Страница 14 из 42
Он возвышался надо мной (тоже, к слову, в чем мать родила, но его это вообще не смущало) и мрачно расхохотался.
- Можешь не прикрываться, - бросил он с едким презрением, наблюдая, как я лихорадочно ползу к валяющейся простыне. - Я все там уже видел. И попробовал. Скажи мне только одно, Миланика… Твоя невинность хоть настоящей была? Или это тоже - ваши с отцом расчетливые хитрости? Свиная кровь и актерское мастерство?
Мои щеки вспыхнули. Обида, жгучая и горькая, ударила в голову сильнее страха. Я натянула на себя спасительную ткань и, приподнявшись, зло выплюнула хриплым голосом:
- Настоящей. Вы же должны в таком разбираться! Это же про вас слава ходит, что вы первый соблазнитель и губитель юных девушек во всем княжестве!
Рейнгард, который как раз наклонился, чтобы поднять свой кинжал, замер. Его рука на мгновение повисла в воздухе. Он выпрямился, плавно загнал лезвие обратно в ножны и посмотрел на меня с каким-то странным выражением.
- Нельзя безоговорочно доверять всему, что слышишь, - холодно процедил он.
- Ну, вы же безоговорочно доверяете тому, что видите! - парировала я, не опуская взгляда, хотя коленки все еще дрожали.
Князь насмешливо выгнул бровь.- И что же я вижу? Хочешь сказать, ты просто решила полюбоваться моим кинжалом в лучах утреннего солнца? Дай угадаю, ты питаешь страсть к старинному оружию?
-Нет,- я вздернула подбородок. Терять мне было нечего.- Лгать не стану. Я хотела его украсть.
Рейнгард тяжело вздохнул. И в этом вздохе проскользнуло что-то… досадное? Будто я его очень сильно разочаровала, будто ему самому было до чертиков обидно, что эта сумасшедшая ночь, которая понравилась ему не меньше, чем мне, закончилась банальным предательством.
-Но он мне очень нужен! - добавила я с отчаянием.
Он уже отвернулся, натягивая штаны, всем своим видом показывая, что слушать оправдания дешевой шпионки не намерен.
"Сказать? Не сказать?"Если скажу - посчитает сумасшедшей. Если не скажу- отправит в темницу или, что еще хуже, папаше. А, к чёрту!
- Я - не Миланика!- выпалила я в его широкую спину. - И моя сестра - не Люта! Мы вообще не из этого мира!
Рейнгард даже не обернулся, продолжая спокойно застегивать ремень.
- Можете не сомневаться, милорд!- у меня уже несло, слова вылетали быстрее, чем я успевала их обдумать.- Настоящие Миланика и Люта утонули в лесном озере! А мы с моей подругой Светой были в музее в своем мире. Просто… коснулись вашего кинжала! И наши души перенеслись в их тела. Я- Стефа, она- Света. И ваш грёбаный кинжал- это не просто железка, это единственный артефакт, который может открыть портал, чтобы мы могли вернуться домой!
Я замолчала, тяжело дыша, ожидая реакции. Грома? Молнии? Того, что он сядет и скажет: "О боже, как я могу помочь тебе, прекрасная попаданка?". По крайней мере всё, что происходило между нами ночью, претендовало хотя бы на понимание с его стороны.
Вместо этого грудная клетка князя задрожала. Он запрокинул голову, и по спальне раскатился густой, искренний смех.
- Поразительно, - отсмеявшись, Рейнгард повернулся ко мне. Он уже накинул рубашку и выглядел до пугающего собранным. - Многие пытались выкрасть у меня этот клинок, дорогая. Шпионы, наемники, завистливые господари как твой отец. Но признаюсь честно: таких потрясающих сказок в свое оправдание мне еще слышать не приходилось. "Стефа из другого мира". Надо же!
- Я говорю правду! - я вскочила на ноги, забыв, что на мне только кусок смятой ткани.
- Одевайся, - его голос мгновенно потерял всякий намек на веселье, став жестким и холодным, как лед. Иллюзия близости растаяла без следа. - Одевайся немедленно. Я сейчас позову стражу, чтобы тебя увели. У меня нет времени на игры с сумасшедшими воровками!
9. Амнистия
Холод обрушился на меня сразу, стоило тяжелой кованой двери с лязгом закрыться за спиной. От шелковых простыней и обжигающих прикосновений - в сырой, пропахший плесенью и нечистотами мрак. Стражники втолкнули меня в камеру без лишних церемоний, и я едва удержалась на ногах, поскользнувшись на гнилой соломе.
Со стен капала вода, тусклые, чадящие светильники выхватывали из темноты решетки соседних камер. И там, за этими решетками, зашевелились тени.
-Ого, какую птичку к нам занесло, -раздался хриплый мужской голос. - Беленькая, ладненькая… Сюда иди, сладкая, мы тебя согреем.
Зазвучали сальные смешки. Я забилась в самый сухой угол, обхватив себя руками и стараясь не слушать грязных шуток, которые сыпались со всех сторон.
Прошло не больше часа, когда в коридоре снова зазвучали тяжелые шаги. Загремели ключи, дверь моей камеры распахнулась, и внутрь толкнули женскую фигуру.
-Люта! - выдохнула я, бросаясь к ней.
Узники в соседних камерах оживились еще больше.
- Да сегодня просто праздник! Сразу две! А ну, девки, покажите, что умеете! - загоготал какой-то беззубый амбал, прижимаясь лицом к прутьям.
И тут во мне что-то щелкнуло. Страх, унижение, отчаяние - все это вдруг скомкалось и превратилось в чистую, концентрированную ярость. Я выпрямилась, расправив плечи, и шагнула к решетке. Во мне проснулась та самая железобетонная химичка, чей голос заставлял бледнеть даже самых оторванных старшекурсников. .
- А ну, закрыли рты! - рявкнула я так, что, кажется, даже пламя в светильниках дернулось. -Галёрка, я кому сказала?! Еще одно слово, еще хотя бы звук в нашу сторону, и я вам лично устрою такую жизнь, что виселица покажется курортом! Сели на места и замолчали! Как думаете, за что нас, единственных женщин, сюда посадили? Да ещё и охраняют так...- добавила для пущей таинственности.
Мой поставленный, звенящий металлом преподавательский тон произвел невероятный эффект. В подземелье повисла гробовая тишина. Мужики по инерции отшатнулись от решеток. Кто мы такие? Точно аристократки, но тогда почему в подземелье, с ними. Заговорщицы? Ведьмы? Рисковать никто не хотел.
Я шумно выдохнула и осела на солому рядом со Светой.
- Не вышло с кинжалом, да? - шепотом констатировала она, кутаясь в какую-то изодранную шаль.
- Не вышло, - так же тихо ответила я. - Я ему во всем призналась. Кто мы, откуда. Что не Миланика я.
- И? - лаконично поинтересовалась подруга, шмыгнув носом.
- Не поверил. Сказал, что это отцовские хитрости.
Света философски вздохнула: - Ну, объективно, Мил… Никто бы не поверил. Это звучит как бред сумасшедшего. Так что, князя нельзя в этом винить.
А потом её прорвало.