Страница 10 из 145
Глава 4. К границе общины
Геля
Сознание возвращалось медленно., как зимой проникает холод в закоченевшие пальцы. Сначало пришла боль с восприятием произошедшего сегодня вечером. Потом легким покалыванием пришло осознание, что я попала в другой мир и нахожусь в зимнем лесу. Потом очень осторожным ощущением, как кошка на мягких лапках, пришло осознание что я еще здесь и рядом со мной трое мужчин.
Ощущение движения, я не сразу поняла, что нахожусь не на земле. Меня несли сильные мускулистые руки, которые бережно прижимали к мужской груди. Эта мысль ударила сильнее мороза.
Я открыла глаза не сразу. Сначала попыталась понять, где я и что происходит, не выдавая себя. Глупо, наверное. Если меня уже несли, то вряд ли моя «хитрость» могла что-то изменить. Но страх редко бывает разумным. Он хватает за горло и заставляет притворяться мёртвой даже тогда, когда мёртвой ты уже была и ничего хорошего из этого не вышло.
Мир покачивался в такт чужим шагам. Мужчина шагал очень аккуратно, словно нес очень хрупкую и ценную ношу.
Надо мной темнело ночное небо, усыпанное яркими звездами. Они были не такими как в город. Звезд было много, и они мерцали как бриллианты, которые рассыпали на полотно. Между чёрными ветвями висела луна, а снег всё ещё падал — мелкий, колючий, бесконечный. Но теперь холод не так сильно кусал лицо. Меня завернули в чей-то меховой плащ, тяжёлый и тёплый, пахнущий дымом, снегом и мужчиной.
Я дёрнулась в попытке выбраться из этого кокона. В нем безусловно было тепло и возможно безопасно, вот только неизвестности прибавлялось с лихвой. Кто меня схватил и куда несет?
— Тихо, — негромко сказал низкий голос. — Сейчас не время вырываться.
Я замерла и сразу узнала его. Теперь хотя бы есть просвет в понимании кто меня схватил. Тот самый мужчина, который вышел из тьмы у костра. Тяжёлый, молчаливый, опасный. Тот, чей взгляд почему-то не только пугал, но и будто узнавал меня.
Я снова была не хозяйкой собственного тела. Меня несли, решали, куда идти, держали, и даже если сейчас хотели помочь, тело не понимало разницы. Да меня держали на руках не как женщину, а скорее, как человека, который в данный момент не может сам идти. От этого понимания не становилось легче. Любое мужское прикосновение отзывалось в теле напряжением. Паника поднялась так резко, что я почти задохнулась.
— Поставьте меня, — прохрипела я.
Он не ответил сразу. Сделал ещё несколько шагов.
Я напряглась вся, уже почти готовая начать биться, хотя понимала: смысла нет. Он был огромный. Я — едва живая после леса, холода и второго за ночь провала в темноту.
Но мужчина остановился. Несколько секунд он медлил, как будто боролся сам с собой. Затем действительно опустил меня и поставил на снег. Очень осторожно и бережно. Так осторожно, что это почему-то напугало сильнее грубости. В его действиях не было раздражения. Он даже не издал тяжелого вздоха, который я ожидала услышать по привычке.
Ноги почти сразу подломились. Я схватилась за мех на его рукаве, потом тут же отдёрнула руку, будто обожглась. Не могла позволить и дальше меня нести. Это было выше моих сил.
— Я сама, — сказала слишком резко.
Рядом тут же оказался Ральф и ткнулся лбом в колени, тем самым видимо проверяя что я не исчезла. Потом сел у ноги так уверенно, будто лично отвечал за моё дальнейшее существование. Забавный малыш, так похож на маленького ребенка.
— Видишь? — протянул светловолосый мужчина, которого я уже успела запомнить у костра. — Он тебя совсем присвоил.
Светловолосый точно был моложе двух других мужчин. Его мимика была очень подвижной, а в глазах все время что-то насмешливо поблескивало. Было заметно что эта насмешка не была злой. Скорее всего он носил ее как маску.
— Ханнер, — предупреждающе сказал рыжий.
Рыжий. Тот самый, который первым заметил, что я падаю. Его голос был мягким, но не слабым. В нём чувствовалась такая спокойная основательность, что рядом с ним хотелось присесть у огня и перестать сражаться хотя бы на минуту. Очень опасное желание. Он был самым спокойным и выглядел немного устало, а может быть это тоже был всего лишь образ. В его взгляде было слишком много внимательности для обычного патруля.
Мужчины стояли полукругом возле меня. Из позы не были угрожающими, но все же они стояли так чтобы я не могла просто развернуться и убежать в лес.
Я огляделась.
Мы шли по лесной тропе. Костёр патруля остался где-то позади, но теперь между деревьями впереди уже мелькали другие огни — не одинокие, а рассыпанные, как звёзды, которые кто-то зачем-то спустил к земле. Там были дома. И люди. Много людей. Я сглотнула.
— Как тебя зовут? — спросил рыжий.
Вопрос был простой. Слишком простой для всего, что со мной случилось.
Я вдруг не сразу смогла ответить. Имя. Казалось бы, самая простая вещь в мире. То, что ты привыкаешь слышать и произносить с самых малых лет. После всего случившегося собственное имя показалось чем-то странным. Как будто оно принадлежало не мне, а той другой женщине из прежней жизни, из темноты, из сообщения Веры, из разговоров Влада, из фотографии на полу, из квартиры. Как будто «Геля» умерла там, а здесь ещё не успела стать кем-то новым. Но молчать было нельзя.
— Ангелина, — сказала я наконец. Голос всё ещё дрожал. — Геля.
Рыжий кивнул.
— Я Рагнар.
Рагнар – мысленно попробовала его имя. Оно было тяжёлым и тёплым одновременно. Подходило ему.
Светловолосый чуть картинно развёл руками.
— А я Ханнер. Раз уж знакомимся среди ночи, в лесу, после того как тебя нашёл наш самый упрямый волчонок.
Ральф фыркнул так, будто считал себя не упрямым, а единственным разумным существом в этой компании. Я невольно посмотрела на него. Он поднял морду и заглянул мне в лицо. Такой серьёзный и мокрый от снега. Это делало его невероятно живым. Тепло от этого маленького тела у ноги почему-то держало меня лучше, чем все взрослые вокруг.
Высокий тёмный мужчина ответил последним. Его взгляд был цепко прикован ко мне, словно он сделает все возможное и невозможное чтобы я не исчезла:
— Бьёрн.
Имя прозвучало коротко, как удар молота о наковальню. Я повторила имя про себя - Бьёрн. Нет, оно не стало мягче, но в нем чувствовалась уверенность, сила, надежность и защита.
Ральф снова ткнулся мне в ладонь, будто требовал, чтобы его тоже представили официально. Я машинально коснулась его головы в успокоительном жесте.
— Ральф, — тихо сказала, поглаживая его между ушками.
Волчонок довольно завилял хвостом. Ханнер прищурился, наблюдая за этой сценой.