Страница 32 из 43
Роуз появилась в его спальне спустя два дня после инцидента с Венцом. Оливия стала отстраненной, проводила долгие часы в лесу, и он метался между беспокойством за неё и уходом за всё слабеющим Дейром.
Он вошел в комнату, измученный долгим днем, и замер, увидев её. Роуз лежала на постели генерала обнаженная, её волосы разметались по подушке, а в глазах читалось откровенное приглашение.
- Что ты делаешь? - спросил он, ошеломленный. Девушка и раньше проявляла к нему знаки внимания, млея от простой благодарности с его стороны. Но Рейвен никогда не позволял себе и капли флирта- всё изменилось, и того беззаботного дамского угодника, каким он был при дворе, больше не было.
- То, чего ты хочешь, - она улыбнулась, протягивая к нему руки.- Я вижу, как ты смотришь на меня, Рейвен. И знаю, что она не дает тебе того, что нужно.
Он покачал головой, отступая:
- Ты ошибаешься. Пожалуйста, оденься и уходи.
- Неужели? -она поднялась, медленно приближаясь, не смущаясь своей наготы. - Разве ты не устал от неё? От её холодности, её секретов? Оливия странная...
Он хотел возразить, но в этот момент дверь открылась, и на пороге возникла сама Оливия. На её лице отразилось изумление, быстро сменившееся гневом. Венец на её голове, который она теперь носила постоянно, вспыхнул черным огнем. Заметив это, Роуз испуганно вскрикнула, прикрыв грудь покрывалом.
- Вот, значит, как, - произнесла Оливия ледяным тоном.
Роуз снова вскрикнула, схватила одежду, прикрываясь:
- Я… я просто…
- Убирайся, - голос Оливии зазвенел от ярости.
Рейвен должен был всё объяснить, сказать, что это недоразумение, что я не имею к этому отношения. Но какая-то часть его, затуманенная ревностью, обидой к её отстраненности последних дней, заставила его произнести:
- А почему ты так злишься? Разве у меня нет права на… компанию? Ты же занята Дейром и... своими делами. Я для тебя- никто, как и ты для меня.
Её глаза расширились от этих слов. Роуз, воспользовавшись моментом, выскользнула из комнаты, оставив их наедине.
- Так вот что ты думаешь, - проговорила Оливия.- Что я… Что мы…
Он видел боль в её глазах, видел, как она борется с собой, как Венец пульсирует на её голове. На мгновение показалось, что она сейчас набросится на него, выпустит на волю всю ту тьму, что клубилась вокруг неё. Но она вдруг успокоилась, её лицо стало бесстрастным.
- Ты прав, - сказала она наконец. - У тебя есть все права. Прости за вторжение.
И она ушла, закрыв дверь с неестественным спокойствием. Рейвен бросился за ней, но остановился у порога. Гордость, проклятая гордость не позволила последовать за ней и всё объяснить, хоть дракон внутри и бесновался.
Это было началом конца.
Роуз пропала. Просто перестала приходить. Сначала Рейвен не придал этому значения, решив, что она смущена случившимся. Но дни шли, а она не появлялась. Оливия не разговаривала с ним, только обеспечивала едой и уходом за Дейром. Каждый раз, когда он пытался заговорить, она бросала пару слов в ответ, а после вежливо кивала и уходила. Её глаза, когда-то такие выразительные, стали пустыми и холодными. Венец не покидал её головы даже ночью.
Почти месяц они существовали в этом гнетущем молчании, когда до нашего убежища донесся шум приближающейся телеги. Рейвен вышел на крыльцо и увидел группу крестьян из ближайшей деревни, их лица выражали смесь страха и гнева.
-Где Роуз? - сходу закричал пожилой мужчина, очевидно отец девушки. - Её подруга призналась, что она работала в этом доме! И вы- он обвиняюще ткнул пальцем в Рейвена- Велели ей молчать о том! Где моя дочь?!
Генерал поднял руки в успокаивающем жесте:
- Успокойтесь. Роуз действительно помогала нам, но она перестала приходить несколько недель назад. Я думал, она просто вернулась домой.
- Лжец! - воскликнула женщина с телеги. - Вы не просто так требовали от неё хранить в тайне, где она работает! Что здесь происходит? Что вы с ней сделали?
Ситуация накалялась. Крестьяне спрыгивали с телеги, приближаясь к дому с угрожающим видом. Рейвен инстинктивно приготовился к драке, хоть и не хотел вредить этим людям.
- Послушайте, - начал он, - Клянусь, мы не знаем, где ваша девушка. Если что-то действительно случилось, мы первыми готовы искать её. Я могу обратиться к короне.- решил блефовать он, в надежде на то, что крестьянам не нужны будут проблемы с солдатами, которых пришлёт король. Ведь за этим, несомненно, вырастут и подати с налогами.
- Вы, аристократы, всегда прикрываете друг друга! - закричал отец. - Отдайте мне мою дочь!
Он почти бросился на Рейвена, но вдруг застыл на месте. Воздух вокруг загустел, похолодел. Генерал обернулся и увидел Оливию на пороге дома. Венец на её голове пульсировал, тени вокруг неё двигались, как живые существа. Они были едва заметны, как колебания воздуха в жаркий день, но он знал, что они реальны. И смертельно опасны.
Крестьяне тоже почувствовали это - неестественный страх, холодящий кровь. Они застыли, как кролики перед змеей, испуганно глядя на леди ван Гарден.
Прежде чем ситуация вышла из-под контроля, дверь за Оливией открылась, и на пороге появился Дейр. Он выглядел ужасно - бледный, исхудавший, едва держащийся на ногах. Но его присутствие словно разрядило атмосферу.
- Прошу прощения за недопонимание, - произнес он с тем благородным достоинством, которое не могли стереть даже болезнь и страдание. - Моя жена ухаживает за мной, я тяжело болен, как видите. Мы наняли вашу Роуз помогать по дому, так как супруга не справлялась.
Он указал на меня:
- Это брат моей жены, он приехал навестить нас. Если он был груб, прошу простить его- тяжело видеть, как угасает близкий человек.
Его слова и вид- аристократа, явно умирающего, произвели впечатление. Гнев крестьян начал утихать.
- Мы тоже обеспокоены исчезновением Роуз, — продолжил Дейр. - И сами будем искать её. Если узнаем что-то, немедленно сообщим вам.
Отец Роуз колебался, но затем кивнул:
- Хорошо, господин. Надеюсь на вашу честь. Но если я узнаю, что вы причастны…
- Понимаю, - серьезно кивнул Дейр. - Мы сделаем всё возможное.
Крестьяне неохотно удалились. Как только телега скрылась из виду, Дейр с неожиданной силой схватил Оливию за руку и потащил в дом. Рейвен поспешил за ними, ошеломленный этой внезапной энергией умирающего дракона.
В гостиной он усадил её за стол и навис над ней, несмотря на слабость:
- Что ты с ней сделала? - его голос звенел от гнева.