Страница 200 из 249
— Ланч с дамами крепости, — заканчивает она. — Я знаю. Как ты думаешь, почему я так одета?
— Чтобы заставить меня страдать.
Она тихо напевает и лукаво улыбается. Когда она встаёт, Кирин переворачивается на её ноги и жалобно скулит.
— Тише ты, — говорит она, наклоняясь, чтобы погладить его. — Такой малыш.
Она поднимается и неохотно берёт меня под руку. Я провожаю её из комнаты. Она сбивается на шаг, когда замечает отсутствие Гейвена.
— Где твоя тень? — спрашиваю я.
— Хотел бы ты знать, мой волк?
Едкость лучше подозрения, но я чувствую её тревогу по тому, как напряжена её осанка.
Она остаётся такой, пока мы не спускаемся вниз. Когда мы приближаемся к пиршественному залу, я вижу мужчину и женщину, стоящих у двустворчатых дверей. Только когда мужчина хлопает женщину по плечу и поворачивается, я понимаю, что это Стефан.
Я колеблюсь, но Харлоу продолжает идти, с приклеенной к лицу улыбкой. Проходя мимо него, она кивает, игнорируя его похотливую ухмылку.
— Я же говорил, что ты заплатишь кровью. Может, теперь научишься держать язык за зубами, — насмешливо бросает Стефан. Он отдаёт мне издевательский салют. — Спасибо за представление, Хейвенвуд.
За последние годы было немало моментов, когда мне хотелось убить Стефана, но никогда сильнее, чем сейчас.
Смысл заявления права сделать это публично, но я ненавижу мысль о том, что он видел её такой.
Он беспечно проходит мимо нас.
Харлоу вдруг напрягается. Она снова оглядывается через плечо, словно ищет Гейвена.
— Что случилось? — спрашиваю я.
Она смотрит вниз по коридору, вслед удаляющейся спине Стефана.
— У нас с ним была стычка прошлой ночью. Он угрожал мне, и Гейвен почти выпотрошил его на месте. Стефан, конечно, тоже ему угрожал — сказал, что заставит его истекать кровью.
Это идеальный выход из той путаницы, которую я устроил. Я всегда собирался свалить вину на него, но то, что она уже подозревает, делает это ещё правдоподобнее.
Я сжимаю её руку.
— Я думал, ты послала его шпионить.
Она выпрямляется и улыбается, и я поворачиваюсь, чтобы увидеть двух слуг, спешащих по коридору с подносами пирожных.
— Уверена, это пустяки, — говорит она, слегка подталкивая меня вперёд.
Как только мы входим в пиршественный зал, я жалею, что сказал ей, будто это хорошая идея. Здесь собрались все женщины-рассказчицы и женщины из семей, которые защищают крепость своей магией. Столы заставлены чайниками и подносами с маленькими сэндвичами и пирожными, и это совершенно не похоже на мероприятие, где Харлоу могла бы чувствовать себя как дома.
Она ярко улыбается, пока я веду её в зал к почётному месту рядом с моей матерью. Прежде чем я успеваю ускользнуть, Харлоу хватает меня за руку и цокает языком.
— Убегаешь, даже не поцеловав свою жену? — говорит она с притворным надутым видом.
Она хватает меня за рубашку и тянет к себе.
Когда она целует меня, всё, что я чувствую на вкус, это сладкий яд. Моя жена пытается меня отравить и мне это нравится. Я полностью очарован её жестокостью.
Затем она смотрит на мою мать.
— Вам не кажется, что он должен остаться и почтить всех нас, дам, своим присутствием? Сегодня утром я просто не могу от него оторваться.
Я сразу замечаю скепсис матери, но дамы за соседними столами начинают свистеть и постукивать серебряными приборами по бокалам, соглашаясь и подбадривая нас поцеловаться снова.
Харлоу подчиняется их просьбе. И вот так — я оказываюсь в ловушке на дамском ланче вместе с ней.
Минуты тянутся бесконечно, пока я ковыряю медовые пирожные, потягиваю чай и стараюсь не уснуть от однообразия, слушая сразу столько разговоров вокруг.
Я чувствую облегчение, когда в дверях появляется Картер, даже понимая, что сейчас мне придётся сыграть лучшую роль в своей жизни. Он машет рукой, но я жду, пока Харлоу сама его заметит.
Она наклоняется ближе.
— Похоже, ты нужен Картеру.
Я поднимаю голову.
— Я сейчас вернусь.
Кажется, никто из остальных дам даже не замечает, как я ускользаю с их празднества, но я чувствую взгляд Харлоу на своей спине, когда выхожу в коридор к Картеру.
— Готов? — спрашивает он.
Я киваю.
— Похоже, Стефан уже сделал за нас половину работы. Харлоу призналась, что беспокоилась, потому что Стефан угрожал Гейвену той ночью.
Картер сжимает переносицу.
— Как любезно с его стороны — всё так упростить для нас. — Он бросает взгляд мимо меня, в сторону Харлоу. — Как она сегодня утром?
— Злопамятна. Хотя она терпеть меня не может, она заперла меня на этом ланче вместе с собой, потому что знала, что я его возненавижу.
Картер качает головой и хлопает меня по плечу.
— Ты уверен, что сейчас подходящее время?
Сообщить Харлоу о Гейвене во время этого ланча было планом, но это было до того, как она узнала, что я Бессмертный. Я боюсь, что для неё это может оказаться слишком большим ударом сразу.
— Прошли почти сутки с тех пор, как это случилось. Думаю, мы не можем откладывать дольше — всё станет слишком подозрительно, — говорю я.
Картер устало кивает.
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Я буду ждать снаружи.
Он уходит по коридору, а я остаюсь стоять на месте, будто мне нужно время, чтобы собраться. Затем я разворачиваюсь и медленно иду через пиршественный зал. Мне не приходится притворяться, что я боюсь этого разговора — после того, как я разозлил её прошлой ночью и раскрыл свои секреты сегодня утром, я действительно боюсь её реакции на эту новость. Если она окончательно отстранится от меня, я не знаю, как сумею наверстать потерянное до Фестиваля Тёмной Звезды.
Когда я подхожу, Харлоу смотрит на меня выжидающе.
— Что случилось? — спрашивает она.
Я киваю в сторону двери.
— Выйдешь со мной?
Она хмурится.
— Что происходит?
— Думаю, нам стоит отойти и обсудить это.
Харлоу старается выглядеть спокойной, но её руки сцеплены так крепко, что костяшки побелели.
— Генри, просто скажи.
Я бросаю взгляд на свою мать, затем снова смотрю на жену.
— Они нашли тело Гейвена в лесу за домом. Он мёртв, Харлоу.
Сначала она ничего не говорит. Потом поворачивается и что-то шепчет моей матери, и та кивает и похлопывает её по плечу.