Страница 86 из 96
Глава четырнадцатая
Не избежал ни того, ни другого. Недопустимый переизбыток шпиков. Твоей крови с нашей не по пути
Лариса терпеливо дождалась, когда граф вынырнет из пучины невольных и не совсем уместных воспоминаний.
Через несколько мучительно бесконечных секунд Андрей Константинович Протасов моргнул и задумчиво коснулся белой цапли-серьги. Еще раз огляделся в поисках случайных свидетелей непростого и довольно-таки, если оценивать откровенно, секретного разговора.
Он сделал шаг к мотоциклету, подступая к девушке почти в упор, но та и не подумала отстраниться.
– Как вы догадались, Лариса? – тихо спросил Андрей.
Он хотел выстрелить этим вопросом, бросить его строго, может быть, даже повелительно, чтобы цель никоим образом не увернулась, не укрылась и не избежала… но вышло хрипло и ломко, почти по-студенчески.
Ростовцева улыбнулась, на подбородке и влажных от мороси щеках проступили ямочки.
– Андрей… – с укоризненным вздохом уточнила она, – ты что, в самом деле всерьез полагал, что я способна тебя забыть? Что не разгляжу тебя под этой варварской мимикрией, навеки прикипевшей к этому новому образу? Ха!
Восклицание прозвучало несколько натянуто. А еще чуть громче приличного для пустой ночной улицы. Один из мужчин даже вздрогнул и отступил в сторону, устало опираясь на трость. Задумчиво потер шею, но в разговор пока вмешиваться не рискнул.
Протасов потянул край шейного платка, вдруг превратившегося в удавку.
– Это не маскировка, – тихо откликнулся он. – Я действительно другой человек. Постаравшийся сбросить прошлое за борт…
– Что ж! – Лариса отреагировала мгновенно, словно только и ждала. Склонила голову, с вызовом изогнула бровь. – Я даю тебе прекрасный шанс доказать, что передо мной настоящий граф Протасов. Я родилась в…?
– В Ташкенте, – тихо закончил Андрей.
– Мой отец…?
– Михаил Ростовцев, флигель-адъютант военного министра и земский деятель.
– После его смерти семья…?
– В семидесятом… вы вернулись из Туркестанского генерал-губернаторства в Ново-Петербург.
– Мы с тобой познакомились…?
– Когда мне было восемь, тебе на год больше.
Протасов перевел дух и бросил быстрый взгляд на напарника. Того определенно распирало от великого множества самых различных уточнений, но к облегчению графа пока он умело сдерживался.
Лариса, однако, опросник еще не завершила, ввинтив с намеком на издевку:
– И уже тогда я показалась тебе…?
Андрей вздохнул. Не мигая, посмотрел в сверкающие зеленые глаза и спокойно ответил:
– Ты не была похожа на сверстниц. БÓльшую часть времени уделяла самым что ни на есть мальчишечьим забавам. Последний раз мы виделись, когда мне исполнилось почти шестнадцать, я отбыл в практику духовного училища, откуда в итоге также сбежал. Отбыл не попрощавшись, о чем неоднократно сожалел.
Лариса подняла изящные руки в толстых крагах для мотоциклетической езды и бесшумно поаплодировала.
– Выходит, милостивый государь, вы сбросили за борт отнюдь не все прошлое, – голос ее неожиданно дрогнул. – Однако же дополните мне, прошу, еще одну вещь: вы удирали от меня или военной службы государю?
Протасов набрал в легкие стылого воздуха. Качнулся назад, словно под внезапным порывом ветра; оправил многострадальный шейный платок, изрядно выбившийся еще во время драки и короткой погони.
Проговорил совсем тихо:
– Как показало время, я не избежал ни того, ни другого…
Но девушка все-таки расслышала. Глаза ее заискрились, губы сжались и побелели, но продолжить допрос она не успела – в сторонке тактично прокашлялся мужчина, которого граф Протасов упорно именовал графом Протасовым.
– Глубочайше прошу прощения, – виновато улыбнулся он, – но это что же, выходит, нас разоблачили?
Ростовцева и Протасов обернулись и ответили в схожей безветренной повелительности:
– Помолчите, любезный!
– Помолчите, Харитонов…
Сказано это было до того единовременно, что в другой ситуации оба бы рассмеялись. Но сейчас искорки не плясали даже в Ларисиных глазах, обыкновенно смешливых сверх меры.
Илья удрученно вздохнул и покорно опустил голову.
Девушка снова вынула портсигар, на этот раз стянув и бросив на руль мотоциклета сразу обе перчатки. Протасов сжал зубы и против воли уставился на красивые пальцы.
– Кстати, Андрюша, – спросила Лариса гораздо спокойнее, чем несколько секунд назад, и чуть мотнула головой в сторону, – а это вообще кто?
Она вынула вторую папиросу и на миг осветила лицо вспышкой зажигалки.
Какое-то время Протасов подбирал слова, но затем решился не усложнять.
– Блестящий актер, – просто, но с подчеркнутым уважением ответил он. – Целомудренный двойник, если будет угодно. Но вынужден сделать ремарку, что первоначальная идея была не моей…
Ростовцева кивнула, еще раз смерила Харитонова взглядом и будто бы даже осталась вполне довольна. Повернулась к графу, и челюсть ее задвигалась, словно во рту копились слова, которыми девушка никак не решалась воспользоваться.
– Допустим, – наконец признала Лариса, и голос ее снова приобрел деловую тональность, – однако хочу напомнить, что ваша раскрытая рокировка ничуть не отменяет предыдущей темы нашего в высшей степени неприличного разговора…
Девушка глубоко затянулась папиросой, выпустила дым вверх, к дождевым, но иссякшим тучам.
– Вашему двойнику можно доверять?
– Во многих смыслах, – настоящий Протасов твердо кивнул и внимательно посмотрел на настоящего Харитонова. – Мы безотрывно вместе уже более полугода, и за это время… господин Харитонов проявил себя вернейшим соратником и компаньоном.
Тот удержался от ответной реплики, но позволил себе благодарный поклон, причем весьма театральный. Казалось, Ларису это позабавило, она выпустила дым через ноздри и даже прокомментировала:
– У меня нет оснований не верить тебе, Андрей… К слову, сходство меж вами действительно потрясающее. Ты отыскал его в Австралии?
Андрей Константинович перевел на Ростовцеву остывший немигающий взгляд:
– Думаю, эта история подождет…
Харитонов же, снова не утерпев, вклинился с мягкостью и опаской.
– Я искренне польщен оценкой своих профессиональных и человеческих качеств, ваше сиятельство, – горячо прошептал он, снова приближаясь к мотоциклету, – и прошу прощения за очередное вмешательство в вашу беседу… Но означает ли это, что мне дают расчет?