Страница 244 из 249
Рейф Мэттингли мёртв, и он больше никогда не сможет заставить меня причинить боль тому, кого я люблю.
Но мой муж — может.
Генри приподнимает мой подбородок.
— Я знаю, что ты хочешь наказать меня.
Конечно, я хочу его наказать. Он заставил меня чувствовать себя такой глупой и слепой. Трудно описать подобное предательство. Я думала, он понимает меня каким-то врождённым образом, но что, если он просто использовал свою магию, чтобы ощущать что-то о моём эмоциональном состоянии? Что, если он вообще меня не знает?
Я думала, он тот, кто понимает, как помочь мне надеть мою броню. Но что, если это относится только к людям, которые не он?
Это всё то, что я хотела бы сказать, но слова застряли у меня в горле, и я скорее задохнусь, чем позволю ему снова ранить меня.
— Есть один способ это сделать.
Он кладёт мне в руку маленький металлический предмет.
— Что это? — я переворачиваю его в ладони.
Это зажигалка.
— Это то, чего ты хотела с тех пор, как мы поженились.
— Способ убить тебя так, чтобы это действительно сработало?
Мне не стоит шутить об этом, но мне так неловко под тяжестью его точной оценки.
— Да.
Я жду, что он улыбнётся, но он не улыбается. Я открываю зажигалку и прокручиваю колёсико большим пальцем.
Маленькое голубое пламя священного огня вспыхивает к жизни. Я настолько поражена, что едва не роняю зажигалку и не поджигаю весь дом. Крышка щёлкает, закрываясь и гася пламя.
Не могу поверить, что не подумала об этом раньше. Конечно, священный огонь бы сработал. Как я могла видеть, как тело Гейвена так быстро сгорает, и не подумать об этом тогда? Как я могла не подумать об этом после того, как он рассказал мне, что его сестру нельзя было вернуть, потому что она сгорела до ничего? Впрочем, тогда это всё равно не имело бы значения, потому что это не та магия, которой я могла бы владеть сама.
До сих пор.
— Тебя никогда не убивали священным огнём, — шепчу я.
— Если бы это случилось, не осталось бы ничего, к чему можно было бы вернуть мою душу, кроме кучи пепла, — говорит он. — Я знаю, что то, что я не рассказал тебе о своём втором благословении, заставило тебя почувствовать себя небезопасно, но я понял, насколько это было плохо для тебя, только потом. Если бы я знал, что сделал Рейф…
Он стонет и проводит рукой по затылку.
— К тому времени, как я осознал всё, через что ты прошла, тебя уже трясло от воспоминаний обо всех этих ужасных вещах, которые с тобой случились. Я хотел, чтобы ты чувствовала себя в безопасности. Я не хотел, чтобы тебе казалось, будто я обманул тебя, будто я использовал тебя, — а именно так я и заставил тебя себя почувствовать.
— Поэтому ты даешь мне способ убить тебя.
Он проводит большим пальцем по моей челюсти.
— Я даю тебе способ чувствовать себя в безопасности.
Эти слова выбивают у меня воздух из груди. Он прав. Он буквально дал мне возможность причинить ему боль в любой момент, когда я захочу. Он пытается заключить мир.
Я задыхаюсь. Значит, я не ошибалась раньше. Он действительно понимает. Просто раньше у него не было всей картины. Так соблазнительно броситься к нему, но сейчас я чувствую слишком много всего, чтобы суметь во всём этом разобраться.
Его лицо полно искреннего раскаяния.
— Харлоу, вернись со мной. Пожалуйста.
Мне неловко, я настолько переполнена благодарностью, что у меня на глазах выступают слёзы.
Первое, что он захотел сделать, когда узнал, через что я прошла, — это заставить меня почувствовать себя в безопасности. Но я никогда не умела принимать заботу, и всё, что он делает, заставляет меня чувствовать себя слишком хрупкой. Я слишком изранена этим днём и слишком потрясена всеми откровениями, которые всплыли наружу как раз в тот момент, когда тень затмения начинает рассеиваться.
Для женщины, которая всю жизнь оставалась на одном месте, я вдруг совершенно не могу стоять спокойно.
Есть так много вещей, которые я не знаю, как выразить словами. Моё сердце знает, что Генри безопасен, но моё тело этого не чувствует. Сейчас всё слишком интенсивно.
Всё, что я могу придумать, это опереться на первый и самый важный навык выживания, который у меня есть.
Я разворачиваюсь и бегу.