Племянница из провинции

– Я испугалась Патрика. Сейчас-то я знаю, что он добрейший человек. Но внешность у него… своеобразная. – Я улыбнулась, вспомнив, как шарахнулась от Бума в часовне.

Даэнир шел рядом с женой и думал, какие все-таки сложные существа эти женщины! Казалось бы, подари бриллиантовую парюру, набей гардеробную модными платьями, закатывай балы, и она будет счастлива. А этой вот надо было шпажку ранеток, и она доверчиво идет рядом, грызет дешевое уличное угощение, разговаривает и не делает попыток убежать.

Даэнир проводил меня до почты, где я забрала письма магистра, затем проводил до дома. Попрощался и исчез, оставив меня в полном недоумении. Что это сейчас было? Король Кэллвейна со мной по улице прошелся, болтая о всяких пустяках?

На губах таял яблочный вкус, в голове крутились умные фразы, которых я не сказала. И мне было жаль, что Горчичная так близко от почты! Не догадалась повести его кругом, как тогда молодого Холли! Кстати, надо узнать, что с ним стало. Его семью сослали куда-то в глушь, это я слышала, донна Роза рассказала о смене начальства почтового ведомства.

Между прочим, магистр Ямбир уже дважды пригласил донну Розу составить ему компанию! В театр и в ресторан. Магистр сказал, что такой толковой женщины еще не встречал, и я горячо подтвердила, что донна Роза просто бриллиант проницательности, сапфир наблюдательности и рубин логики! Она не просто закатывала глаза и говорила, какой он умный, а поняла суть его работ и задавала очень дельные вопросы. А правильно заданный вопрос – это половина ответа и новое направление для умозаключений.

Ни Лу, ни Ливия не ожидали такой прыти от пожилого магистра, и с огромным интересом ждали, что будет дальше.

Донна Роза же смущалась, как девочка, когда я ей вручала записочки от магистра. Дон Кулас ее ехидно подкалывал, а донна Роза вдруг сходила в парикмахерскую и обновила гардероб. Помолодела лет на десять! Исчезли седые кудельки, заросшие брови, серая пуховая шаль и бесформенные боты.

Недовольным таким преображением домашним донна Роза сказала, что имеет право на личную жизнь. Больше всех возмущалась дочь, напоминая о внуках, а супруг донны Розы махнул рукой. Ну, нравится жене обсуждать с магистром последнюю статью в «Амулетах сегодня», так что в этом плохого? Все лучше, чем сплетни по округе разносить и соседям косточки мыть. И магистр – человек почтенный, уважаемый, не проходимец какой. Пусть общаются.

Даэнир же вернулся во дворец. Умылся.

– Ну? – Камилло возник за плечом со светло серым камзолом.

– Не знаю, Ками. – Честно ответил Даэнир.

– Ну, если не кинулась с криком в проулки, то все неплохо, – сказал знаток женской души. – Что там на совете будете обсуждать?

Данир скривился. Фулирия предъявляла нелепые требования, Валечиа металась между Катабией и Фулирией, на морское побережье зачатили пираты. В лесу было намного проще.

– Я слышал, что вам усиленно жену подыскивают, – сказал Камилло.

– Что? Опять? Я женат.

– Так-то оно так, ваше величество.

– Назовешь величеством, выгоню в крепость. – пригрозил Даэнир.

– Там несколько лордов воду мутят. Из тех, у кого дочери на выданье.

– Ага, сначала прятали, чуть ли не до двадцати ко двору не представляли, а тут вдруг спохватились? – хмыкнул Даэнир. – А ты что думаешь?

– Я думаю, что Дженни нам больше всего подходит.

Даэнир выпрямился.

– Поясни. – На фоне шепотков, что нищая провинциальная дворяночка не пара королю, это было что-то новенькое.

– Сами посудите, ваше…

– Убью.

– Выбрав чью-то дочь, вы кого-то возвысите, а кто-то потеряет свои позиции. Дженни же не принадлежит ни к какой коалиции, никому не вредит и никого не возвышает. Аристократы сохраняют свое статус-кво, влияние, положение. Если сейчас они напряженно следят за вашей спальней, то перестанут это делать, если им объяснят всю выгоду от наличия независимой супруги. Она ведь совершенно чужда всем интригам.

– Чужда, – кивнул Даэнир.

– Дальше. Она вхожа в академию, посещала лекции.

– Правда? – Даэнир удивился. Ему о таком не сообщали.

– Девушка стремилась ухватить любые доступные ей знания, командир. – Очень серьезно сказал Камилло. – Я и сам был удивлен. У нее друзья среди студентов. То есть учащаяся молодежь вместо бунта и вечных протестов ее поддержит. Дженни такая же, как они.

– Интересно. Продолжай.

– Ее поддержит научная общественность. Все видят, как растет научный центр, и все иззавидовались магистру Ямбиру. Он удивительно умеет выбирать идеальных помощников. Девушка собеседует магов на различные должности, и они заглядывают ей в рот. Потому что такой лаборатории, что они отгрохали, нет ни в одной стране мира! Магическое сообщество ее готово на руках носить! И потом, Мар Абеши живет в ее поместье. Она его наняла, когда его отовсюду пнули.

– Что? – Даэнир закашлялся. – Его же ищут?

– Плохо ищут. Но она первая заключила с ним контракт. У нее совершенно потрясающая хватка! Она же выцарапала свое поместье, пока мы тут боролись с советом магов. На абсолютно законных основаниях.

– Да как?

– Пришла в Земельный отдел, предъявила свидетельство о наследстве, оплатила долги и получила документы.

Даэнир почувстовал восхищение. И когда успела?

– Так вот, старое дворянство тоже будет «за», потому что она из хорошего, но обедневшего рода. Яблони старого имения – это так трогательно!

– И это не все?

– Чернь будет ее воспевать. Королева с улицы! Она жила среди них, знает их нужды и чаяния. Она трудилась за гроши на самой жалкой должности!

Камилло хитро улыбнулся.

– И наконец, военные! Успех зачисток в Луангве связан с ее именем. Военные однозначно поддержат королеву, подарившую им мир.

– Это что же получается, – Даэнир прошелся по гардеробной. – У меня и выхода больше нет?

– Дэн, а он тебе нужен, тот выход? – спросил друг. – Ты ведь к ней совсем не равнодушен.

– Я ее люблю, – вздохнул Даэнир. Кто бы ему говорил, что можно влюбиться за один взгляд, краткий миг, он бы не поверил и поднял на смех рассказчика. Но обманывать себя Даэнир не мог. У него внутри все переворачивается, когда он о ней думает. Такая смелая и отважная, такая хрупка и нежная, такая отчаянная птичка!

– Осталось ее убедить, что лучше вас она мужа на найдет.

Даэнир сердито засопел. Вообще-то он король. Что тут еще доказывать? Любая была бы счастлива, обрати он благосклонное внимание. Только Дженни не любая.