Страница 43 из 43
- Несу тебя туда, где тебе будет комфортнее, - ответил он, легко ступая по коридору.
Он принес её к крытому бассейну, мерцающему голубоватым светом в вечерних сумерках. Опустив на шезлонг, Рейвен опустился перед ней на колени и стал аккуратно снимать с нее обувь.
- Ты не обязан, - начала Таня, но он только покачал головой.
- Я обещал заботиться о тебе, помнишь? - его пальцы начали мягко разминать её ступни, и Таня невольно застонала от удовольствия.
Пока он продолжал массаж, вода в бассейне нагревалась, наполняя помещение легким паром. Вскоре Таня обнаружила себя в тёплой воде, поддерживаемой сильными руками мужа, а её тело, казалось, сразу стало легче, освобожденное от земного притяжения.
Они плавали молча, наслаждаясь редкими моментами тишины в их всегда наполненном звуками доме. Спустя некоторое время Таня подплыла к мужу, обвила руками его шею и игриво шепнула на ухо:
- А знаешь, что мне посоветовал врач, чтобы ускорить роды?
- И что же? - хрипло отозвался Рейвен, его глаза мгновенно потемнели.
- Догадайся, - улыбнулась она, невесомо касаясь губами его подбородка.
Его губы нашли её в полутьме бассейна, и поцелуй, начавшийся нежно, быстро стал глубже, требовательнее. Его руки скользили по её телу, поддерживая и лаская одновременно. Вода колыхалась вокруг них, создавая ощущение невесомости, когда Рейвен прижал её к бортику бассейна, позволяя обвить ногами его бедра.
- Я скучал по тебе, - прошептал он, покрывая поцелуями её шею и плечи. - Все эти месяцы.
- Я никуда не уходила, - выдохнула Таня, запуская пальцы в его мокрые волосы.
- Ты была слишком осторожна. И держала меня на голодном пайке, - его рука скользнула между их телами, заставляя её вздрогнуть от удовольствия. - Я понимаю, но всё равно скучал.
Их движения в воде были медленными, чувственными, полными заботы и страсти одновременно. Рейвен целовал каждый сантиметр её кожи, до которого мог дотянуться, шепча слова любви и обещания на языке, которого Таня всё ещё не понимала до конца - на древнем языке его рода.
Когда волна удовольствия накрыла их обоих, Таня крепко прижалась к мужу, чувствуя, как его сердце бьется в унисон с её собственным. И в этот момент, как и много раз до этого, она знала - что бы ни случилось, какие бы испытания ни ждали их впереди, они справятся. Вместе.
***
Неделя пролетела в привычных заботах. Таня, несмотря на все запреты врачей и протесты мужа, проводила время в саду, возясь с любимыми розами. Солнечный осенний день манил на свежий воздух, и она не могла устоять, особенно когда Дейр умолял её помочь ему построить "укрепление" из опавших листьев.
- Мама, смотри! - крикнул мальчик, подбрасывая охапку листвы в воздух и смеясь, когда разноцветный дождь осыпал его с головы до ног.
Таня оперлась о лопату, улыбаясь, наблюдая за его игрой. Внезапная резкая боль в животе заставила её вздрогнуть и опереться о ближайшее дерево. Она почувствовала, как тёплая жидкость течет по её ногам, и вдруг поняла - это началось.
- Дейр, - позвала она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
Мальчик обернулся, и его глаза расширились от испуга, когда он увидел искажённое очередным приступом боли выражение её лица.
- Мама, что случилось? - он подбежал к ней, тревожно всматриваясь в её побледневшее лицо.
Таня улыбнулась сквозь стиснутые зубы, когда новая волна боли прокатилась по её телу.
- Ничего страшного, малыш. Просто твоя сестренка решила, что пора появиться на свет, - она погладила его по голове. - Беги в дом, найди Елену Васильевну. Скажи, что у мамы воды отошли.
Дейр на мгновение замер, потом кивнул и помчался к дому с такой скоростью, будто за ним гнались все темные силы, о которых писал его отец в своих романах.
Таня достала телефон и набрала номер клиники, заранее записанный на быстрый набор. Вторая рука непроизвольно легла на живот, словно пытаясь успокоить ребенка внутри.
- Клиника "Здоровье матери", чем могу помочь? - раздался профессионально-вежливый голос в трубке.
- Здравствуйте, это Татьяна Уоллис, - произнесла она, делая глубокий вдох. - Мне нужна скорая. Начались роды.
***
Рейвен ворвался в родильную палату, словно вихрь. Лицо напряжено, в глазах тревога, которую он не мог скрыть даже под маской обычного беспокойства будущего отца. Он был в операционном костюме, волосы скрыты под одноразовой шапочкой, но его присутствие моментально наполнило комнату той особой энергией, которая всегда окружала его.
- Таня, - выдохнул он, оказавшись у её койки и сжимая её руку в своей. - Прости, что опоздал. Была пробка.
- Ты вовремя, - сквозь боль улыбнулась она. - Самое интересное только начинается.
Рейвен встретился взглядом с акушеркой, которая кивнула, подтверждая его догадку - открытие почти полное, скоро придётся тужиться.
- Дыши, как мы учились, -напомнил он, помогая Тане принять более удобное положение. - Вдох через нос, выдох через рот.
Таня следовала указаниям врачей и мужа, цепляясь за его руку, как за спасательный круг. В отличие от первых родов, когда она была одна и напугана, теперь рядом был Рейвен - сильный, уверенный, не дающий ей поддаться панике.
- Сильнее боль - сильнее ты, о шептал он ей на ухо слова из древнего ритуала своих предков , первых драконов, о котором рассказывал когда-то. - Через огонь и кровь - к новой жизни.
Когда начались потуги, он поддерживал её, помогая принять правильное положение, вытирал пот со лба, подавал воду, когда врачи разрешали, и не переставал говорить - тихо, уверенно, его голос был для неё якорем в океане боли.
- Еще немного, Татьяна, - подбадривал врач. - Уже вижу головку. Еще два-три хороших усилия.
Рейвен крепче сжал руку жены:
- Ты справишься, моя королева. Уже совсем близко.
С последним мощным усилием Таня почувствовала, как тело её ребенка покидает её, и следом за болью пришло невероятное облегчение. В комнате раздался тонкий, требовательный крик новой жизни.
—?- Девочка! - объявил врач. - Поздравляю, у вас дочь!
Медсестра быстро обтерла ребенка и положила крошечное тельце на грудь Тани. Девочка, розовая и сморщенная, как все новорожденные, казалось, сразу перестала плакать, почувствовав тепло матери. Таня разрыдалась от счастья, прижимая дочь к себе, а Рейвен стоял рядом, не скрывая слез, текущих по его лицу.