Страница 37 из 39
– Констанция, – повторила Элиза с выражением ненависти на лице, какого я никогда прежде у нее не видел.
– Элиза? – мой голос был едва слышен, но она услышала и бросилась ко мне.
– Эдвард, мой Эдвард.
Она вцепилась в меня, и это было все, что имело значение.
Глава 25
Элиза
На разборки во всем ушло несколько часов. Большинство гостей, тактично и, к счастью, разошлись. Остались только зеленая ведьма, Констанция, Джеральд и друзья Эдварда.
– Мне так жаль, Эдвард, – сказала я, прижимаясь к его боку.
– Тебе не за что извиняться, – ответил он, поцеловав меня в висок.
– Я действительно принцесса Элиза, – начала я объяснять. – После того как мама умерла, наш отец снова женился на ней.
Я с ненавистью указала на все еще застывшую Констанцию, которая совсем недавно была Люси. Я поняла, что она, должно быть, приняла ее облик и проникла в наш дом, чтобы следить за мной и заставить нарушить обет молчания.
– Она наложила проклятие на моих братьев.
Я взмахнула рукой в их сторону, где они стояли рядом, прикрывая наготу, как и Эдвард, пиджаком или скатертью, наброшенной на бедра.
– Но она… – я указала на зеленую ведьму, – сказала мне, как снять заклятие, после того как я спасла ее кота от утопления.
– Это та же ведьма, что прокляла и меня, когда я спас ее кота от утопления, – мрачно произнес Эдвард.
– Я говорила тебе, что проклятие приведет тебя к настоящей любви. Где твоя благодарность? – возразила ведьма.
Эдвард опустил голову. Она была права.
– Верно, – сказал он. – Я так увяз в несчастьях из-за проклятия, что забыл об этой детали. Если бы я не был драконом, я мог бы никогда не узнать, где живет Элиза, не увидеть, как она собирает крапиву со своими лебедями, и не смог бы спасти ее от упырей. Я бы не смог этого сделать, будь я простым человеком. Спасибо, – добавил он.
Ведьма улыбнулась.
– Вот видишь, было не так уж сложно, правда?
Он в ответ улыбнулся.
Я заглянула Эдварду в глаза, пытаясь передать всю печаль от того, что не могла говорить с ним с самого дня нашей встречи.
– Она сказала мне, что я должна сплести одиннадцать мантий из крапивы. Сама. Без помощи. Собранной на кладбищах.
Понимание появилось на лице Эдварда.
– Еще я должна была дать обет молчания и не говорить ни о себе, ни о братьях, ни о проклятии шесть лет.
– Значит, ты из Сказочного Леса? – спросил он.
– Да, – призналась я. – Ты меня простишь?
– Прощать не за что, любовь моя.
Он обнял меня и поцеловал.
– Погоди, – вмешался Джеральд, подходя к нам. – Ты одна из них? И ты превращался в дракона?
Он уставился на Эдварда, который напрягся рядом со мной, готовый при необходимости встать на защиту. Именно этого он и опасался. Он рассказывал мне, насколько непримирим его отец ко всему сверхъестественному, и что боялся – тот откажется от него. Дело было не столько в деньгах, их у Эдварда хватало, сколько в проекте, над которым он работал и который любил всей душой. Не говоря уже об их личных отношениях. Пусть они и не всегда сходились во мнениях, Эдвард любил его и ценил их связь.
– Мои внуки…
Джеральд покачал головой, провел ладонями по лицу.
– Не верится.
– Папа.
Эдвард протянул руку к отцу, и у меня сжалось сердце.
– Пожалуйста, Джеральд, в этом нет вины Эдварда, – попыталась я.
– Нет!
Джеральд выпрямился, проглотил эмоции.
– Я должен был знать, что постройка так близко к этим проклятым местам несет риски. Но я пошел на это из-за денег и жадности. Я не могу винить сына в том, что произошло.
– Ты не сможешь принимать меня без нее и без наших сыновей, – твердо сказал Эдвард, и в его тоне не было сомнений – это не подлежало обсуждению.
– Только не жди, что я буду ездить с вами в Сказочный Лес, – усмехнулся Джеральд.
Но что-то в его взгляде выдавало, что он все же поедет туда, если это будет означать сохранить семью.
– Папа.
Эдвард шагнул вперед и обнял отца, который вцепился в него так же крепко.
– Прости меня, сын.
– Прощать не за что. Посмотри, что я приобрел.
Эдвард поманил меня, и Джеральд открыл руки, приглашая меня в их объятия.
Слезы обожгли глаза, когда я вошла в этот круг.
– К этому придется привыкнуть, но я постараюсь, – пообещал Джеральд, когда мы разомкнули руки.
– Пойдем, познакомься с моими братьями.
Я повела их вперед.
Но сердце ухнуло, когда я заметила пернатую руку Александра, больше крыло, чем конечность.
– О, нет…
Должно быть, я схватила ту мантию, к которой прикасалась Люси.
– О нет, – повторила я, прижимая Александра к себе. – Прости, мне так жаль, – всхлипнула я.
– Не надо, сестренка. Все в порядке.
Александр похлопал меня по спине.
– Ты и так сделала для нас слишком много.
– Позвольте мне.
Зеленая ведьма подошла ближе.
Она закрыла глаза и пробормотала еще одно заклинание. Лицо Александра сморщилось от боли, но уже через несколько секунд он был полностью человеком.
– Спасибо, – сказала я от всего сердца и неожиданно обняла ведьму.
– Что будем делать с ней? – спросил Каспиан, указывая на Люси/Констанцию, которая все еще стояла на том же месте.
Лишь светящиеся глаза выдавали, что она все понимает и осознает.
На губах зеленой ведьмы появилась насмешливая улыбка.
– Об этом я тоже позабочусь.
Она сосредоточила все свое внимание на моей бывшей мачехе.
– С ква-ква и кожей в бородавках, к образу жабы ты обратишься. В болото прыгай под светом луны, в облике жабы судьба твоя суждена. Из женской грации в жабье царство, заклятие нерушимо – так будет вечно.
Жалобное кваканье возвестило о судьбе Констанции, когда она съежилась прямо у нас на глазах, превращаясь в жабу, покрытую бородавками. Только глаза остались человеческими, злобно сверкая на нас, прежде чем она, подпрыгнув, направилась к пруду.
– И слава богу, – сказал Каспиан.
– Она это заслужила, – согласился Джордж.
Глава 26
Элиза
Поздно ночью мы с Эдвардом наконец остались одни в нашей спальне. Лунный свет пробивался сквозь окна, окутывая комнату почти мистическим сиянием.
– Элиза, – сказал он, притягивая меня в свои объятия. – Моя прекрасная, храбрая Элиза. Я так сильно тебя люблю!
– Я тоже тебя люблю, Эдвард, – ответила я, уткнувшись головой в его плечо.
– Скажи еще раз, – хрипло попросил он.
– Эдвард, – прошептала я.