Я тебя найду, бойся!

Захожу в душ ненадолго и падаю спать. Отключает просто божественно. Сразу.

Сны начинают сниться только под утро. Горячие такие, с знакомым тёплым запахом волос. Уютные сны. Словно я ее обнимаю, и мы спим вместе. И она горячим воздухом сопит мне в шею.

А в комнате вообще-то холодно.

И вот этот контраст, когда под одеялом горячо и нежно, а снаружи свежо, он просто офигителен.

Пижама мягкая... девочка сладкая... родная... сердце мое умиротворено...

И мы еще немного поспим, а потом я буду ее целовать... любить... наши тела будут двигаться... и мы утонем в удовольствии... растворимся и поспим еще часок...

Со стоном чуть меняю позу, подтягивая ее плотнее, машинально целую в ушко. И погружаюсь в сон глубже.

И вот там довольно глубоко начинает зарождаться какое-то необоснованное чувство тревоги. И нарастает... нарастает... превращаясь в тревожный звон. Сердце разгоняется.

Пилик... — срабатывают наши браслеты одновременно, вздрагивая вибрацией. Один у меня на запястье, второй на шее, где лежит ее рука.

Распахиваю в шоке глаза.

Данунахуй!

— Малышкина... — хриплю в шоке.

Сонно тянется.

Слетаю с кровати. Сдергиваю полотенце, оборачивая вокруг бедер.

Потеряв дар речи, смотрю на нее.

— Доброе утро, — встаёт.

— Это чо было?!

— Мелатонин. Антистресс. Пик формы. Все как тренер велел.

Стаскивает со стола какую-то сладость. Засовывает в рот.

— Другого способа не было. Честно. Маялась бы до утра. И слила спарринги.

— Брысь отсюда! — свирепею я.

— Прям вот так можно идти?

— Нужно!

— Ну ок...

Открывает дверь.

— Стоять! — выдыхаю я.

Там уже слышен движ в коридоре.

Закрываю глаза, сжимая переносицу.

— Мила... что ты творишь, а?

Обнимает меня за пояс, на мгновение прижимаясь губами к плечу. Каменею.

— Не сердись на меня...

— Ты понимаешь, в каком свете выставляешь меня?

— Ой, прям... — закатывает глаза.

Выдергивает из розетки чайник и, обнимая его, выходит в коридор.

— Спасибо, Адам Амирович! Я через полчасика занесу! — на весь коридор.

Смывается.

Падаю обратно на кровать. Все пахнет ее парфюмом и еще тёплое. С мучением сжимаю себя, в глазах темнеет от эрекции.

Коза...

Зато можно не просматривать ее трекер, да, Дадаев?