Венец тьмы

Оливия проснулась от настойчивого стука в дверь. Служанка, робко заглянув в покои, сообщила, что Его Величество приглашает леди к завтраку. Оливия быстро поднялась с постели, стараясь отогнать воспоминания о ночном видении. Призрак отца, ведущий её в подземелья, к загадочному Венцу тьмы, не выходил из головы. Острая тоска грызла изнутри, обида. Она, спрашивая и говоря о многом, так и не успела сказать главного- как она скучала по ним. Только ночью, когда нервы немного успокоились, она смогла всё обдумать, разложить по полочкам, поняла- она всё время и сама представляла, что её мать, там, в другом мире, не родная. Сперва от детской обиды, после- считая, что так убережёт свою психику. А отца и вовсе не знала. А теперь поняла, что всё было гораздо глубже. И, надо же было, увидеть настоящего отца здесь- и потратить то мизерное время, отведенное им, впустую- на разговоры о своём страхе и тьме.

Через полчаса, облачённая в простое, но элегантное платье, она следовала за слугой по длинным коридорам дворца. Проходя мимо одного из поворотов, Оливия заметила Рейвена, беседующего со слугой. Его пронзительный взгляд будто пытался заглянуть в её душу, но он лишь слегка поклонился, и продолжил что-то говорить юноше.

В малой обеденной зале король беседовал с молодым мужчиной, очевидно, своим сыном. Их разговор оборвался, когда Оливия вошла.

-А, вот и наша гостья, -улыбнулся король, поднимаясь.- Прошу, присаживайтесь. Познакомьтесь, это мой сын, принц Адриан. Вы не были представлены друг другу, но виделись когда-то. - он хохотнул- Правда, вы были тогда малышкой, а он- младенцем.

Принц вежливо склонил голову, но при этом прошёлся жадным взглядом по её фигуре.

- Рад встрече, леди Оливия. Отец как раз рассказывал о вас.

Оливия присела в реверансе и заняла предложенное место. За завтраком велась непринуждённая светская беседа. Король интересовался её самочувствием, принц рассказывал о последней охоте. Но сквозь эту обыденность Оливия чувствовала невысказанное напряжение.

Наконец, когда слуги убрали десертные тарелки, король отослал их жестом и перешёл к делу:- Сегодня, леди Оливия, мы попробуем проверить вашу силу против тьмы.

Оливия замерла, чувствуя, как холодеет кровь. Только одно могло означать такую проверку - её выставят против заражённых тьмой. Тех несчастных, в чьи души проникла чёрная зараза, превратив их в безумных монстров. Ведь не на границу же её повезут- сражаться с тьмой, проникающей через магические барьеры.

- Вижу, вы поняли, - кивнул король, наблюдая за её реакцией. - Да, вам предстоит встретиться с одержимым. Но не бойтесь,- поспешил добавить он, заметив её побледневшее лицо, - Стража будет рядом. К тому же, ваш верный дракон, - он кивнул в сторону дверей, намекая на Рейвена, - Что сейчас ходит за дверями, несомненно не оставит вас одну.

Страх смешался с возмущением - король говорил о потенциально смертельной опасности так, будто это было простое упражнение. С лёгкостью и улыбкой. Впрочем, разве можно было ожидать иного от того, кто привык бросать людей на смерть, ради удовлетворения своих амбиций? Не именно короля Ричарда, а короля вовсе.

Внезапно двери распахнулись, и взволнованный слуга поспешил к королю. Склонившись к его уху, он что-то прошептал, отчего лицо монарха помрачнело.

- Прибыла принцесса Лернейских земель со свитой, - объявил король, едва сдерживая раздражение. Но тут же его выражение стало безукоризненно вежливым.- Прошу меня простить, леди Оливия. Прибыла нареченная моего сына.

Принц, до этого невозмутимый, слегка напрягся. Его взгляд, направленный на Оливию,

-Мы вынуждены вас покинуть, - продолжил король, поднимаясь из-за стола.- Однако я должен добавить- вы приглашены на бал вечером. Состоится бал-маскарад по поводу помолвки.- он замолчал, сверля её жёстким взглядом. А после, кивнув, встал.

Оливия вежливо поблагодарила за приглашение, хотя внутри звучала лишь одна мысль: "Если я доживу до вечера, вы это хотели добавить, Ваше Величество?".

Покинув обеденную залу, Оливия направилась к своим покоям. Мысли о предстоящем испытании кружились в голове подобно воронам над полем битвы. Она была так погружена в них, что не сразу заметила невысокую фигуру, возникшую на её пути.

- Леди Оливия, - голос советника Валентайна звучал мягко, но его появление заставило её вздрогнуть.- Могу я поговорить с вами наедине?

Что-то в его взгляде, смесь интереса и настороженности, заставило её насторожиться. Но отказать королевскому советнику она не могла.

- Конечно, господин Валентайн.

Он повёл её к своему кабинету - просторной комнате с высокими книжными шкафами и тяжёлым дубовым столом. Предложив ей кресло, советник начал издалека:

- Вы, должно быть, знаете, что тьма напала на королевство давно. Многие мракоборцы отдали свои жизни, сражаясь с ней. -он сделал паузу. - Ваш отец, Тобиас, был другом Фредберга де Кавитано, одного из величайших мракоборцев, шагнувшего в самое сердце тьмы.

Оливия слушала с растущим напряжением. Валентайн продолжил:

- Фредберг создал так называемый Венец тьмы, позволявший мракоборцам управлять ею. Но тьма подчинила его себе. Поэтому Венец спрятали, и о нём знали единицы из мракоборцев. Но когда тьма снова прорвала границы, ваш отец взял его, чтобы противостоять ей.

Советник посмотрел прямо в глаза Оливии:- Но Венец подчинил его себе. И Тобиас захотел власти. Он планировал убить отца нынешнего короля, а ваша мать, Элиния, помогала ему в этом. За это он и его жена были приговорены Тайным советом.

- Это ложь!р воскликнула Оливия, едва сдерживая ярость.

Валентайн печально улыбнулся:- Нет, вы просто были ещё ребёнком. А дети склонны обожествлять родителей. На самом же деле ваш отец был злым человеком.

Гнев затопил сознание Оливии. Как смеет этот человек порочить имя её отца! Внезапно она почувствовала странное тепло на голове- словно невидимая корона сдавила виски. В тот же миг из её тела будто потекли чёрные тени, окутывая Валентайна плотным коконом.

Ужас исказил лицо советника. Он рухнул на колени, схватившись за голову, и начал стонать от боли. Оливия наблюдала за его мучениями с холодным безразличием, как будто смотрела на раздавленное насекомое. Вот он, содрогаясь всем телом, скребет пальцами по полу. Вот синеют его губы, а выкатившеся глаза в ужасе смотрят на неё. А вот- замер, не двигаясь.