Страница 40 из 67
Глава 16
«Ты в порядке, папочка?» — спросила Стефани, с большой озабоченностью глядя на Кулло.
Великий человек смотрел вдаль, в невидимую даль, стоя неподвижно посреди комнаты, с бледным и бесстрастным лицом.
«Еще один из тех моментов черного отчаяния великих людей, мисс?» — предположил Блант.
«Боюсь, что да», — прокомментировал Уоткинс, тоже с беспокойством глядя на своего великого наставника, но все же умудряясь бросить пару-тройку странных взглядов в сторону изысканной фигуры Стефани — тревожной смеси сияющего, почти святого сочувствия к страданиям отца и, в то же время, в ее минималистской одежде, видения, способного нанести ущерб физическим частям Уоткинса.
— Неприятные замечания мистера Харриса Корда о папиной терапии и та легкая растерянность, к которой он иногда склонен в вопросах сексуальной идентичности, вывели его из себя, констебль Чант, не говоря уже о том, как на него подействовали те довольно неделикатные намеки на прошлую связь мамы с тем несчастным человеком…
Ее голос затих, когда ее внимание привлекло легкое шевеление, исходящее от великого детектива. Казалось, что одна или две мышцы на лице дернулись, одна или две конечности задрожали, а его грудь расширилась, когда внезапный вдох наполнил его легкие.
«Думаю, все в порядке…» — прошептал Уоткинс с ощутимым облегчением.
«Слава Богу!» — выдохнула Стефани.
«Похоже, эта терапия дает результат», — несколько необдуманно заметил Блант, но тут же прикусил язык, когда и Стефани, и Уоткинс бросили на него укорительные взгляды.
«Да, да, не беспокойтесь обо мне», — заметил Кулло сдержанным, но достаточно уверенным тоном. «Уоткинс, не могли бы вы быть так добры и позвать Элизабет Батлер?»
«Конечно», — сказал Уоткинс, удаляясь.
«Сэр, можно задать вопрос?»
«Конечно, Блант».
«Теперь, когда моя любимая бывшая жена, Элизабет, собирается лично принять участие в расследовании, и я должен сказать, что весь дрожу от осознания того, что скоро снова увижу мою дорогую Элизабет, и я горячо желаю, чтобы она когда-нибудь дала мне второй шанс и…»
«Давай к делу, Грант!» — резко прервала его Стефани, почти выйдя из себя.
«Простите, мисс… Ну, сэр, теперь, когда моя жена…»
«Бывшая жена, Брант!»
«Да, конечно… Теперь, когда моя бывшая жена, так сказать, собирается выйти на сцену, и как я рад, что она все еще в живых, после всех этих ложных тревог насчет…»
«Шант!»
— Простите, мисс… То есть, сэр, если я буду готовить этот материал к публикации для ваших поклонников по всему миру, сэр, стоит ли мне подробно описывать наши прошлые отношения и то, как она вышла за меня замуж под ложным предлогом, преследуя свои собственные цели, как описано в «Деле о татуированных ягодицах», и как она утверждала, что на самом деле никогда меня не любила, хотя я горячо надеюсь, что однажды…
«Да, да, Блант, — довольно раздраженно прервал его Кулло. — Как я уже советовал вам ранее в отношении мисс Дженис Батлер и ее отношений со мной, я бы дал лишь кратчайшее введение и еще раз направил ваших читателей к «Делу о татуированных ягодицах» для более полного разъяснения».
«Большое спасибо, сэр. Я буду следовать вашему совету в точности».
«И обязательно повторите, какая чертовски хорошая книга „Дело о татуированных ягодицах“».
«Очень хорошо, сэр».
В этот момент Уоткинс вернулся в комнату, за ним следовала шатенка лет тридцати, одетая в обтягивающий красный свитер и еще более обтягивающую серую мини-юбку. Она была среднего роста, стройная и довольно дерзкая по внешнему виду и манерам.
«Элизабет!» — прохрипел Блант.
«О, Боже! Ты тоже здесь?» — резко спросила она, бросив на него равнодушный взгляд.
Она направилась прямо к Кулло, протягивая ему руку.
Кулло проигнорировал ее и ее руку, лишь слегка кивнув ей в ответ.
Подойдя к нему, Элизабет кокетливо закружилась, и ее тело непроизвольно задрожало, когда она остановилась прямо перед доминирующей фигурой Кулло.
«Как он это делает…»
«Инспектор, — сказала она с лукавым блеском в глазах, — вам было бы интересно узнать точные детали нижнего белья, которое я ношу в данный момент?»
«Элизабет!»
«Не будьте таким ханжой!» — сказала Элизабет. «Я знаю, что инспектор интересуется такими вещами, и…»
«Можете ли вы сказать мне, мисс Батлер, — прервал ее великий человек, — как долго вы живете по адресу Парадайс-Гарденс, 17?»
«О, полагаю, около трех месяцев, или чуть больше…»
«Можешь быть точнее, Элизабет?» — спросила Стефани, шагнув вперед.
«О, привет, сводная сестренка, — сказала Элизабет, кивнув. — Как дела? Я только что познакомилась с твоим нынешним ухажером, лордом Тингэми, как бы там ни звали его. Это великолепное колье, которое я вижу на твоей шее, — ты его выудила из этого задыхающегося старого мешка с деньгами?»
«Да, прекрасно, правда?» — прокомментировала Стефани, подойдя ближе, чтобы Элизабет могла рассмотреть его поближе.
«Какие изысканные бриллианты…»
«Сэр!» — воскликнул Уоткинс. «Можем мы вернуться к делу? Не думаю, что женские разговоры о лучшем друге женщины имеют какое-либо отношение к делу».
«Можете ли вы ответить на вопрос, мисс Батлер?»
«Скажем, четыре месяца… Да, оно действительно великолепно, Стефани. Должно стоить тысячи… Когда вы выдоите из него все, что можно, дайте мне знать, и я сама зайду и посмотрю, что смогу вытянуть из нашего горячего, задыхающегося лорда…»
«Обязательно, сестренка…»
«Вы двое никогда не слышали о приличиях и нравственном поведении?» — выпалил Уоткинс, и на его лице вспыхнули красные пятна.
Две сводные сестры фыркнули и хихикнули в ответ на его слова, что только еще больше разозлило его.
«Стефани…» — упрекнул Кулло.
«Прости, папочка».
«Кто платил за твою аренду?» — резко спросил Кулло.
«Что?» — выпалила Элизабет, выглядя растерянной.
«Роскошная квартира в одном из самых шикарных районов Лондона… Где ты нашла деньги, чтобы жить там все это время?»
«Не вижу причин, почему я должна отвечать на этот вопрос».
«Я утверждаю, мисс Батлер, — сказал Кулло повышенным и довольно жестоким тоном, — что ваша аренда, да и вообще ваше содержание, в последние четыре месяца обеспечивались вашим другом-джентльменом».
«И что с того?» — ответила Элизабет так нагло, как только могла, хотя ее тело инстинктивно отступало перед резким и неумолимым допросом Кулло.