Ядовитая дочь

Глава 57

ХАРЛОУ

В тот момент, когда я возвращаюсь в свою спальню после ужина, я понимаю, что я здесь не одна.

Генри отсутствует уже несколько часов, и я знаю — это не он роется в шкафу.

Гейвен всё ещё не вернулся со своей одержимой миссии наконец выяснить, что находится в комнате восстановления, а Кирин весь день был на охоте. Я предоставлена самой себе, и я сразу же жалею о том, что согласилась оставаться внутри, пока Генри не закончит церемонию охоты.

Я напряжённо прислушиваюсь. Тревога оседает в моём желудке, взбалтывая ужин. Комната тёмная, за исключением только что разожжённого камина. Ничто не кажется не на своём месте.

Шуршание в шкафу продолжается.

Я осторожно кладу книгу, которую только что взяла в библиотеке, на кровать и как можно тише достаю кочергу, лежащую рядом с камином. На цыпочках подхожу к шкафу и выглядываю из-за угла.

Шум продолжается где-то за примыкающей ванной, но я никого не вижу. Я прохожу через ванную и останавливаюсь у двери шкафа Генри.

Дверь в безопасную комнату открыта, и звук доносится изнутри.

Я бросаюсь вперёд, размахивая кочергой, словно мечом.

Но внутри прячется не Стефан и не один из его друзей. Это моя горничная. Дрожащие руки Коры подняты в знак капитуляции.

Я смотрю на неё, пытаясь понять, как она оказалась в комнате, которая, как предполагалось, заколдована так, что входить сюда могу только я.

— Мне так жаль, что я напугала вас, мисс, — говорит Кора. — Мистер Хейвенвуд попросил меня прибрать всю вашу комнату и сказал, что если вас здесь нет, то вы, вероятно, в библиотеке. Я и подумать не могла, что так вас испугаю.

— Как вы сюда попали? — спрашиваю я. — Это моя безопасная комната. Она должна быть заколдована так, чтобы пользоваться ею могла только я.

Лоб Коры морщится в недоумении, а затем она улыбается.

— О нет, мисс. Должно быть, вы неправильно поняли. Комната заколдована не для какого-то одного человека. Она не впускает кровожадных. Возвращённым вход запрещён.

Весь мир накреняется. Единственное, что удерживает меня на ногах, годы, прожитые с такими внезапными всплесками адреналина. Каждый нерв в моём теле кричит: беги. Но это не мой дом. Я не знаю всех переулков и переходов в крепости. Всё, что мне известно, это два пути наружу.

Попытаться добраться до главных ворот, а затем пройти через них без какого-либо отвлекающего манёвра почти невозможно. Я пробыла здесь недостаточно долго, чтобы Генри успел обучить меня всем тонкостям их путей отхода и планов эвакуации. У меня есть только то, что я успела уловить во время нашей пробежки с ним. И это даже не учитывает того, что потом мне пришлось бы в одиночку мчаться ночью через Лес Истощённых.

Мне придётся рискнуть и воспользоваться горными пещерами. Я не знаю, где они выходят наружу, но это должно быть место, где я смогу найти помощь, и я почти уверена, что это не выведет меня прямо в лес, полный Истощённых.

Кора всё ещё смотрит на меня, её руки подняты в знак капитуляции. Мне нужно быть осторожной, чтобы никого не насторожить.

— Божественное, прости меня! Мне так жаль, что я вас напугала, — говорю я, заставляя в своём голосе звучать фальшивую весёлость. — Я совершенно неправильно поняла, когда он описывал мне эту комнату. Из-за кровавого замка я решила, что только я могу сюда войти.

Кора расслабляется и поднимает окровавленный указательный палец.

— О, это легко перепутать. Таких комнат в поместье несколько. Замок работает для любого из нас, кто не является Возвращённым. Иногда они слишком увлекаются, когда питаются. Большая часть этого строго контролируется в комнате восстановления. Там есть стражи, которые следят за кормлениями, чтобы доноры были в безопасности, но вы же знаете, как это бывает, — заговорщически говорит Кора. — Иногда, когда они питаются наедине — во время более… интимных моментов — всё может немного выйти из-под контроля. У Картера и Брайса, правда, никогда не было такой проблемы — я уверена, вы сами видели. А из того, что я слышала, у Генри безупречный самоконтроль, так что, уверена, он просто дал вам эту комнату, чтобы вы чувствовали себя в безопасности. Не говоря уже о том, что если случится ещё одно нападение и стену прорвут, вы сможете спрятаться здесь и будете в безопасности от Истощённых.

Она смотрит на меня выжидающе, и я понимаю, что слишком долго молчала.

— Это имеет смысл. Думаю, меня просто сбивает с толку терминология. Я не знала о Возвращённых, пока не приехала сюда, — говорю я, заставляя свой голос звучать легко.

Кора хлопает себя ладонью по лбу.

— Конечно. Вы же из города, поэтому вам привычнее старое название. Вы, наверное, называете их Бессмертными.

Возвращённые — это Бессмертные.

Она имеет в виду, что все люди, которых Эванджелин Хейвенвуд вернула к жизни, такие же, как люди из той истории, которую я слышала в баре «Падающая Звезда».

Моё сердце колотится так сильно, что я боюсь — она услышит его.

— Конечно. — Я широко улыбаюсь. — Значит, эта комната не впустит Генри, Картера и Брайса.

Она кивает и опускает руки.

— И многих других тоже.

Я крепче сжимаю кочергу в руках, борясь с желанием спросить, со сколькими именно кровожадными хищниками я так непринуждённо общалась с тех пор, как приехала в крепость.

— Что ж, ещё раз прошу прощения, что напугала вас, Кора. Думаю, я побалую себя небольшой прогулкой по галерее, так что оставлю вас за уборкой.

Она улыбается.

— Конечно. Вам пришлось так многому научиться в вашей новой роли — жены наследника. Я всегда рада ответить на любые вопросы.

Она поворачивается к своему ведру с водой и начинает протирать дверную ручку.

Я возвращаюсь в свою спальню, и в ушах шумит собственное сердцебиение.

Беги.

Этот инстинкт настолько силён, что я не могу думать ни о чём другом.

Беги.

Но я не могу просто сорваться с места. Это привлечёт слишком много внимания. Мне нужно действовать медленно и умно.

Я тянусь за пальто, а затем понимаю, что если надену его, любой, кто увидит меня, поймёт, что я собираюсь выйти наружу. Лучше уйти так, как есть. Я на мгновение останавливаюсь, чтобы сменить шёлковые домашние туфли на сапоги и прячу клинок в правый сапог.