вы намерены обсудить со мной погоду, я предпочла бы пропустить эту часть и сразу перейти к делу.
— Я не намерен обсуждать погоду.
— Прекрасно.
Он чуть наклонил голову, изучая меня, и впервые за всё наше короткое родство я увидела в его лице то, что не было ни маской «снисходительного родственника», ни маской «очаровательного молодого виконта». Я увидела профессиональный расчёт человека, привыкшего считать заранее.
— Леди Сандерс, я понимаю, что моё появление в этой семье вам было крайне неудобно. Я готов это признать. Я также понимаю, что наши с вами отношения сложились не лучшим образом по моей вине, и я готов это признать тоже. Но нам придётся существовать в одном городе ещё долго. Я предлагаю мир.
— Какого рода?
— Самого простого. Я не вмешиваюсь в ваши дела, вы не вмешиваетесь в мои. Мы изредка появляемся вместе на двух-трёх знаковых приёмах в год, чтобы свет видел, что Сандерсы живут дружно. Вы зовёте меня к чаю раз в месяц, я зову вас к обеду раз в два. Этого достаточно, чтобы избавить нас обоих от необходимости отвечать на одни и те же вопросы по третьему кругу.
Я внимательно посмотрела на него, пытаясь разглядеть истинные мотивы за этой внезапной готовностью к сотрудничеству. Это было хорошее предложение. Пожалуй, даже слишком хорошее. Человек, который ещё недавно в антракте Друри-Лейна корчил мне снисходительные мины, теперь сам предлагал удобный союз. Так предлагают только тогда, когда в этом возникла острая необходимость.
В другой раз я бы наверняка отказалась, не желая связывать себя обязательствами, но Форд настойчиво требовал моего сближения с Генри.. но всё же, всё слишком гладко складывалось: и это посредничество Ярмута, и внезапная уступчивость виконта.
— Хорошо, — произнесла я. — Я принимаю ваш мир.
— Благодарю, леди Сандерс.. что ж, не буду более злоупотреблять вашим вниманием.
Он отвесил безупречный поклон и направился в сторону столов. Но не прошло и десяти секунд, как он уже был втянут в оживленный разговор с графиней Спенсер у соседней колонны. Я осталась одна, наконец-то позволяя себе перевести дыхание и осмыслить произошедшее. Однако и на этот раз одиночества мне было суждено вкушать ровно минуту.
— Дорогая моя! — раздался над самым моим ухом возмущенный шепот. — Я повсюду ищу вас! Зачем вы спрятались за этой портьерой, точно нашкодившая горничная?
Леди Уилкс возникла подле меня в облаке палевого крепа и ландышевых духов. Не медля ни секунды, она властно подхватила меня под локоть и потянула на себя со всей силой, на которую только способна решительная дама ее почтенных лет.
— Вы только что сидели рядом с Ярмутом! Я видела это собственными глазами! У меня сердце оборвалось, Катрин. Он, между прочим, в этом сезоне донимает уже четвертую молодую вдову, и вы прекрасно понимаете, что лорд не склонен к подобному обществу по чистой случайности.
— Успокойтесь, леди Уилкс, я в полном порядке.
— Вы не в порядке. Вы бледнее мрамора. Идемте немедленно!
Я поднялась, не сопротивляясь. Мы пересекли малую гостиную, прошли в большой зал, где квартет тем временем перешёл на Боккерини, миновали группу болтающих о Гибралтаре офицеров и оказались у буфета, где леди Уилкс, подхватила с подноса два бокала шампанского и сунула один мне.
— Пейте.
— Но я уже пила лимонад, — попыталась возразить я.
— Лимонад в подобных обстоятельствах — мера до прискорбия слабая. Пейте же, это шампанское.
Я отпила. Шампанское было прохладным, сухим и пробралось куда-то глубже желудка прежде, чем я успела это заметить.
— Леди Уилкс, — произнесла я вполголоса, — я только что заключила мирный договор с виконтом Генри Сандерсом.