Ядовитая дочь

Я жду, что он выдаст меня, но он поворачивается к нашим родителям.

— Прошу прощения за моё опоздание. Уверяю, это никак не отражает моего нетерпения познакомиться с невестой. — Он снова ловит мой взгляд и подмигивает. — Похоже, она столь же нетерпелива, так что давайте начнём.

Самодовольный ублюдок.

Незнакомое тепло поднимается к моим щекам, когда я вспоминаю, каково было целовать его мягкость губ, жадность его рук на моей коже, как он прикусывал мои бёдра, заставляя меня содрогаться.

Он склоняется ближе.

— Леди Стеллария, вы полны восхитительных тайн. Это было просто последнее развлечение перед большим днём, или мне следует ожидать, что это станет регулярным?

— Я не понимаю, о чём вы, — говорю я ровно, не меняя выражения лица, глядя на наших родителей, которые собираются вокруг небольшого стола.

— Как вы видите, я распорядился составить контракт так, чтобы первый брачный платёж по её первому браку был передан в течение недели после свадьбы, — говорит мой отец. — Следующие три будут выплачиваться раз в сезон в течение первого года, чтобы обеспечить плавный переход.

Чтобы убедиться, что вы не убьёте нашу дочь, пока у нас будет время закрепить долгосрочные торговые соглашения и мир, вот что они на самом деле имеют в виду.

Я пытаюсь сосредоточиться на их словах, но чувствую на себе взгляд Генри. Я поднимаю глаза, и он ухмыляется. Сомневаюсь, что он будет ухмыляться, когда контракт подпишут и моя магия откроется.

— Да, и мы одобряем вашу просьбу вести переговоры о торговле, пока в течение ближайших двух недель здесь, в Лунами́де, мы будем отмечать новую помолвку рядом торжеств, — говорит Филип.

Отец кивает.

— Превосходно. Всё прочее в порядке. Подпишем и скрепим соглашение?

Он надрезает палец, обмакивает в кровь перо и выводит своё имя на контракте. Затем мать, за ней Хейвенвуды. Магия Лунами́да требует крови. Так было с тех пор, как обнаружили колодец, и контракты не исключение.

Моя рука дрожит, но лезвия я почти не чувствую. Моя тайная жизнь вот-вот будет раскрыта, и это погубит и меня, и весь Лунами́д.

Я поднимаю взгляд на мать, умоляя её глазами, пытаясь найти повод замедлить ход событий, но она лишь кивает и протягивает мне перо.

Я подписываю своё имя. Затем Генри ставит своё.

— Итак, что это за сила, которую вы уверяли нас столь могущественной и смертоносной? — спрашивает Филип.

Я удерживаю взгляд Генри. Он всё ещё улыбается, его глаза прикованы к моим губам. Я отступаю к книжному шкафу рядом со мной, проводя пальцами по декоративному кинжалу, лежащему там. Вряд ли он очень острый, но лучше так, чем ничего, особенно если моя магия не работает.

— Как вы видите, наша младшая дочь редкая красавица, что прекрасно скрывает её смертельный дар. — Отец любит подчёркивать мою красоту, чтобы люди забывали о моём возрасте. Тридцать немало для невесты, даже если я вдова, но он всегда напоминает всем, как я хороша, чтобы они не задумывались о том, что мои годы для рождения детей уже сочтены.

Он нарочно тянет паузу, прежде чем произносит слова, способные развязать войну между нашими семьями.

— У Харлоу ядовитый поцелуй.