Страница 7 из 39
Двое моих братьев неуверенно опустили лапы в воду. Они были лебеди, они могли плавать, но, видя, как им тяжело дается полет, я не хотела рисковать и смотреть, как они тонут, если еще не успели освоиться в своих телах.
– Подождите, я сама, – крикнула я двум храбрецам, которые уже трясли лапками в воде.
Поспешно сняв обувь и платье, я нырнула в, к счастью, теплую воду, оставшись в комбинации. Плавание всегда было одним из моих любимых занятий, и в несколько сильных гребков я добралась до бревна с котом.
– Ну же, маленький, я не причиню тебе зла, – пообещала я, уговаривая испуганного зверя. – Просто держись, я верну тебя хозяйке.
Я ухватилась за бревно одной рукой, а другой и ногами стала отталкиваться, направляя нас к берегу.
Не успели мы добраться до мелководья, как кот прыгнул мне на спину, выпустив когти.
– Ай! – вскрикнула я.
Он использовал меня как трамплин, царапнув до крови спину и плечо, и метнулся к суше и своей хозяйке.
– Эй! – окликнула я, но, увидев, как кот вцепился в ведьму, а та прижала его к себе, я забыла о своей боли.
– Люцифер, глупый кот, тебе пора научиться держаться подальше от воды, – ласково пожурила ведьма своего питомца, и у меня защипало глаза.
Я вышла из озера и наблюдала, как она разворачивается и уходит в лес. Мои братья загоготали и окружили меня, будто стараясь обсушить своими телами.
– Все хорошо, все в порядке, – сказала я, опускаясь на колени и купаясь в легких касаниях перьев, которые сушили меня.
Вдруг ведьма снова оказалась перед нами, с морщинистым лицом, все в складках, и с Люцифером на плече. Она внимательно посмотрела на меня своими проницательными, зелеными глазами.
– Не будешь кричать мне вслед, требуя «спасибо»?
Я нахмурилась, не понимая.
– Зачем? Видеть, как вы воссоединились со своим котом, значило больше, чем слова.
Что-то мягкое промелькнуло в ее суровых чертах.
– Ах, дитя, ты и правда благословенна и обладаешь самым добрым сердцем из всех, кого я встречала.
– Почему вы так говорите?
– Вот стою я, ведьма, и вот ты, с проклятыми братьями, и ты не торгуешься со мной, чтобы я вернула им истинный облик в награду за спасение Люцифера. Это и есть доброе сердце.
– А вы смогли бы? – надежда вспыхнула во мне.
– Нет, – покачала она головой. – Констанция слишком сильна. Но ты сможешь, милая.
– Как?
Сердце забилось быстрее.
– Ты уже изменила ее проклятие, помнишь?
Я не понимала, пока в памяти не всплыли слова Констанции:
«Плащ теней, мрак ночной – станьте птицей, страх живой. Перья черны, облик ворон, чтоб обратно путь был стерт. Перья черны, облик ворон».
– Они не вороны, – сказала я в изумлении, прежде чем притянуть вперед прядь своих некогда черных, как воронье крыло, волос и взглянуть на белые нити в них. Белый цвет был точно таким же, как у перьев моих братьев.
– Это ты сделала, – сказала ведьма. – Ты удержала проклятие от себя и изменила его.
– Как?
– Твое сердце. У тебя самое доброе сердце из всех, кого я встречала. Ты добрая и чистая, и это остановило ее злое заклятие, по крайней мере, частично.
Я опустила голову, чувствуя, как в глазах собираются тяжелые слезы.
– Но они все равно птицы. Лебеди, вороны – какая разница? – в моем голосе прозвучала горечь, слышная даже мне самой.
– Не сдавайся сейчас, дитя.
Перед моими глазами появились зеленые пальцы, осторожно подняли мой подбородок, заставив посмотреть в ее глубокие глаза.
– Я открою тебе секрет. Проклятие можно снять, сплетя плащ из жгучей крапивы.
Во мне снова вспыхнула надежда.
– Правда?
– Правда. Но знай, дитя, тебе придется дать обет молчания на шесть лет. Ты не сможешь произнести, написать или каким-либо образом передать ни слова о себе или о проклятии, поняла?
Я безмолвно кивнула, показывая, что поняла.
– У тебя будет шесть лет, чтобы сплести плащи. Когда они будут готовы, ты должна надеть их на своих братьев в полнолуние, и проклятие будет разрушено.
– Смогу, – уверенно сказала я.
Я и правда смогу.
– Знаю, что сможешь, и ты это сделаешь. Еще одно, крапиву нужно собирать на кладбище, и все придется делать самой. Никто не может помочь тебе. Если хотя бы одну крапиву поднимет кто-то другой, все не сработает.
– Я сделаю это, – пообещала я, глядя на своих братьев, собравшихся вокруг и смотрящих на меня своими полными души глазами. – Клянусь, я разрушу это проклятие. Как… – я не успела закончить вопрос, потому что ведьма и ее кот исчезли.
Не осталось ни следа, словно они испарились в воздухе.
Если бы мои волосы все еще не были мокрыми, я бы подумала, что все мне приснилось, но тут по ветру донесся голос:
– Ты должна идти… Наружу. Там единственное место, где можно найти кладбища.
Глава 4
Эдвард
Три года прошло с тех пор, как ведьма наложила на меня проклятие, полностью изменив мою жизнь. Днем я был все тем же Эдвардом – контролировал работу над тем, что постепенно превращалось в маленький город, и получал от этого настоящее удовольствие. Но мне приходилось быть осторожным, как только солнце исчезало за горизонтом, я превращался в дракона.
Вроде бы для этих мест это было полубудничным зрелищем, но я ни секунды не сомневался, что отец без колебаний отрекся бы от меня, как только узнал бы правду. Он ненавидел все сверхъестественное. Думаю, его логичный, прагматичный ум просто не мог принять существование вещей, выходящих за рамки обычной физики. Но это не меняло того факта, что он изгнал бы меня и с этой стройки, и из своей жизни.
Дело было не в том, что у меня не хватало денег или знаний, чтобы справиться самому – хватало. Но я слишком любил эту работу, чтобы ее бросить. Единственное, что удерживало меня в здравом уме. Я уже давно отказался от мысли о семье. Настоящая любовь? Чушь собачья – думал я хотя бы раз в день. Какая женщина полюбит меня, зная, что я – дракон? Нет, даже так – какая нормальная женщина на это согласится?
Я понимал, что это лишь отговорка. Нашлось бы немало женщин, которые смогли бы увидеть во мне что-то большее, чем проклятие. Но дело было не в этом. Я не хотел становиться уязвимым перед кем-то, отдавать в чужие руки такую власть над своей тайной, пока я работаю на отца, этого точно не будет.