Страница 40 из 105
Глава 25 — Сладкое
Мы с Лидером в одном корпусе и на одном этаже!
Пиздец...
Ох, не закончится это добром.
И я, опережая конфликт, бросаю все и иду за ключами от комнат в административный корпус.
Наш корпус третий. Стандартный.
Два крыла в разные стороны. Одно женское, второе мужское, и маленький аппендицит посередине с тренерскими комнатами.
В связи с уплотнением комнат для тренерского состава не хватает. Их всего шесть. Все хотят жить отдельно. Но это невозможно. Я пытаюсь разрулить для своих. Все недовольно трутся в коридоре.
Туда же заходит Лора...
Дергает тошным чувством в груди. Непереваренными до конца чувствами. Неправильной трешнятиной какой-то. Из горечи, отвращения, пустоты, ощущения предательства, а еще вникуда выкинутых чувств и времени. И стыдно, да. Что это вообще все со мной происходило.
— Адам, мы вот с Леной в одной комнате разместимся, — вместе со мной пытается уладить эти вопросы Алёна. — Нам будет вполне комфортно. Тогда все входят.
— Вот в эту давайте, — открываю им дверь в комнату получше, отдаю ключи.
Там холодильник, микроволновка и телек.
— Это наша будет комната! — с претензией машет руками Рустам с другого конца коридора.
— Занята уже, — оскаливаюсь, ускоряя внутрь Лену с Алёной. Закрываю плотнее дверь за ними.
Сам задвигаю свою сумку ногой в соседнюю. Две кровати. Ну будет наша с Бесом. Он все равно наездами будет. У него еще одни сборы в ста километрах отсюда.
Остальные ключи отдаю в руки тренеру из дальневосточного "Чемпиона". Они тоже с нами тут.
Отвечаю на звонок Тарханова, мужа Алёны.
— Слушаю, Марат.
— Привет. Алёна сказала, соседи у вас стрёмные.
— Мм... Рустам, да.
В трубке тяжёлое молчание. Но я знаю, о чем он хочет попросить. Догадываюсь.
— Не волнуйся, брат. Я буду держать руку на пульсе. И в обиду Алёну не дам.
— Спасибо, Адам. Если начнёт накаляться атмосфера, сразу позвони. Я все брошу и прилечу.
— Да прекрати. Не первые же совместные сборы Лидера со Спартой. Разрулим.
— И всё же.
— Я понял тебя.
Лора говорила, что Алёна бывшая Рустама. И он ее жестоко избил, когда она решила уйти от него. Узнала Лора об этом уже после их свадьбы. А я так и вообще, только когда уже было катастрофически поздно что-то переигрывать.
В Спарте я уже от пацанов услышал, что Тарханов за Алену сломал Рустаму челюсть. И тот очень долго восстанавался.
Завидую, блять... Тоже очень хочется. Но не за Лору. За кидалово. Ладно, пусть живут как хотят.
Выглядываю в окно.
Арес! Мимо меня идет под окнами ко входу.
— Брат!
— Адам!
Шлепаемся руками, сжимая крепче кисти.
Улыбаемся.
— Ну давай, иди-иди... успеем еще пообщаться.
Шаталов и Воробьев тащат вдвоём кровать с матрасом из другого корпуса.
— Это мне?! — крутится рядом Малышкина с маленькой колонкой, висящей как сумочка. — Погодите...
Залезает на нее.
— Милка! — стонут пацаны. — Тяжёлая.
— Это просто вы дри-щи! — дразнит их. — Несите, старайтесь, давайте.
— Ну тебя в баню, — смеясь, ставят на асфальт.
Саундтрек: Косы в ноль – tAISh
Малышкина, скидывая кроссовки, встаёт на ноги. Отжигает эмоционально под музыку на кровати.
— "И я ворвусь молотом! Прямо с холода. Спелым яблоком... Только сорванным..."
И я на мгновение забываю, что я тренер, и вообще-то это бардак...
Я сейчас просто пацан, который завороженно пялится на классную яркую девчонку.
— "Иди на мой зву-у-ук!..." — колбасится она.
Арес тормозит, тоже пялясь на Малышкину в упор. Роняет сумку с плеча.
— "Там девочки не носят юбки, состригая косы в ноль..." — прикусывает шкодно язык.
Хохоча, падает на матрас.
— Несите меня.
— Иди ко мне, на руках унесу! — смеется Арес.
Так, нахуй!
— Ээ... — делают шаг в его сторону Воробьев с Шаталовым.
— Своих носите! — встаёт с ним нос к носу Воробьев.
— А чо, ты мне указывать будешь, кого носить? — подаётся вперед Арес, дергают плечами, долбя друг друга без рук плечо в плечо.
Они в одной весовой и уже не раз на ковре рубились.
— Малышкина! — рявкаю из окна. — Быстро в корпус. Дадаев! Воробьев! Шаг назад оба!
Расходятся.
Вылетаю из комнаты навстречу к ним в холл.
Уже затаскивают кровать. Арес держит им дверь.
Малышкиной нет.
Коза...
Под моим недовольным взглядом тащат кровать в женское крыло.
Арес с улыбкой подходит ко мне.
— Ой, да ладно, брат... Прям уж тестостерона пожрать нельзя! — ухмыляется. — А чо за девочка? — шепотом. — Как зовут?
— Забудь!
— Почему?
— Потому... — дергается болезненно моё лицо.
— Твоя, что ли?! — шокированно и с недоумением.
— Арес, просто, блять, "не она". Пожалуйста. Как брат прошу.
— Ну... ок.
Тупит, глядя мне в глаза.
— Ты же говорил...
— Всё! — взмахиваю раздражённо руками. — Давай без вопросов. И так не вывожу нихера.
Курить хочу. И вискарика. И отдышаться.
Но не могу же я им запрещать, а сам с сигаретой бегать. Закончилась лафа! Я теперь с другой стороны баррикад. Поэтому... кофе.
— Адам Амирович, хотите сладкого? — высовывается из крыла Малышкина.
— Чо? — зверею я.
— Ну, нам же... нельзя, — дергает с вызовом бровью. — Митохондрии и всё такое. А в шоколаде магний. Вам надо. Вы чего-то нервный сегодня.
— Малышкина... — уходит мой голос в рычание.
— По-ня-ла.
Смывается.
Сладкого?... Хочу, блять! Но баррикады такие баррикады!