Страница 39 из 42
Первая школа открылась в маленьком доме у кожевенной слободы. Учитель, молодой послушник, которого я отыскала через церковного голову, смотрел на меня поначалу с нескрываемым сомнением: зачем детям кожевников грамота?
Через месяц смотрел иначе.
Дети учились жадно. Это меня не удивило - я всю жизнь преподавала, хоть и студентам, ученикам гораздо старше, но знала, как это бывает, когда человеку дают то, что ему действительно нужно.
В деревнях появились чуть лучше оборудованные колодцы - я долго и терпеливо объясняла, почему это важно, и в конце концов Рейнгард просто распорядился, не став дожидаться, пока я дойду до третьего аргумента. Купцы, которые раньше объезжали наши дальние земли стороной, начали заворачивать чаще -дороги стали получше, постоялые дворы - посытнее.
Маленькое. Постепенное. Но настоящее.
***
А потом поползли слухи.
Сначала тихие, краем - что на границе со Светлыми горами опять неспокойно. Что пограничные заставы несут службу в два раза усиленную. Что князь Светлых гор, самодовольный, привыкший получать желаемое -недоволен.
Очень недоволен.
Рейнгард упоминал об этом скупо, как всегда, когда дело касалось серьёзного- несколькими словами, без лишних подробностей. Но я умела читать между словами. К тому же, мы оба доподлинно знали, на что способен князь Светлых гор
Говорили, что он предлагал мир. По-своему предлагал, ровно так, как и в той жизни- через брак с Дарианной. Породнились бы, соединили земли, забыли старые споры.
Рейнгард отказал.
Более того, в его понимании, оскорбил, женившись взамен на дочери простого господаря.
- Он на тебя, понимаешь, за это злится,-сказала мне Света однажды, когда мы сидели в лечебнице, перебирая сушёные листья. - Для него лично виновата в его обиде. Тогда он лично говорил мне это, ожидая, когда ты придёшь.
- Я виновата в том, что Рейнгард сделал свой выбор?
- Ты виновата в том, что он вообще существовал - этот выбор. - она печально усмехнулась.- Должна была сидеть тихо в господарстве.
- Я не умею тихо.
- Я заметила.
Говорили ещё, что Волдемар, князь Светлых гор, пожаловался королю. Что Его Величество собирается приехать -разобраться, рассудить, посмотреть своими глазами, что за дела творятся на востоке королевства. Началось. Чуть иначе, но началось.
-Помнишь, как это было в прошлый раз? - спросила меня Света тихо.
-Помню.- поджала я губы, взвешивая всё.
- Думаешь, сможем иначе?
Я посмотрела на высушенный зверобой в своих руках, подумала о лечебнице за стеной, о школе у кожевенной слободы, о Рейнгарде, который утром пил взвар и слушал, как я рассказываю про осенние дороги, о Мортимере, который ворчит, но приходит каждый день, о Свете - живой, настоящей, моей.
- Попробуем,- сказала я.- Тем более, теперь мы не одни, у нас есть мужья. Да и король в прошлый раз показался мне довольно мудрым и рассудительным.
Света кивнула, но видно было, что не особо поверила в это.
27. Иллюзия
Утро началось с того, что в восточном крыле замка раздались крики.
Я как раз заканчивала просматривать бумаги, которые любезно подготовил Мортимер - старик взял на себя труд объяснять мне местное право, историю рода Дарксмуров и прочие вещи, без которых молодая княгиня выглядела бы полной дурой.
Крики стихли. Потом снова поднялись - восторженные на этот раз.
Я отложила бумаги.
- Что там?
Служанка Брита, маленькая рыжая девочка лет шестнадцати, выглянула в коридор и тут же вернулась с круглыми глазами.
- Госпожа, там дракончик! Маленький! Раненый! Его столичные господа привезли, хотели похвастаться, а он при смерти почти.
Уголёк! Мой малыш вернулся!
Я помедлила лишь секунду, потом встала и поспешила вниз.
В восточном дворике уже собралась небольшая толпа. В центре, прямо на мощёных камнях, стояла Люта на коленях, не обращая никакого внимания на платье цвета слоновой кости и держала на руках дракончика размером с крупного кота.
Он был тускло- изумрудным. Или был бы изумрудным, если бы не подпалённые бока и не крыло, которое висело плетью.
Мы со Светой с помощью слуг перенесли Уголька в башню Мортимера, где тут же принялись лечить. В этот раз его хозяева сразу оказались здесь, что дало повод думать, что на этот раз все будет немного иначе. А также возможность тут же выкупить малыша себе- отказать княгине они не смогли. Вот и несомненный плюс быть женой Рейна, помимо его любви и близости.
***
А дальше день стал набирать обороты с неприятной скоростью. В замок стали съезжаться гости.
Лорд Гарвин встречал непрошенных гостей так, будто замок принадлежал ему. Я видела его из окна - как он стоит на ступенях, широко улыбается, жестикулирует, распоряжается размещением. Слуги метались по его указаниям. Князь Светлых гор- высокий, статный, с лицом из камня, спускался с коня, и Гарвин уже был рядом, уже склонился, уже что-то говорил вполголоса, доверительно.
Рейнгарда на ступенях не было.
Он до сих пор не вернулся с тренировочного двора. Я знала, потому что утром слышала звон оружия - размеренный, методичный, злой.
Я смотрела на Гарвина и думала о том, что в моей прошлой жизни таких людей в учительской тоже хватало. Тех, кто умеет создавать видимость власти раньше, чем появится настоящая. Или вместо неё.
Но показывать своё недовольство эти перед остальными означало бы равнять его с собой. Я не должна была реагировать.
***
Слугу я заметила случайно.
Он мялся у дверей. Пришёл сказать, что приехал господарь Лафор и просит аудиенции.
Я остановилась посреди коридора.
"Отец."
То есть отец Миланики. Человек, который сговорился с Евгенией и готов был отдать родную дочь старику с четырьмя мёртвыми жёнами. Который смотрел в глаза своему ребёнку и видел в них лишь блеск монет.
Я должна была отказать.
Вместо этого я сказала:
- Через полчаса. В малой гостиной.
Не знаю почему. Наверное, потому что Миланика внутри меня о или то, что от неё осталось, какая-то память тела, отпечаток- всё ещё помнила его руки, которые когда-то подбрасывали её вверх. Было же такое? Наверное, было.
Господарь Говен Лафор оказался в этой жизни чуть моложе, чем я ожидала. Крепкий, осанистый, с тёмными волосами с проседью и глазами, которые я уже знала- потому что каждое утро видела их в зеркале. Миланика взяла от него эти глаза.
Он поклонился. Не низко - ровно настолько, насколько обязан господарь кланяться молодой княгине.