Ядовитая дочь

— Прости, прекрасная. У меня нет точного ответа по этому поводу. Тебе пришлось бы убедиться, что именно это станет тем, что действительно меня убьёт, потому что сначала ты рисковала бы потерей крови.

Она хмурится и тяжело выдыхает.

— Звучит чрезвычайно грязно, так что, наверное, это и к лучшему.

Я прочищаю горло, стараясь не обращать внимания на то, что на ней почти ничего нет.

— Я знаю, что ты не послушала меня в прошлый раз, когда я это говорил, но сегодня ночь охоты.

— Как часто они у вас бывают? — спрашивает она.

— Ночи охоты? Каждые пятнадцать дней, но когда погода плохая, как прошлой ночью, мы переносим их на следующую ясную ночь ради безопасности. Пожалуйста, оставайся в нашей комнате, пока я не вернусь за тобой.

Она надувает нижнюю губу.

— Разве мы не участвуем, мой волк? Это похоже на то, чем обычно увлекаются новобрачные.

Мысль о том, чтобы гнаться за ней по лесу и подчинить её себе, овладев ею, чрезвычайно соблазнительна, особенно когда она стоит передо мной почти обнажённая, прикрытая лишь несколькими стратегически расположенными кружевами.

— Нет, мы не участвуем. Если только ты не хочешь, чтобы у нас была публика во второй раз, когда я буду с тобой.

Она лукаво улыбается.

— Харлоу, я серьёзен. Учитывая слухи, которые ты сама о себе распустила, я не знаю, как люди отреагируют, и Стефан вполне может участвовать. Мне нужно сейчас выполнить одно быстрое поручение. Я должен вернуться сразу после ужина. Исследуй дом сколько хочешь, но не выходи из него.

Она всё ещё держит преувеличенно надутую губу, когда входит в гардеробную и через мгновение выходит оттуда в белом платье с открытыми плечами, из выреза в форме сердца едва выглядывает тёмное кружево.

Мне не нужно, чтобы мне говорили, что оно белое. Этот цвет я узнаю сразу. Должно быть, она привезла его с собой, потому что я никогда не стал бы заказывать для неё белое платье. Моя реакция на то, что я вижу свою жену в этом цвете, первобытна и мгновенна. Покрой настолько, проклятье Божественных, соблазнительный, что у меня по коже выступает холодный пот.

Она издевается надо мной — нажимает на мои кнопки тем безумным способом, который так любит. Она знает, что сегодня ночь охоты, поэтому надела белое платье, как добыча.

— Харлоу.

— Да, мой волк? — говорит она, игнорируя смертельную нотку в моём голосе, пока сокращает расстояние между нами.

— Не испытывай меня сегодня.

Она проводит пальцами вверх по моей груди:

— Тогда не делай испытание таким увлекательным.

Я хватаю её за запястье и слегка прикусываю её палец, и она смеётся.

— Иди в библиотеку или в галерею. Просто скажи, что останешься внутри.

Она закатывает глаза и вздыхает.

— Я останусь в доме до конца ужина, но после ничего не обещаю.

Это лучшее, на что я могу рассчитывать, учитывая её любовь выводить меня из себя. Я молюсь, чтобы она усвоила урок после своего последнего приключения, которое едва не закончилось её смертью или чем-то худшим — от рук Заводчика.

Она берёт книгу со своей тумбочки и устраивается в кресле у камина, чтобы читать.

Гейвен не ждёт в коридоре на своём обычном посту, когда я выхожу из спальни, но это не совсем необычно. Я знаю, что Харлоу отправляет его шпионить по дому, когда понимает, что я отвлечён.

К счастью, искать его долго не приходится. Я нахожу его на задней террасе — он смотрит вниз по склону на пару стражников, которые спаррингуют.

— Скучаешь по этому? — спрашиваю я. — Я ни разу не видел, чтобы ты тренировался с тех пор, как ты здесь.

Он даже не оборачивается ко мне.

— Я вполне справляюсь сам.

— Если передумаешь, я с удовольствием проведу с тобой пару раундов, старик.

Он оборачивается, чтобы сердито посмотреть на меня, и я поднимаю руки в притворной капитуляции.

— Я серьёзно, — говорю я. — Предложение остаётся в силе. Нам придётся проводить много времени вместе. Я знаю, что ты твёрдо решил меня не любить, но если говорить практично, ты помогаешь защищать мою жену⁠…

— Ты помогаешь защищать ту, за кого я отвечаю, — перебивает он.

Я вздыхаю.

— Я имею в виду, что у нас похожая цель, и для неё будет лучше, если мы оба будем оставаться в форме.

— Ладно, — отвечает он, скрещивая руки на груди.

— А пока у меня есть свадебный подарок для Харлоу, с которым, я надеялся, ты сможешь мне помочь.

Брови Гейвена резко поднимаются.

— Поразительно, что ты так долго с ней общался и всё ещё думаешь, что сможешь купить ей подарок, который ей понравится.

— О, я знаю, что ей понравится. Это набор клинков на заказ. Могу показать тебе?

Гейвен бросает взгляд на дом.

— Она просто читает, — успокаиваю я его. — Она не попытается улизнуть до темноты. Это займёт всего несколько минут.

Он делает неопределённый жест рукой и касается кинжала у себя на бедре — его привычный тревожный жест.

— Веди.

Я неспешно направляюсь по гравийной дорожке к оружейной, и его ровные шаги звучат у меня за спиной. Если я буду слишком торопиться, это его насторожит.

Вместо того чтобы войти в оружейную, я сворачиваю за неё.

Гейвен на мгновение замедляет шаг.

— Они не в оружейной?

— Это не тот подарок, о котором я хочу, чтобы люди знали.

Я делаю шаг ближе и понижаю голос.

— Есть церемониальные вещи, которые я подарю ей для всех остальных. Но эти клинки — чтобы она могла защищаться от людей, которые могут не ожидать, что она на это способна. Я знаю, что ты многому её научил. Я хочу убедиться, что выбрал то, с чем она сможет работать.

Я даже не жду, удовлетворит ли его это объяснение. Просто продолжаю идти вокруг здания, пока мы наконец не подходим к камерам. Он ничего не говорит, но я вижу его напряжение, когда мы приближаемся к строению.

— На этот раз здесь нет Истощённых. После той ночи здесь никого не было, так что я решил, что это хорошее место, чтобы пока спрятать их — и, вероятно, единственное место во всей крепости, где я уверен, что она не станет ничего искать.

Гейвен тихо усмехается.

— Молись Божественным, чтобы она усвоила урок и больше не совала нос в это здание.

Я отпираю тяжёлую металлическую дверь, и она со скрипом распахивается. Брайса и Картера ещё нет, но скоро они будут.

Воздух внутри здания затхлый и сырой. Дневной свет льётся через окна второго этажа, освещая кружащиеся в воздухе пылинки. Он проходит мимо меня в помещение, и всё его внимание сосредоточено на том месте, где он убил Истощённого той ночью.